Статья:

ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДОКАЗЫВАНИЯ. ОСОБЕННОСТИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В КАЧЕСТВЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПОКАЗАНИЙ КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫХ СОТРУДНИКОВ

Конференция: XXVI Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: 10. Юриспруденция

Выходные данные
Севастьянова П.А. ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДОКАЗЫВАНИЯ. ОСОБЕННОСТИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В КАЧЕСТВЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПОКАЗАНИЙ КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫХ СОТРУДНИКОВ // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. XXVI междунар. студ. науч.-практ. конф. № 7(25). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/7(25).pdf (дата обращения: 28.01.2023)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 274 голоса
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДОКАЗЫВАНИЯ. ОСОБЕННОСТИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В КАЧЕСТВЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПОКАЗАНИЙ КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫХ СОТРУДНИКОВ

Севастьянова Полина Альбертовна
курсант Юридического колледжа, РФ, г. Москва
Исрафилов Идрис Мухаметдинович
научный руководитель, преподаватель Юридического колледжа, РФ, г. Москва

 

Оперативно-розыскное обеспечение доказывания по уголовным делам является одним из основных направлений использования оперативно-розыскной информации в раскрытии и расследовании преступлений.

Возможность использовать информацию, которая была добыта оперативным путем, впервые была предусмотрена Законом СССР от 12 июня 1990 г. о внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Также новая редакция Закона предусматривала возможность использования видеозаписи, звукозаписи и киносъемки в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий в целях выявления фактических данных, которые могли быть использованы в качестве доказательств после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством [1, с. 495].

Однако проблема использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам не была обусловлена принятием вышеуказанных изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства или отказом от ведомственной регламентации оперативно-розыскной деятельности и принятием оперативно-розыскного законодательства. Данная проблема возникла в то время, когда оперативно-розыскная деятельность еще регламентировалась ведомственными нормативными актами.

В.Я. Дорохов аргументировал положение, согласно которому при определенных условиях сведения, полученные оперативно-розыскным путем, могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу [2, с. 103].

Оперативная информация должна устанавливать наличие или отсутствие события преступления, виновность или невиновность лица в его совершении, и иные обстоятельства, имеющие значение для принятия решения по уголовному делу. При этом оперативная информация должна быть получена только из установленных уголовно-процессуальным законом источников в установленной уголовно-процессуальным законом форме.

Оперативно-розыскная информация может быть использована в качестве содержания показаний свидетеля, потерпевшего, вещественных доказательств.

Так, в основе содержания показаний свидетеля или потерпевшего могут лежать сведения, которые получены оперативным сотрудником при опросе данного лица.

Опрос — оперативно-розыскное мероприятие, заключающееся в общении самостоятельно или через третьих лиц с опрашиваемым лицом. Результаты опроса, при согласии опрашиваемого, могут быть оформлены заявлением, объяснением, явкой с повинной, либо рапортом или справкой должностного лица [7, с. 49].

Соответствующий документ может быть представлен лицу, которое ведет расследование, что служит основанием для вызова опрошенного лица для допроса в качестве свидетеля или потерпевшего.

Полученные сведения в результате проведения данного следственного действия приобретают статус доказательств по уголовному делу (п. 2 ч. 2 ст. 74; ст. 78; 79 УПК РФ).

На практике оперативные сотрудники часто сами становятся очевидцами совершенного, совершаемого или готовящегося преступления. Поэтому они могут быть допрошены в качестве свидетелей в ходе предварительного расследования и в процессе судебного следствия.

Результаты проведенных оперативно-розыскных мероприятий могут использоваться в доказывании по уголовным делам в качестве вещественных доказательств или иных документов, добытых оперативно-розыскным путем.

Вещественные доказательства (ст. 81 УПК РФ) и иные документы (ст. 84 УПК РФ) — это относительно определенный вид доказательств, которыми может являться достаточно большой круг предметов и документов, полученных в том числе в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий в рамках ОРД.

Уголовно-процессуальный закон запрещает использовать в процессе доказывания результаты оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, которые предъявляются к доказательствам (ст. 89 УПК РФ).

На практике часто встречаются случаи, когда органы предварительного расследования не оценивали соответствие названия проведенного оперативно-розыскного мероприятия и его содержания.

Отсутствие возможности установления правовой природы того или иного оперативно-розыскного мероприятия приводит к признанию его ничтожности и невозможности использования в доказывании.

Определенное внимание в практической деятельности оперативных подразделений заслуживает существующий порядок предоставления материалов в суд для получения судебного решения на проведение оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права граждан.

Оперативный сотрудник обязан предоставить суду материалы, обосновывающие проведение какого-либо оперативно-розыскного мероприятия. Но в суд в 64 % случаев предоставляются только постановления о производстве оперативно-розыскного мероприятия с кратким обоснованием необходимости его проведения, что в ряде случаев приводит к отказу суда в даче разрешения на проведение соответствующего оперативно-розыскного мероприятия (56 % случаев).

