Статья:

НАСЛЕДОВАНИЕ ПРОФЕССИИ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН

Конференция: III Студенческая международная заочная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: общественные и экономические науки»

Секция: 4. Социология

Выходные данные
Назарова А.М. НАСЛЕДОВАНИЕ ПРОФЕССИИ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН // Молодежный научный форум: Общественные и экономические науки: электр. сб. ст. по мат. III междунар. студ. науч.-практ. конф. № 3(3). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_social/3(3).pdf (дата обращения: 12.08.2020)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 1 голос
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

НАСЛЕДОВАНИЕ ПРОФЕССИИ КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФЕНОМЕН

Назарова Александра Михайловна
магистрант Дальневосточного Федерального Университета, Школа педагогики, г. Уссурийск
Назаров Михаил Серафимович
научный руководитель, научный руководитель, доцент Дальневосточного Федерального Университета, Школа педагогики, г. Уссурийск

 

В дискурсе о «профессиональном» образовании, наряду с вопросом о выборе «профессии» обсуждается и вопрос передачи «профессии», иначе говоря, её наследовании.

При этом считается, что существует ряд профессий, традиционно «передающихся по наследству», к примеру, учителя или военные.

Сам же по себе феномен наследования (особенно в рамках психолого-педагогического подхода) рассматривается как процесс, проходящий в рамках первичной социализации, когда доминирующим агентом является семья. Собственно, наследование и определяется как процесс передачи социокультурных характеристик между поколениями.

Вместе с тем, наследование (в рамках социологической науки) — это регулируемый социальными нормами порядок перехода социального статуса, имущества, прав и обязанностей от одного индивида к другим лицам.

Отсюда наследование можно рассматривать на двух уровнях — как социальный институт, регулирующий подобные переходы, и как форму взаимодействия в первичной группе.

В первом случае, необходимо обратить внимание на позицию Э. Дюркгейма, который рассматривал социальное наследование (в первую очередь, профессии) как элементарную форму трудовой организации и связывал его с механическим разделением труда.

Это означает, что наследование профессии возможно в стабильных обществах (традиционного типа), где трансляция опыта происходит в основном в рамках семейного воспитания, «из поколения в поколение».

В таких сообществах семья становится доминирующим социальным институтом, который берет на себя профессиональное образование (модель «мастер — подмастерье»). При этом надо учитывать, что наследование предполагает не передачу особых способностей (типа «гена профессии»), а создание особых предпосылок для профессиональной деятельности последующих поколений.

Для закрытых сообществ (профессиональных групп) наследование является формой самосохранения — интересы (способности, желания) одного не учитываются в условиях сохранения группы.

Таким образом, наследование (в данном случае, профессии) является механизмом сохранения социальной структуры, стабильного существования. Профессиональные сообщества закрыты, доступ в них ограничен.

Однако с переходом от механической к органической солидарности формируются специализированные институты профессий, механизм социального наследования перестает играть главную роль. Становится возможен выход за рамки семейной традиции (через систему внесемейного профессионального образования). Это приводит к «раскрытию» профессиональных сообществ, потере внутрисемейной профессиональной идентификации.

Об этом могут свидетельствовать данные Всероссийского центра опроса общественного мнения (ВЦИОМ) от октября 2010 года (выборка составила 1600 человек) [4]. В числе прочих, респондентам было задано два вопроса «Хотели ли Ваши родители, что бы Вы работали по той же профессии что и они или нет?» и «Хотели бы Вы, что бы Ваши дети работали по той же профессии что и Вы или нет?». Распределение ответов на данные вопросы позволяет сделать вывод о наличии/отсутствии наследования профессии между поколениями (родители — дети — внуки).

Первичный анализ частотных распределений указывает на отсутствие механизма наследования профессии между поколениями — 48 % в отношениях «родители — дети», 59 % — «дети — внуки». Другими словами, каждое последующее поколение «увеличивает» процент отрицательно относящихся к передаче профессии.

Таким образом, можно говорить о том, что социальное наследование профессии как специализированный институт действительно утратило лидирующие позиции.

Подобные выводы подтверждаются и результатами пилотного исследования, проведенного в феврале 2013 года на группе учителей городского округа (21 респондент), присутствовавших на конкурсе «Педагог года» [5]. В частности, респондентам предлагался вопрос о том, хотели ли бы они, чтобы их дети работали в системе образования. 71,4 % респондентов ответили отрицательно.

Вместе с тем, как было отмечено выше, социальное наследование также может рассматриваться как особая форма взаимодействия в первичной группе.

В таком случае профессию следует рассматривать не как социальный институт, а в духе М. Вебера — как образ жизни. Включение в анализ данного понятия позволяет рассмотреть наследование как неформальный и неявный механизм передачи профессиональных навыков и умений последующему поколению.

Традиционно образ жизни рассматривается как «социологическая категория, охватывающая совокупность типичных типов жизнедеятельности индивида, социальной группы, которая берется в единстве с определяющими её условиями жизни» [6, с. 327].

Профессия, рассмотренная в данном контексте, подразумевает, что поведение представителей той или иной профессиональной сферы в своей повседневности во многом определено и подчинено практикам, существующим в их профессиональной деятельности.

Тогда наследование — это не просто передача «сухих» правил и способов деятельности, но и «знания на кончиках пальцев» — нерефлексируемого содержания.

