Статья:

ОСОБЕННОСТИ КОНЦЕПТОСФЕРЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ И.А. БУНИНА, Л.Н. АНДРЕЕВА, В.В. НАБОКОВА (НА ПРИМЕРЕ РАССКАЗОВ «НА КРАЮ СВЕТА», «СТЕНА», «КРУГ»)

Конференция: VI Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: 5. Литературоведение

Выходные данные
Романова Н.А., Николаева М.И., Венгренюк В.Г. ОСОБЕННОСТИ КОНЦЕПТОСФЕРЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ И.А. БУНИНА, Л.Н. АНДРЕЕВА, В.В. НАБОКОВА (НА ПРИМЕРЕ РАССКАЗОВ «НА КРАЮ СВЕТА», «СТЕНА», «КРУГ») // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. VI междунар. студ. науч.-практ. конф. № 6(6). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/6(6).pdf (дата обращения: 21.08.2018)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

ОСОБЕННОСТИ КОНЦЕПТОСФЕРЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ И.А. БУНИНА, Л.Н. АНДРЕЕВА, В.В. НАБОКОВА (НА ПРИМЕРЕ РАССКАЗОВ «НА КРАЮ СВЕТА», «СТЕНА», «КРУГ»)

Романова Нина Алексеевна
студент, Чувашский государственный университет, г. Чебоксары
Николаева Мария Ильинична
студент, Чувашский государственный университет, г. Чебоксары
Венгренюк Варвара Григорьевна
студент, Чувашский государственный университет, г. Чебоксары
Ляпаева Лариса Васильевна
научный руководитель, научный руководитель, канд. филол. наук, доцент, Чувашский государственный университет, г. Чебоксары

Проблема изучения своеобразия концептов относится к числу наиболее актуальных в отечественном литературоведении. К её изучению обращались такие учёные, как С.А. Аскольдов [2], Н.В. Володина [7], Д.С. Лихачев [8], Ю.С. Степанов [12], И.А. Стернин [13] и многие другие исследователи. Аскольдов конкретизирует понятие концепта как мысленное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода. Володина указывает на то, что в концепте огромную роль играет память и воображение.

Цель данной работы — выделить и изучить концепт «круг» в произведениях И. Бунина, Л.Н. Андреева и В.В. Набокова, и доказать правомерность подобного подхода.

Актуальность сопоставления столь разных творческих индивидуальностей обусловлена функционированием концепта «круг» в произведениях указанных авторов.

Объектом исследования послужили рассказы «На край света» И. Бунина, «Стена» Л.Н. Андреева, и «Круг» В.В. Набокова.

В работе используются принципы сравнительно-сопоставительного и дескриптивного анализа.

При определении типа данного концепта мы опираемся на классификацию концептов Бабушкина А.П. [3] и Болдырева Н.Н [4].

Во всех мировых религиях и направлениях философии символ круга является одним из важнейших в трактовке и обозначении жизни и мироздания. Круг в общем смысле символизирует непрерывность, замкнутость, цикличность. Им обозначают одновременно законченность и продолжительность жизни, времени, существования. В то же время кругу свойственна ориентация на некий центр — видимый или предполагаемый.

Наиболее полно концепт «круг» реализован в рассказе В.В. Набокова «Круг». Рассказ «Круг» вышел в 1936 году и является едва ли не самым замечательным образцом поэтической прозы В.В. Набокова. Это был последний рассказ, написанный Набоковым на русском языке.

Концепт «круг» в рассказе реализуется на всех уровнях структуры — начиная с композиции, системы персонажей и заканчивая поэтикой.

Фабула рассказа проста: главный герой — Иннокентий, находится в эмиграции. Здесь он встречает свою первую любовь — девушку Таню и его охватывают воспоминания о прошлой жизни в России. Иннокентий всецело оказывается во власти памяти: «в нём разыгралась бешеная тоска по России» [9, с. 407]. Он вспоминает отца, себя гимназистом, старого товарища Василия, рыбалку, и, наконец, первую любовь. Весь рассказ пронизан темой памяти, которая образует так называемый круг памяти. Почти во всех рассказах сборника («Весна в Фиальте», «Круг», «Памяти Л.И. Шигаева», «Посещение музея», «Лик», «Истребеление тиранов», «Василий Шишков») ведущим является мотив воспоминания и памяти.

Разлука героя с Россией уподобляется любовной разлуке. Но Набоков не пытается показать любовные переживания героя, его интересует сам герой, который пытается преодолеть этот круг переживаний.