Действующий Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» не содержит перечня материалов, которые необходимо предоставить в суд, а так же формы постановления, обосновывающего проведение ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан.

Я считаю, что ч. 2 ст. 9 ФЗ «Об ОРД» необходимо дополнить и изложить в редакции: «В постановлении должны быть указаны:

  1. Особенности противоправного деяния, делающие необходимым проведение конкретного оперативно-розыскного мероприятия;
  2. Данные о личности лица, в отношении которого оно будет проводиться, и лица, которое будет проводить данное ОРМ;
  3. Конкретные цели;
  4. Длительность проведения ОРМ;
  5. Обоснованность невозможности проведения мероприятий, не связанных с ограничением конституционных прав граждан;
  6. Технические характеристики средств, которые будут использоваться в процессе проведения ОРМ».

Уголовно-процессуальная деятельность и оперативно-розыскная деятельность взаимосвязаны, взаимообусловлены и неразделимы, т. к. часто наличие доказательств по расследуемому преступлению связано не только с производством расследования, но и плодотворной деятельностью оперативно-розыскных подразделений, которые предоставляют органам расследования оперативно-розыскную информацию, полученную в результате проводимых оперативно-розыскных мероприятий.

Уголовное судопроизводство и оперативно-розыскная деятельность имеют перед собой одну общую цель — установление истины по расследуемому преступлению, но способы достижения поставленной цели имеют существенные различия.

Уголовно-процессуальный закон определяет доказательства по уголовному делу как «любые сведения, на основе которых» лицо, в чьем производстве находится уголовное дело «в порядке, определенном УПК, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу…» (ч. 1 ст. 74 УПК РФ). При этом закон не раскрывает правовой сущности используемого им понятия, «любые сведения». Сущность этого понятия разрешается, исходя из требований закона, которым должны соответствовать доказательства. Именно поэтому в ч. 2 ст. 11 Закона «Об ОРД» сказано, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут «использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств». Проблема состоит в том, как или посредством чего в процесс оперативно-розыскной деятельности, и в ходе уголовного судопроизводства собирается информация о преступлении.

Изучив научную юридическую литературу по оперативно-розыскной деятельности и уголовному процессу, я могу выделить несколько точек зрения, с помощью которых можно раскрыть соотношение оперативно-розыскной и доказательственной деятельности в частности:

  1. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств, при условии правильности проверки порядка их передачи от органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность в орган предварительного расследования.
  2. Преобразование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказательства при надлежащей оценке оперативно-розыскной информации по установленным уголовно-процессуальным законом правилам доказывания.
  3. Результаты оперативно-розыскной деятельности вообще не могут быть преобразованы в доказательства, из-за того, что доказательства собирает сам следователь или дознаватель в процессе расследования.
  4. Преобразование оперативно-розыскной информации в доказательства путем фактического приобщения последней к материалам уголовного дела.

В практической деятельности у органов, осуществляющих предварительное расследование, часто возникает необходимость допросить штатных сотрудников оперативных подразделений ОВД в качестве свидетелей. При проведении их допроса органы предварительного расследования руководствуются общими правилами, предусмотренными ст. 56, 187—190 УПК РФ.

Кроме штатных оперативных сотрудников ОВД к проведению оперативно-розыскных мероприятий привлекаются так называемые отдельные лица, которые согласно ст. 17 ФЗ «Об ОРД» могут сохранить конфиденциальность своего содействия органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность.

Содействие граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, подразделяют на три вида: гласное, анонимное и негласное (конфиденциальное).

Гласное содействие оказывает лицо, которое не требует сохранения в тайне его участия в подготовке или проведении оперативно-розыскных мероприятий, и в дальнейшем при необходимости может дать показания при производстве расследования и в суде.

Анонимное содействие осуществляется путем предоставления информации лицом, которое не желает раскрывать свои данные и участвовать в дальнейших стадиях уголовного процесса.

Конфиденциальное содействие устанавливается при условии выраженного желания гражданина, при этом сведения о лицах, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, не подлежат оглашению.

Считаю необходимым рассмотреть возможность использования оперативной информации, которая предоставляется лицами, оказывающими содействие на конфиденциальной основе, при производстве расследования преступлений.

Я считаю, что несмотря на развитие электронно-технических средств контроля, значение лиц, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, неуклонно растет в силу того, что роль человеческого фактора в современном обществе повышается в связи с усложнением в нем социальных связей.

Метод использования лиц, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, успешно применяется в ряде стран мира.

В Швейцарии распространено оперативное внедрение в преступную среду штатных сотрудников полиции, которых называют «кротами», наряду с агентами.

Во Франции роль агентов отводится «бригадам сыска и захвата». Сотрудники данных подразделений осуществляют оперативное наблюдение за соответствующей преступной средой, будучи внедренными в нее изнутри.

Некоторые ученые не исключают возможности вызова в качестве свидетеля для дачи показаний лиц, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, которые принимали непосредственное участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий [3, с. 95—96].

