Статья:

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ И ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Конференция: XIV Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: 10. Юриспруденция

Выходные данные
Пермякова Е.Г. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ И ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. XIV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 7(14). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/7(14).pdf (дата обращения: 19.09.2019)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ И ПОСЛЕДСТВИЙ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Пермякова Евгения Геннадьевна
магистрант НАЧОУ ВПО СГА, РФ, г. Москва
Гравина Алла Аркадьевна
научный руководитель, канд. юрид. наук, ст. науч. сотр. Институт законодательства и сравнительного правоведения, РФ, г. Москва

 

Взаимосвязь уголовного права и криминологии наиболее ярко проявляется при исследовании проблем социальных последствий отдельных видов преступности. В процессе формулирования и криминологического анализа основных концептуальных положений о социальных последствиях насильственной преступности неизбежно приходится обращаться к смежным понятиям и категориям уголовно-правовой науки.

В связи с тем что уголовное право как базовая наука для криминологии определяет юридические рамки предмета криминологии, следовательно, оно может определять и содержание ее базовых категорий. В связи с этим при разработке положений, касающихся понятия и содержания социальных последствий насильственной преступности, в качестве базовой будет использована уголовно-правовая категория «общественно опасное последствие преступления», которая, в отличие от исследуемого определения, в науке уголовного права достаточно изучена и разработана.

Вместе с тем неверно ставить знак равенства между анализируемыми терминами уголовного права и криминологии. В целях комплексного исследования проблем социальных последствий насильственной преступности существует необходимость в выявлении сходства и существенных различий понятий последствий насильственных преступлений и социальных последствий насильственной преступности.

В качестве признака, определяющего сходство, можно отметить единое основание возникновения последствий насильственных преступлений и социальных последствий насильственной преступности. В качестве данного основания называется совершение против личности общественно опасного противоправного уголовно наказуемого деяния с применением физического или психического насилия, имеющего основной целью лишение человека жизни либо причинение вреда его здоровью, физической свободе, телесной неприкосновенности. В данном случае умышленно указываем на необходимость наличия только общественно опасного противоправного и наказуемого деяния, поскольку отсутствие признаков вины влечет отсутствие в уголовно-правовом смысле последствий преступления, но не исключает наличия социальных последствий данного вида преступности.

Проведя дальнейшее сравнительное исследование, можно выделить следующие различия рассматриваемых категорий.

Последствия насильственных преступлений и социальные последствия насильственной преступности — это различные категории в силу того, что последствия преступления — это правовая категория, анализируемая в связи с совершением насильственного преступления. Последствия насильственной преступности — это социально-правовое явление, порождаемое анализируемой преступностью.

Согласно теории уголовного права последствия насильственных преступлений — это негативные изменения, произошедшие в охраняемых уголовным законодательством общественных отношениях в результате совершения противоправных деяний, т. е. это вред, причиняемый исключительно совокупности общественных отношений, охраняемой уголовным законом, что объясняется производностью и взаимосвязью последствий насильственного преступления с объектами уголовно-правовой охраны [1].

Только в материальных составах преступлений обязательно определение последствий насильственных преступлений, при этом обязательно установление между общественно опасным деянием и наступившим последствием причинно-следственной связи.

Если говорить об убийствах, то ст. ст. 105—108 УК РФ в качестве обязательного преступного результата, установление которого необходимо при квалификации преступления, признается только смерть потерпевшего.

В составах преступлений, предусматривающих ответственность по ст. ст. 111, 112 УК РФ, последствием является только умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью.

Совокупность объектов уголовно-правовой охраны не безгранична, более того, их количество ограничено не только перечнем наиболее существенных и важных ценностей общества, но и возможностью их определения, закрепления в уголовно-правовой норме и исчисления. Одни из них учитываются в качестве конструктивных признаков преступления, другие — квалифицирующих обстоятельств, третьи — при назначении наказания. Общественные отношения, рассматриваемые в качестве квалифицирующих признаков или обстоятельств, отягчающих наказание, выходя за рамки объекта посягательства, предусмотренного основным составом преступления, также ограничены кругом охраняемых уголовным правом отношений. С субъективной стороны объем этого вреда определяется возможностью и обязанностью субъекта преступления осознавать объект посягательства и предвидеть последствия своих деяний.

Но, как правильно отмечает В.К. Глистин, фактические изменения от преступного воздействия чаще всего несоизмеримы по объему с теми, которые обозначены в норме закона. Они более значительны <2> и могут относиться к области административных, гражданских, дисциплинарных, моральных и иных отношений. Это весь объем вреда, причиняемого преступностью личности, обществу, государству насильственной преступностью [2].

Исходя из действующего в уголовном праве принципа вины (ст. 5 УК РФ), при квалификации совершенного насильственного деяния, привлечении лица к уголовной ответственности и назначении наказания в качестве последствий насильственных преступлений рассматривается и учитывается исключительно только тот вред, который охватывался умыслом или неосторожностью виновного, т. е. лицо осознавало неизбежность или возможность их наступления либо должно было и могло предвидеть их наступление.

К социальным последствиям насильственной преступности помимо указанных относятся такие конкретные разновидности вреда, которые не охватывались предвидением субъектов преступных деяний, не могли и не должны были быть осознаваемы ими в момент совершения преступлений. В их состав включается вся совокупность вредных изменений, в том числе как косвенные, опосредованные результаты непосредственно преступной деятельности, так и негативные явления, порождаемые первоначальным преступным последствием, т. е. последствия последствий преступления.

Социальные последствия насильственной преступления — это не механическая сумма негативных изменений определенного числа насильственных преступлений, совершенных за определенный период на определенной территории. В самом общем виде можно сказать, что последствия преступлений и последствия преступности соотносятся между собой как понятия преступления и преступности, т. е. как единичное (конкретное) и общее <3>. В данном случае имеется в виду качественное своеобразие социальных последствий, так как они представляют собой массовое явление, слагающееся из всей совокупности негативных изменений, наступивших в результате совершения насильственных общественно опасных противоправных и наказуемых деяний.

 

Список литературы:

  1. Власов Д.В. Предупреждение рецидивной преступности в России. М., 2011. С. 52; и др.
  2. Иващенко А.В. Социально-правовая природа насилия // Социально-правовые аспекты противодействия насилию. — Омск, 2009.
  3. Иващенко А.В. Насилие и уголовный закон // Социально-правовые проблемы борьбы с насилием: межвуз. сб. науч. тр. — Омск, 2010.