Статья:

РОЛЬ ЛИНГВОЦВЕТОВОГО АНАЛИЗА ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТОВ В ПОЗНАНИИ РУССКОЙ И АНГЛИЙСКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУР

Конференция: XXXV Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: 3. Культурология

Выходные данные
Гладилина А.А., Гущина Л.В. РОЛЬ ЛИНГВОЦВЕТОВОГО АНАЛИЗА ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТОВ В ПОЗНАНИИ РУССКОЙ И АНГЛИЙСКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУР // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. XXXV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 6(34). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/6(34).pdf (дата обращения: 19.04.2018)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 47 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

РОЛЬ ЛИНГВОЦВЕТОВОГО АНАЛИЗА ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТОВ В ПОЗНАНИИ РУССКОЙ И АНГЛИЙСКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУР

Гладилина Анастасия Александровна
магистр ИФЖиМКК ЮФУ, РФ, г. Ростов-на-Дону
Гущина Людмила Викторовна
научный руководитель, канд. филол. наук, доц. ИФЖиМКК ЮФУ, РФ, г. Ростов-на-Дону

Проблема взаимодействия языка и культуры в настоящее время является актуальной в таких науках, как лингвистика, культурология, а также межкультурная коммуникация. Цвет представляет собой один из самых значимых пластов когнитивной базы, так как он на самом раннем этапе уже наполняется ценностным и смысловым содержанием, входит в систему ценностей и обладает национально-культурной окраской [1]. Следовательно, отдельным и немаловажным аспектом изучения этого вопроса можно считать лингвокультурологический анализ восприятия цвета в разных культурах и роль цветообозначений в языке, способствующей более глубокому пониманию культуры в целом, и её художественной литературы, как культурной ценности, в частности.

Но, прежде всего, обратимся к самому понятию «цвет» в английской и русской лингвокультурах. Так, в русском языке цвет понимается как «один из видов красочного радужного свечения от красного до фиолетового, а также их сочетаний или оттенков», т.е. буквально все цвета радуги [2, c. 1445]. Также цвет трактуется как одно из свойств объектов материального мира, которое воспринимается нами как осознанное зрительное ощущение. В процессе зрительного восприятия человек присваивает объектам тот или иной цвет [3, c. 441]. Встречаются и другие определения понятия цвета, например, как свойства тела вызывать зрительное ощущение в соответствии со спектральным составом отражаемого или испускаемого им видимого излучения [4, c. 986]. Интересным, на наш взгляд, является выделение омонимичных значений в качестве растений, лучшей части чего-либо, сочетания красок в живописи и т.д. (5, c. 784; 4, c. 986]. Таким образом, представляется очевидным, что понятие «цвет» в основном своём значении описывается с точки зрения физического явления, а не с позиции его воздействия на культуру и восприятия человеком.

Англоязычные лексикографические источники приводят следующие значения: 1) свойство объекта вызывать различные зрительные ощущения как результат отражения и / или излучения объектом света [6, c. 862]; 2) ощущение, производимое на зрение лучами света, рассеянными через призму; селективное отражение и пр. волн различной длины [7, c. 1630]; 3) какие-либо сочетания составляющих, в которых представляется возможным выделить свет из спектра радуги, включая богатую цветовую гамму [6, c. 862]; 4) красящая субстанция, краска [8].

Из приведённых выше значений видно, что основные понятия цвета совпадают в английском и русском языках, однако, есть и различия. Так, в английском языке цвет может употребляться при ассоциации с конкретной национальностью, имея значение пигментации кожи, в особенности тёмной, ставшей основанием для предрассудков и дискриминации [8].

Также в английском языке лексема “colour” может употребляться в качестве глагола, имеющего значение изменения цвета чего-либо путём его зарисовки, окрашивания в различные цвета или штрихования [7, c. 1630].

В каждой культуре создаётся свой основной набор цветов, которые и формируют цветовую картину мира. Например, в европейской культуре к основным цветам относят: черный, белый, желтый, синий, фиолетовый и зеленый, хотя этот ряд может корректироваться в зависимости от культуры отдельного народа [9]. Цветообозначения являются неотделимой составляющей языковой картины мира каждого народа. Они выражаются в идиомах, лексемах, словосочетаниях и других вербальных средствах. Несмотря на относительную универсальность восприятия цвета в различных культурах, в психике каждой народности сложились свои собственные цветовые стереотипы и соотношения между определёнными цветами и образами. Например, в русском языке «красный» ассоциируется с красотой, здоровьем и молодостью: красный молодец, красна девица, так как слова красный и красивый имеют одно этимологическое происхождение. В английском языке, напротив, красный ассоциируется с опасностью: red tape – в значении бюрократии, red flag – в значении опасности.

Многие исследователи (А.П. Василевич, Л.Р. Гатауллина и др.) при изучении взаимосвязи цветообозначений и культуры выделяют особое понятие лингвоцветовой картины мира, которая имеет место не только у отдельных народов, но и у каждого индивида. Это понятие можно отнести к художественному миру писателей, например, любовь И.А. Бунина к лиловому цвету или определение Н.А. Некрасова как чёрно-белого поэта [10, c. 134].

