Статья:

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПОСЯГАТЕЛЯ И ЖЕРТВЫ В СФЕРЕ НЕУСТАВНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

Конференция: XXIII Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: 7. Психология

Выходные данные
Земляков А.О. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПОСЯГАТЕЛЯ И ЖЕРТВЫ В СФЕРЕ НЕУСТАВНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. XXIII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 4(22). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/4(22).pdf (дата обращения: 15.09.2019)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 244 голоса
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПОСЯГАТЕЛЯ И ЖЕРТВЫ В СФЕРЕ НЕУСТАВНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

Земляков Алексей Олегович
студент Южного федерального университета, РФ, г. Ростов-на-Дону
Михайлюк Елена Борисовна
научный руководитель, доц. Южного федерального университета, РФ, г. Ростов-на-Дону

 

Психология рассматривает воинскую службу как человеческую деятельность высокой социальной значимости, проходящую в особых условиях. Такая профессиональная деятельность от военнослужащих требует социально ответственного поведения, неукоснительного соблюдения правил воинской дисциплины. К сожалению, нарушения дисциплины и отклонения в поведении военнослужащих достаточно распространенное явление и является одной из наиболее значимых проблем современных Вооруженных Сил.

Негативные социально-психологические явления в воинских коллективах активно обсуждаются в средствах массовой информации, снижают имидж Вооруженных сил, вызывают тревогу, как у самих призывников, так и у их родителей, и у всей общественности в целом. Несмотря на принимаемые меры, проблема нарушений дисциплины, девиантного поведения в армии, остается чрезвычайно актуальной, требует новых подходов к ее решению. В частности, такое социально-психологическое явление, как «неуставные взаимоотношения», которые носят явно деструктивный характер, требуют постоянного изучения с целью получения новых знаний в выяснении причинности распространения данного явления и на их основе выработки практических рекомендаций по их преодолению.

Министерство обороны Российской Федерации проводит оптимизацию организационно-штатной структуры системы Вооруженных Сил РФ, прилагает усилия по комплектованию частей и подразделений преимущественно военнослужащими, проходящими военную службу по контракту. Но по-прежнему комплектация рядового состава осуществляется преимущественно в результате призыва, когда в армию попадают молодые люди, еще не завершившие преодоление сложностей подросткового возраста и по этой причине не способные успешно адаптироваться к новым и сложным условиям воинской службы.

Публикации на тему существования неуставных взаимоотношений утверждают, что проблема неуставных взаимоотношений в современной российской армии существует несколько десятилетий. Их активное обсуждение началось в последней четверти прошлого столетия, именно этот период многими авторами называется временем возникновения неуставных взаимоотношений в Вооруженных силах. Но это не совсем так. В 70-е годы прошлого века сформировалось устойчивое наименование «дедовщина», но само явление эксплуатации человека человеком, унижение его достоинства, издевательства старшими над младшими по званию, возрасту, опыту существовали и ранее во всех регулярных армиях многих государств. Сравнительно-исторический анализ рассматриваемого явления показывает, что данное явление в той или иной степени интенсивности существовало и существует почти во всех армиях мира. Кроме того, подобные им явления существовали и существуют не только в армии. О существовании взаимоотношений подобных «дедовщине», известно в учреждениях исполнения наказания, набирают активность исследования насилия и притеснения в школах, интернатах и даже о насилии в дошкольных образовательных учреждениях.

Е.А. Моргуленко называет неуставные взаимоотношения криминально-криминогенным феноменом военной службы. Автор свидетельствует о том, что они становятся все более опасным явлением для Вооруженных Сил РФ, той острой проблемой, которая подрывает боевую готовность и воинскую дисциплину, приносит непоправимый вред психическому и физическому здоровью военнослужащих, оказывает отрицательное воздействие на морально-психологическое состояние личного состава [3, с. 9—10].

Исходя из этого, огромную роль в предотвращении нарушений уставных правил принято отводить выявлению факторов, которые способствуют возникновению неуставных взаимоотношений, а изучение причинно-следственных зависимостей, порождающих нарушение уставных взаимоотношений между военнослужащими, считать чрезвычайно актуальным.

Учет полученных результатов исследования причинно-следственных зависимостей позволит разрабатывать и осуществлять мероприятия по профилактике нарушений поведения среди военнослужащих, что позволит снижать напряжение между потребностями личности и обязанностями по выполнению воинского долга.