Специфика рассказа видится в своеобразии композиции, которая отчётливо оформлена в кольцо (круг). Точка начала линии круга и конца является и толчком к развитию действия и одновременно завершением воспоминания. Источником воспоминания и его содержанием послужило одно и то же событие — встреча с первой любовью. Рассказ начинается со слов: «Во-вторых, потому что в нём разыгралась бешеная тоска по России. В-третьих, наконец, потому что ему было жаль своей тогдашней молодости…» [9, с. 407]. Конец рассказа начинается с фразы: «во-первых, потому что Таня оказалась такой же привлекательной, такой же неуязвимой, как и некогда» [9, с. 407]. Круг времени в рассказе замыкается.

Так круг находит своё выражение в конструкции текста, в котором последняя строка является и концом, и началом рассказа. Сам Набоков в предисловии к данному рассказу сравнивает его со «змеёй, кусающей собственный хвост» [6, с. 100] — это и есть круг. Эта форма круга выражает философское значение, связывая мотивом вечного возвращения героя со своим прошлым. Прошлое соединяется с настоящим через память: «он вспомнил прошлое со стеснением сердца» [9, с. 407].

Концепт «круг» находит выражение через использование детали: золотая монета, золотые пуговицы, рот, лицо, овальная голова, муфта, мяч, солнце, холм. От чётких понятий, до отвлечённых изображений: «дождь, расходясь по воде взаимно пересекающимися кругами, среди которых там и сям появлялся другого происхождения круг, с внезапным центром» [9, с. 411], «круг сна» [9, с. 411], круг людей. К концепту «круг» тяготеет фактически весь предметный и природный мир.

Кольцевая композиция отражает замкнутость восприятия героем окружающего мира. Круг используется и как метод наказания героя. Он не может вырваться из круговорота времени и обречён на вечную муку — воспоминание и вечное возвращение.

Таким образом, смысл рассказа формируется через концепт «круг»: круг воспоминаний, природный круг, круг переживаний Иннокентия, кольцевое построение рассказа.

В экспрессионистическом рассказе «Стена» Л.Н. Андреева концепт «круг» выражается менее отчётливо, но семантика этого концепта является ключом к коду понимания рассказа.

В структуре хронотопа выделяется обратный символ круга — стена: нечто плоское, бесконечное, геометрически завершённое, она делит весь мир на стороны «тьмы» и «света». Эта стена является неким непреодолимым барьером для героев в их вечном стремлении к «светлой» стороне. Но мотив движения в рассказе является основным, связанным с образом рассказчика и «другого прокажённого».

Перемещение персонажей описано как постоянное движение героев — они идут в одном направлении вдоль стены, без какой-либо цели («мы осторожно подползли…» [1, c. 322], «стонали мы и ползли…» [12, c. 323], «мы засмеялись и поползли быстрее…» [1, c. 323]). В тексте сделан акцент на том, что на протяжении всего передвижения героев сопровождают «безмолвные камни» бесконечной стены. На этом «пути» прокажённые встречают одних и тех же героев — четверых танцующих. Их «встречи» периодически повторяются («наткнулись на четырех, которые танцевали…» [1, c. 323], «и опять безмолвно кружились те четверо…» [1, c. 325], «в бесконечном танце кружились те четверо…» [1, c. 329]). Движение танцующих формирует спираль, в основе которой тот же концепт круга.

В этом случае, при движении в одном направлении с циклической встречей «танцующих» это перемещение представляет собой не что иное, как концепт круга. Одной из основных функций концепта «круг» является разграничение внутреннего и внешнего пространства. Учитывая этот факт, мы можем сделать вывод о том, что все герои рассказа находятся в неком замкнутом сферическом пространстве, окружённом непреодолимой бесконечной стеной. Концепт круга осмысляется как форма неизбежной замкнутости. Безвыходное и безнадёжное существование людей в пределах этого круга лишено возможности на спасение, на преодоление стены. Любое движение или перемещение персонажей лишено всякого смысла, поскольку не имеет конечной цели. Мы предполагаем, что подобный тезис согласуется с общей семантикой рассказа «Стена» и концепт круга формирует смысловое поле рассказа.

Концепт «круг» в рассказе «Стена» относится к типу концептов-схем. Схема — концепт, представленный некоторой обобщенной пространственно-графической или контурной схемой; это гипероним с ослабленным образом.