Следует отметить, что во временном разрезе выражение лингвоцветовой картины мира никогда не было универсальным. Символика цветообозначений претерпела ряд изменений вместе с культурой, в то время как нейрофизиологические принципы восприятия цвета всегда оставались неизменны. Цветовое восприятие для всех народов одинаково. Однако цветовая концептуализация различна, так как язык выражает наше сознание, а не то, что происходит в сетчатке глаза и мозгу. Таким образом, лингвоцветовая картина мира может выражать культуру только одного определённого народа, так как в другой культуре она будет иметь принципиальные отличия, характерные только данной культуре [11, c. 238-239].

Ярче всего лингвоцветовая картина мира проявляется в художественной литературе, которая, приукрашивая исходное значение, наделяет его более сложной структурой. В обыденной картине мира коннотации базируются на ключевых цветообозначениях, которые этимологически обусловлены.

А.П. Василевич посвятил ряд работ исследованию терминов цвета в художественной литературе. По его мнению, цветообозначения могут рассматриваться с точки зрения частотности употребления, описания цветовой палитры писателя, использования особых способов описания цвета. Исследователь считает, что основной трудностью, возникающей при анализе цветонаименований в художественном тексте, является отсутствие некоторого стандарта, эталона, сравнение с которым, способствовало бы возможному суждению о цветовой живописности языка писателя. Поэтому на сегодняшний день такие исследования обладают высоким уровнем субъективности. А.П. Василевич при цветовом анализе выделяет такие понятия, как индекс лексической и морфологической оригинальности. Первый определяет отношение количества редко и часто встречаемых терминов цвета, а второй, в свою очередь, базируется на основе соотнесения простых и сложных цветовых лексем. На базе этих определений выявляется «индекс живописности» произведения или автора в целом [10, c. 140].

На наш взгляд, изучение цветообозначений в художественном тексте с лингвокультурологической стороны требует своей особой методики, которой на данный момент, к сожалению, не существует. При разработке данной методики необходимо учитывать ряд немаловажных факторов. Так, мы считаем, что первым основополагающим фактором должен быть анализ коннотаций цветообозначений, которые с высокой степенью точности могут помочь воссоздать как индивидуальную картину мира автора, так и общую национальную. Как известно, Р. Барт считал, что коннотативная система есть система, план выражения которой сам является знаковой системой [12, c. 114]. Это значит, что именно коннотации помогают понять всю многозначность текста, заложенную автором. В художественном тексте коннотация может нести в себе несколько смыслов: 1) эмотивный; 2) волюнтативный, имеющий субъективную окраску автора; 3) аппелятивный, склоняющий к позиции автора; 4) эстетический, содержащий в себе представления о прекрасном; 5) контактоустанавливающий, имеющий общее знание, которое способствует верному толкованию. При исследовании коннотаций не следует забывать и об их национальной специфике и культурном коде.

Другим немаловажным фактором является правильное соотношение национально-специфического и индивидуально-авторского.

Таким образом, учитывая все вышесказанное, мы предлагаем следующую поэтапную структуру лингвоцветового анализа художественных текстов русско- и англоязычных лингвокультур, включающую в себя: 1) выявление употреблённого цветообозначения и его толкование с учетом авторского контекста; 2) подсчёт частотности употреблений терминов цвета; 3) расчёт «индекса живописности» текста; 4) объяснение синтаксической и смысловой позиции коннотаций цветонаименований; 5) анализ коннотаций цветовых терминов; 6) рассмотрение цветообозначений текста с точки зрения языковой картины мира; 7) определение индивидуально-авторской коннотации методом анализа связей цветонаименований.

 

Список литературы:
1. Гатауллина Л.Р. Роль цветообозначений в концептуализации мира (на материале фразеологизмов английского, немецкого, французского, русского и татарского языков): Автореф. дис. … канд. филол. наук // Уфа, 2005.
2. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка: – М., 1990. – С.1445.
3. Прохоров А.М. Цвет // Большая советская энциклопедия: – М., 1978. – С.441.
4. Кузнецов С.А. Большой толковый словарь русского языка: СПб., 2000. – С.986.
5. Брокгауз Ф.А., Ефрон И. Иллюстрированный энциклопедический словарь: – М., 2015. – С.784.
6. Oxford Dictionary of Current English: Oxford, 2006. – Р. 862.
7. Oxford English Reference Dictionary: Oxford, 2002. – Р. 1630.
8. Colour // http://www.oxforddictionaries.com/ru.
9. Базыма Б.А., Цвет и психика: монография: Харьков: ХГАК, 2001.
10. Василевич А.П., Обозначение цвета в современном русском языке. – М., 1981.
11. Вежбицкая А., Язык. Познание. Культура: – М., 1996. – С. 238–239.
12. Барт Р., Основы семиологии: – М., 1975. – С. 114.