Изучение причин нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими сопряжены с трудностями, обусловленными автономностью и закрытостью армейской системы. Существующие публикации чаще носят публицистический характер, в них излагаются без должной аргументации различные авторские или вовсе безымянные подходы, позиции. Хотя проблема детерминации отклоняющегося поведения разрабатывалась в самых разных отраслях знания: в социологии, криминологии, в юридической, социальной психологии, единой теории о факторах, лежащих в основе возникновения неуставных взаимоотношений на сегодняшний день не существует.

Изучением социально-психологических явлений в армии, в том числе и изучением негативных явлений, занимались военные психологи А.Г. Караяни, С.А. Белановский, Ю.А. Минаев, М.П. Крапивин, А.Г. Маклаков, П.А. Корчемный, А.Ю. Солнышков, И.В. Сыромятников, В.Г. Чайка. Большинство авторов свидетельствуют, что ситуация в ВС РФ тревожная, поскольку фиксируется множество случаев нарушения дисциплины, возникает немало случаев насилия, жестокого обращения и даже преступлений на фоне нарушения уставных правил.

Военные социологи пытаются провести социально-исторический анализ возникновения неуставных взаимоотношений, мониторинг существования в различных армейских подразделениях нарушений уставных правил, свидетельствуют об их социально-политической значимости. Так, И.В. Меркулов (1993), Н.И. Марченко (1993) рассматривают происхождение и сущность «дедовщины», В.В. Иванов (1995) предлагает системный взгляд на ее природу. И.В. Образцов (1996) раскрывает формы проявления неуставных взаимоотношений. Военные социологи Е.Г. Вапилин и О.Д. Мулява (2005) провели исследование, посвященное рукоприкладству в армии. Преподаватели военных институтов Моргуленко Е.А. (2006), С. Безмутко (2009) не только говорят о неуставных взаимоотношениях как о криминальном и криминогенном явлении, но и подвергают изучению причины и условия их существования, а также рассматривают профилактику, теорию и практику антикриминального воздействия.

Не остаются в стороне также и юристы. Причинам преступлений против воинских уставных взаимоотношений и их профилактике посвящены диссертационные исследования С.М. Иншакова (1997), И.М. Мацкевича (2000), С.П. Кочешева (2000), К.Д. Нечевина (2003) и др.

Следует сказать, что наибольшее число проанализированных нами работ посвящается профилактике неуставных взаимоотношений, тем общесоциальным процессам и явлениям, которые лежат в основе существования неуставных взаимоотношений и причинам, которые преломляются через условия военной службы. При этом работ, которые были бы посвящены личности военнослужащего, посягающего на уставные правила воинских взаимоотношений или личности-жертвы неуставных взаимоотношений, а также групповым процессам и особенностям воинских коллективов, нами обнаружено лишь крайне малое количество. Так, личности посягателя в монографии Е.А. Моргуленко отведено несколько страниц, А.А. Лукашев (2013) едва затрагивает такое качество военнослужащих, как виктимность, несколько большее внимание особенностям личности в неуставном поведении отводится в работах С.П. Кочешева (2000) и А.Ю. Солнышкова (2004). В то время как основатель отечественной виктимологии Л.В. Франк в своих работах подчеркивал, что посягатель и жертва в любом преступлении, притеснении, акте насилия (физического или эмоционального) — это люди, которые представляют собой диаду взаимодополняющего партнерства, их обязательно объединяют какие-то связи. И изучение преступления, в нашем случае, посягательства на уставные правила военнослужащих — это, прежде всего изучение психологических особенностей этих личностей и особенностей их взаимоотношений и статусов [4, с. 78]. О предопределенности отношений преступника и жертвы в неуставных взаимоотношениях свидетельствует и С.Р. Кочешев [2, с. 22].