Другие полностью отрицают их участие в уголовном процессе и считают, что использование сведений, предоставляемых лицами, оказывающими содействие на конфиденциальной основе, в качестве доказательств по уголовным делам, противоречит сущности процессуальной формы уголовного процесса.

Б.А. Филимонов, исследовавший данную проблему на примере законодательства и практики уголовного процесса ФРГ с позиции возможности использования сведений, предоставляемых лицами, оказывающими содействие на конфиденциальной основе, в уголовном процессе в качестве доказательств, пришел к выводу о недопустимости их трансформации в доказательства путем допроса оперативных сотрудников и лиц, оказывающих содействие на конфиденциальной основе [8, с. 107—112].

Аналогичного мнения придерживается и Е.А. Доля, считая, что данный запрет полностью приемлем к законодательству и практике уголовного судопроизводства России [4, с. 9].

Я считаю, что приведенные выше суждения о невозможности использования сведений, сообщенных лицом, осуществляющим конфиденциальное сотрудничество, при официальном его допросе, недостаточно аргументированы.

На мой взгляд, информация, предоставленная в уголовный процесс лицом, оказывающим содействие на конфиденциальной основе, путем его допроса в качестве свидетеля, при соблюдении требований уголовно-процессуального закона, может быть использована в качестве доказательств по уголовному делу.

Актуальным вопросом остается вопрос о защите законных интересов лиц, предоставляющих конфиденциальную информацию в уголовный процесс.

Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» предполагает возможность, и разрешает конфиденциальное сотрудничество граждан с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность (ст. 17 ФЗ «Об ОРД»). Однако законодатель недостаточно полно регламентирует возможности использования конфиденциальных сотрудников в качестве свидетелей по уголовным делам, наделяя сведения о личности граждан, оказывающих содействие на конфиденциальной основе, статусом государственной тайны, допуская при этом ее разглашение, но только в определенных случаях.

Допрос лиц, оказывающих содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность на конфиденциальной основе, возможен только «с их согласия в письменной форме» (ч.2 ст.12 ФЗ «Об ОРД»).

В том случае, если лицо, оказывающее содействие на конфиденциальной основе, дало письменное согласие на свой допрос в качестве свидетеля, то допрос должен проводиться с соблюдением специальных правил, которые предусматривали бы возможность изменения внешности, голоса свидетеля. Однако такие правила допроса действующим уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрены, на что следовало бы обратить внимание законодателя. В связи с этим ч. 9 ст. 166 УПК РФ, регламентирующую составление протокола следственного действия, следовало бы дополнить текстом следующего содержания: «Если в качестве свидетеля допрашивается лицо, оказывающее содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность на конфиденциальной основе, письменно давшее согласие на свой допрос, то допрос может проводиться с соблюдением специальных правил, содержащихся в данной статье, предусматривающих изменение внешности и голоса свидетеля, о чем следователь с согласия руководителя следственного органа выносит соответствующее постановление с соблюдением вышеуказанных в настоящей статье правил».

Считаю необходимым отметить, что важным условием проведения допроса с участием лица, осуществляющего конфиденциальное сотрудничество, является его согласие. То есть, в данном случае речь идет о свидетельском иммунитете. Однако действующий уголовно-процессуальный закон не содержит нормы, регламентирующей данное положение, поэтому ст. 188 УПК РФ, регламентирующую порядок вызова на допрос, следовало бы дополнить, например, ч. 6 следующего содержания: «Лицо, оказывающее содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность на конфиденциальной основе, вправе отказаться являться на допрос по письменному мотивированному ходатайству, направленному следователю руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность». Аналогичные дополнения следовало бы внести в ст. 278 УПК РФ, регламентирующую допрос свидетелей в судебном следствии.

Исходя из перечисленного выше, соответствующее дополнение следовало бы внести и в ч. 3 ст. 56 УПК РФ, предусматривающую обязательный перечень лиц, которые «не подлежат допросу в качестве свидетелей», то есть пользующихся свидетельским иммунитетом. В частности, текст ч. 3 указанной статьи желательно было бы дополнить п. 6 следующего содержания «Лицо, оказывающее содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность на конфиденциальной основе без его согласия».

 

Список литературы:

  1. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 26. Ст. 495.
  2. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж: Воронежский ун-т,1978. С. 103.
  3. Демидов И.Ф. Значение оперативно-розыскной деятельности для уголовно-процессуального производства // Судебная реформа и проблемы и судопроизводства: Сб. науч. тр. — М.: НИИ проблемы укрепления законности и правопорядка, 1995. С. 95—96.
  4. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. — М.: СПАРК, 1996. С. 9.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.
  6. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности».
  7. Федеральный закон «Об ОРД»: Научно-практический комментарий / под ред. проф. В.В. Николюка. 4-е изд., перераб. и доп. — М.: Спарк,1999. С. 49; 164.
  8. Филимонов Б.А. Основы теории доказательств в германском уголовном процессе. — М.: СПАРК, 1994. С. 107—112.