Принцип движения по кругу, лишённого цели и смысла, выражен и в эпизодах, связанных с четырьмя танцующими. Их безумный танец страдания и мучения представляет собой уменьшенную схему, модель всеобщего движения в мире. Участие в этом танце символизирует саму жизнь, поскольку танец этот непрерывен.

Концепт круга реализует себя в циклических повторах эпизодов и отдельных фраз. «Но, умирая каждую секунду, мы были бессмертны, как боги» [1, c. 324] — это фраза дважды повторяется в тексте рассказа. Неоднократно среди общего хаоса голосов и движений слышится отчаянная мольба «Убей нас». Эти фразы и их повторы никак не сопряжены с сюжетом рассказа.

В рассказе «Стена» концепт «круг» является семантическим ядром произведения.

Третий пример функционирования концепта «круг» — рассказ «На край света» И. Бунина. В центре повествования — изображение человеческого горя, вызванного социально-политическими преобразованиями в государстве Российском [10; 11]. Произведение начинается с конца, с развязки и этим напоминает рассказ Набокова «Круг», но в рассказе Бунина «На край света» ретроспекцией усиливается трагичность ситуации. Это важное композиционное отличие рассказа.

Переживания главного героя Василия Шкутя по его возвращении в хату носят кульминационный характер. Шкуть больше не хозяин у себя в хате. Он осознает своё горе и одиночество. Здесь и наступает развязка: «Э, что тут думать, осталось дожить свой век» [5, c. 52]. Придя в хату доживать, Шкуть всё равно, что «замыкает» линию своей жизни в круг, завершает её. Сама жизнь старика, события его существования складываются в концепт «круг». Но сам факт замыкания жизни Шкутя может свидетельствовать о такой особенности, как «круг в круге» — Василий Шкуть являет собой индивидуальность и вместе с тем является представителем всех стариков и старух, провожавших своих земляков с переселенческого пункта в Уссурийский край. Горе, неизвестность, испытываемые Василием, присущи всем провожавшим. С отдельно взятой личности «внезапная пустота в сердце и непонятная тишина вокруг себя, которая всегда охватывает человека при возвращении в опустевший дом…», проецируются на всех, передаваясь от одного человека к другому, и, таким образом, замыкаясь.

Лирические отступления — их несколько — помогают раскрыть сущность концепта «круг» в рассказе. Повторяющиеся фразы создают ритм: «Наконец все стихло», «Потом опять все затихло» — подчеркивают градацию настроений переселенцев, покинувших село. Спокойствие их нарушил «скрип телеги…земляк!» [5, c. 54]. Не раз еще крестьяне встрепенутся от вновь примкнувших к их «цыганскому табору» новых переселенцев.

Одно из лирических отступлений выводит жизнь переселенцев на уровень метафизического осмысления событий. «Но что этим вековым молчаливым курганам, до горя или радости каких-то существ, которые проживут мгновение и уступят место другим таким же — снова волноваться и радоваться и так же бесследно исчезнуть с лица земли?» [5, c. 55]. В рамках рассказа цикличность подчеркнута повествованием, но историческое событие — Великое переселение народов — происходило не единожды, поэтому концепт «круг» включает в себя не только смыслы рассказа, но и выводит читателя на уровень общечеловеческий, где сама история являет собой спираль, то есть повторение событий на новом витке жизни. Следует отметить и последнее лирическое отступление в форме риторического вопроса. Существо, которое проживет мгновение и уступит место другому существу, которое снова будет радоваться и так же исчезнет — это не только крестьянин, переселенец, но и человек как природное явление вообще. Концепт «круг» характеризует цикличность законов жизни, а значит, и природы.

Например, описание природной стихии следующее: в 1 части: «в этот летний вечер», «в блеске низкого вечернего солнца», (вечер — как символ затухания жизни). В 3 части: «темнеет», «теплые южные сумерки», (наступление покоя как в природе, так и в умах и сердцах людей. Но покой этот болезненный — «темнеет»). «Южное ночное небо», «звёзды сияют», (ночь символизирует упадок сил душевных, умирание надежды, угасание сил). В 4 части: «в звездном свете», «ночуют в степи» — речь о переселенцах. Мы замечаем, что неоднократные повторы описания вечера и ночи необходимы для подчеркивания трагичности. Однако они так же расширяют понимание концепта «круг». В 3 части: «Всё как всегда бывало в этой мирной долине в летние сумерки…но, нет, не все! Много стоит хат темных, забытых и немых» — как следствие покидание крестьянами родных хат. Души их тоже темны, забыты и немы. Природа и человек, словно две половинки одного круга сосуществуют в единстве [5, c. 50—55].