Собственно, одной из сущностных характеристик социальных практик (практических действий) и является его принципиальное отличие от «действий рефлексивных, осмысленных, продиктованных разумом или долгом» [1, с. 21]. В силу же этого практики доминируют в сфере повседневной жизни и скрепляют совместное существование людей.

Профессиональные практические действия также являются частью нерефлексируемой повседневности, поэтому они «реализуются» не только «на работе», но и «дома». Поэтому об особенностях профессиональной деятельности родителей дети могут иметь представление — и о минусах, о плюсах. Парадокс заключается в том, что как бы ни оценивалась деятельность родителей — положительно или отрицательно — набор родительских профессиональных практик передается детям в процессе социализации. Другими словами, здесь находит свое отражение процесс наследования профессий — в неинституциональной, неявной форме.

Здесь необходимо вернуться к данным пилотного исследования (февраль 2013 года), поскольку вопрос о рекомендации/нерекомендации сферы образования как возможной сферы деятельности для своих детей вместе с тем является индикатором отношения к учительской профессии. Исходя из полученных данных, можно сделать вывод о том, что 71,4 % нерекомендовавших негативно относятся к своей профессиональной деятельности.

Косвенно эти выводы связаны с данными опросов ВЦИОМ от июня 2008 (выборка составила 1600 человек) [2; 3]. Респонденты отвечали на вопрос о рекомендации своей профессии детям («Хотели ли бы Вы, чтобы Ваши дети выбрали ту же профессию, что и у Вас?»). Рекомендовавшим (по данным 2008 года — 20 % от числа опрошенных) затем было предложено выбрать причину рекомендации (таблица 1).

Таблица 1.

Почему бы Вы хотели, чтобы Ваши дети выбрали ту же профессию, что и у Вас? (ранг)

 

Все опрошенные

Специалист с высшим образованием вне производства (наука, культура, образование)

Профессия востребована на рынке, всегда нужна, благоприятствует развитию экономики, легко трудоустроиться

1

2

Интересная, разнообразная работа, добрая работа, люблю ее, увлекает

2

1

Продолжение семьи — сам буду помогать детям, могу передать опыт, возможность работать с детьми, вся семья в одном корпусе, дети продолжатели начинаний

3

3

Большие заработки, с деньгами, с продуктами

4

4

Хочу передать дело по наследству, передать опыт, хочу, чтобы у меня была трудовая династия

5

5

Престижная профессия

6

3

 

 

Очевидно, что особой разницы в рейтинге причин рекомендации между всеми опрошенными и специалистами с высшим образованием (сфера образования, культуры и науки) не наблюдается. Значимым является то, что позиция «Интересная, разнообразная работа, добрая работа, люблю ее, увлекает» занимает одно из ведущих положений, что подтверждает вывод о влиянии отношения к профессии на её рекомендацию.

В большинстве же случаев (явно — в пилотажном исследовании, косвенно — в опросе ВЦИОМ) отношение к профессии носит либо негативный, либо равнодушный характер.

Подобное отношение, безусловно, находит свое отражение в семейном общении, «наследуется» детьми. Получается, что они не только вбирают «поведенческие» аспекты практик, но фиксируют и закрепляют эмоциональный контекст.

В то же самое время это может являться одной из причин так называемого феномена «учительских детей» — если родители всем своим поведением (сознательно или бессознательно) демонстрируют негатив к своему труду, то дети как зеркало отражают это отношение в своих конкретных взаимодействиях.

Однако не стоит забывать, что на уровне практик эти дети (в нерациональной форме) получают достаточно «неявного знания», которое позволило бы им с большим успехом получать образование, связанное с дальнейшей работой в локусе «человек — человек» или с прямым вариантом наследования родительской (учительской) профессии.

Но если упоминаемый локус достаточно широк, то прямое наследование встречается редко — учительских династий не так уж и много. Сталкиваясь с различными проявлениями профессионального выгорания в родительских вариантах, дети не стремятся (явно) их воспроизводить. Между тем, в своей повседневности, они все же используют усвоенные практики.

 

Список литературы:

  1. Вахштайн В.С. Социология повседневности и теория фреймов / В.С. Вахштайн. — СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2011. — 334 с.
  2. Данные опроса общественного мнения от июня 2008 года (ВЦИОМ) — [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://wciom.ru/zh/print_q.php?s_id=548&q_id=39441&date=15.06.2008 (дата обращения 06.05.2013)
  3. Данные опроса общественного мнения от июня 2008 года (ВЦИОМ) — [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://wciom.ru/zh/print_q.php?s_id=548&q_id=39442&date=15.06.2008 (дата обращения 06.05.2013)
  4. Данные опроса общественного мнения от октября 2010 года (ВЦИОМ) — [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://wciom.ru/zh/print_q.php?s_id=694&q_id=50411&date=31.10.2010 (дата обращения 06.05.2013)
  5. Назарова А.М. Качества успешного учителя: кризис профессиональной самоидентификации — [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://lomonosov-msu.ru/archive/Lomonosov_2013/2265/5941_124f.pdf (дата обращения 06.05.2013)
  6. Российская социологическая энциклопедия / под общей редакцией академика РАН Г.В. Осипова. — М.: Издательская группа НОРМА — ИНФРА ― М, 1998. — 672 с.