На этом основании нами была выбрана тема для дипломной работы «Психологические особенности посягателя и жертвы в сфере неуставных взаимоотношений». Предварительные результаты наших исследований показали, что участники армейского буллинга, как и любые отдельно взятые молодые люди, показывают психологическое своеобразие, но между ними обнаруживается достаточно много общего. Прежде всего, это возрастные особенности. Несмотря на юношеский возраст молодых военнослужащих, личность солдата характеризуется признаками, свойственными подростку:

  • непреодолимое желание самоутверждения, которое носит по большей части неконструктивный характер;
  • эмоциональная нестабильность, импульсивность и иные волевые изъяны;
  • недостаточность коммуникативных умений;
  • повышенная виктимность в силу проявления агрессивности, некритичности, беспомощности в сложных ситуациях;
  • особая напряженность чувств и переживаний;
  • повышенный уровень тревожности;
  • неадекватность самооценки и др.

На фоне этих и иных типично подростковых возрастных характеристик возникают различные отклонения в поведении, в том числе отклонения от уставных правил поведения.

Кроме того, мы выражаем согласие с мнением И.С. Кона [1, с. 17] о том, что буллинг (в нашем случае армейский буллинг) является следствием нарушения развития и функционирования коллектива, как микросреды социализации молодого человека и отражает проблемы современного общества.

Изучение особенностей личности, как посягателя, так и жертвы, кроме того, и так называемых «зрителей» (неактивных участников явлений притеснения, эксплуатации в сфере неуставного поведения) позволило сделать некоторые выводы.

Полученные среднегрупповые личностные профили агрессоров (угнетающих), жертв (угнетенных) и наблюдателей, как, оказалось, имеют весьма сходную конфигурацию и демонстрируют, прежде всего, эмоциональную неустойчивость, низкую толерантность молодых людей, склонных к переменчивости настроений и интересов, повышенную ранимость и тревожность со снижением уверенности в себе. Эмоциональная неустойчивость, свойственная молодым людям, сохранившим подростковые черты, делает их нетерпеливыми, не способными воспринимать чужое мнение, понимать свою роль в конфликтах и разногласиях, которые непременно возникают в уставном и тем более в неформальном общении с сослуживцами.

Повышенная тревожность также связана с возрастными особенностями молодого военнослужащего, она связана со страхом самовыражения и самораскрытия, когда юноша при необходимости демонстрировать свои возможности, знания теряется, проявляет нерешительность при выборе поступков, в ситуации насилия или притеснения он может оказаться и пассивным наблюдателем, и жертвой, а также, защищаясь, оказаться агрессором. Тревожность снижает возможности солдата в конструктивном разрешении конфликтов, поскольку влечет за собой ориентацию на мнение других в оценке собственных результатов.

Общим является и то, что все военнослужащие отличаются зависимостью от мнения группы, не самостоятельны в суждениях и выборе решений, что характеризует их конформностью, лишает инициативы, а внутренняя конфликтность представлений о самом себе порождает недисциплинированность и влечет за собой снижение самоконтроля.

Рассмотрение картины полученных результатов по предрасположенности военнослужащих к виктимному поведению показывает, что и «посягатели», и «жертвы», и «наблюдатели», показали повышенную склонность к виктимному поведению, достаточно часто попадающими в критические ситуации, по шкале, реализованной виктимности между показателями группы не обнаружено статистически значимых различий.

Эти данные в целом также согласуются с утверждениями большинства авторов о том, что молодые люди даже в юношеском возрасте сохраняют множество подростковых черт, и как возрастная категория, являются одной из наиболее уязвимых социальных групп в отношении насилия, агрессивных посягательств против них, а также могут оказаться агрессорами. О.О. Андронникова, К.В. Вишневецкий, А.Ю. Егоров, С.А. Игумнов и другие авторы полагают, что обусловливается эта возможность недостаточной зрелостью личности, сниженной способностью к осознанию определенных аспектов действительности и других типичных возрастных особенностей.

 

Список литературы:

  1. Кон И.С. «Что такое буллинг и как с ним бороться?» // журнал «Семья и школа», 2006, № 11. С. 15—18.
  2. Кочешев С.Р. Предопределенные отношения преступника и жертвы в неуставных взаимоотношениях в ВС РФ // Военно-юридический журнал, 2007 № 2 С. 21—25. — М.: «Юрист».
  3. Моргуленко Е.А. Неуставные взаимоотношения военнослужащих: теория и практика антикриминального воздействия. — М.: «Право военнослужащих», 2006. — 192 с.
  4. Франк Л.В. Виктимология и виктимность. Душанбе: «Ирфон», 1972, — 242 с.