Мы четко чувствуем, как природа подчинена атмосфере переселения. С концептом круг тесно связано название «край света», имеющее несколько смыслов: «край земли» — переселение в далекую Сибирь, где придется начинать жить с нуля (снова повтор, цикл, а значит, это никакой не «край» в метафизическом понимании). Либо край света употребляется в переносном значении: село казацкое, где было все знакомо, понятно, более-менее устойчиво и спокойно — свет. Покидая родную землю, крестьяне все дальше уходят от света, на его край. Сам автор использует это выражение в 1части: «…навсегда покинуло родину для далёких уссурийских земель и ушло на край света». Фраза используется Буниным в значении «неведомо куда». Если у человека нет родины и дома, то свет в его жизни будет появляться лишь периодично на всем путешествии, а это снова повтор, снова замкнутость на своем желании обрести покой, на надежде и вере в благоустроенность и счастье. Физически переселенцы движутся вперед, по одной незамкнутой линии, но нам, как и автору важно внутреннее наполнение переселенцев. А в этом плане все с точностью наоборот: неизвестность, пустота, горе, надежда, вера в лучшее неизвестное будут сопровождать их, а значит, повторяться. Поиск «света» сближает переселенцев с героями рассказа Андреева. Своеобразной стеной для них является само переселение — та преграда, которая стоит на пути ясности, спокойной жизни, оседлости. Эта атмосфера переселения — та же повторяющаяся стена, которая замыкается в трагичный круг судьбы.

Таким образом, концепт «круг» во всех трёх рассказах формирует смысловое поле произведений. Именно в рассказе Набокова «Круг», концепт круга выражен наиболее многофункционально. Концепт «круг» связан с образами движения: человека, стихии в прямом и метафизическом смыслах. Он формирует онтологические пласты рассказа: память как спасение, бессмысленность и неразумность человека, отсутствие воли, покорность судьбе, историю России.

 

Список литературы:

  1. Андреев Л.Н. Собрание сочинений: В 6 т. М.: Художественная литература, 1996. Т. 6. / Сост. и подгот. текста В. Александрова и В.Н. Чуваков, Ком. Ю.Н. Чирвы и В.Н. Чувакова. С. 389—714.
  2. Аскольдов С.А. Концепт и слово//Классика и современность: учеб.пособие. — Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та,2009. — С. 83—103.
  3. Бабушкин А.П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка. — Воронеж: Изд-во Ворон. ун-та, 1996. — 104 с.
  4. Болдырев Н.Н. Концепт и значение слова Текст. / Н.Н. Болдырев // Методологические проблемы когнитивной лингвистики. Воронеж: Воронеж. гос. ун-т, 2001.
  5. Бунин И.А. Собрание сочинений. Т. 2, повести и рассказы 1890—1909, изд. Худож. лит., 1965. — 528 с.
  6. В.В. Набоков: pro et contra: Личность и творчество В. Набокова в оценке русских и зарубежных мыслителей и исследователей. Антология: Ч. 1. СПб., 1997, с. 100.
  7. Володина Н.В. Концепты, универсали, стереотипы в сфере литературоведения: монография/изд. ФЛИНТА, 2010. — 250 с.
  8. Лихачев Д.С. Концептосфера русского языка // Русская словесность: от теории словесности к структуре текста: антол. / Ин-т народов России [и др.]; под общ. ред. В.П. Нерознака. — М., 1997. — С. 280—287.
  9. Набоков В. Круг: Поэтические произведения; Рассказы/Сост., примеч. Н.И. Толстой; Вступ. ст. А.Г. Битова. — Л.: Худож. лит., 1990. — 544 с.
  10. Сливицкая О.В. Фабула — композиция — деталь бунинской новеллы // Бунинский сборник. Материал научной конференции, посвященной столетию со дня рождения И.А. Бунина, ред.кол. А.И. Гаврилов, Орел — 1974. — 221 с.
  11. Соколов А.Г. История русской литературы конца XIX — начала XX века: Учеб. — 4-е изд., доп. и перераб. — М.: Высш. шк; изд. центр Академия, 2000. — 432 с.
  12. Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. Опыт исследования. — М.: Школа «Языки русской культуры», 1997. — С. 40—76.
  13. Стернин И.А., Попова З.Д. Когнитивная лингвистика// [Электронный ресурс] Режим доступа. URL: http://zinki.ru/book/kognitivnaya-lingvistika/ — (дата обращения 02.10.2013).