АНАЛИЗ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В РУССКОМ ТЕКСТЕ РОМАНА ВИОЛЫ АРДОНЕ (ДЕТСКИЙ ПОЕЗД) ПО КЛАССИФИКАЦИИ В. В. ВИНОГРАДОВА

ANALYSIS OF PHRASEOLOGICAL UNITS IN THE RUSSIAN TEXT OF VIOLA ARDONE'S NOVEL (CHILDREN'S TRAIN) ACCORDING TO V.V. VINOGRADOV'S CLASSIFICATION

Ali Hussein Hadi

PhD in Philology, lecturer, Central Library University of Baghdad, Iraq, Baghdad

Аннотация. Фразеологические единицы занимают ключевое место в системе русской разговорной и художественной речи. Роман В. Ардоне «Детский поезд» в русском переводе представляет богатый источник идиоматического материала благодаря специфике детского голоса рассказчика. В исследовании предпринята классификация фразеологических единиц в главах 1–4 (≈12 000 словоупотреблений) по таксономии В.В. Виноградова. Корпус составил 37 единиц, извлечённых методом сплошной выборки. Использованы описательно‑аналитический, таксономический [3], компонентный и контекстуальный методы анализа. Единства преобладают (48,6%; 18 ед.), отражая разговорно‑просторечный регистр; сращения (21,6%; 8 ед.) маркируют эмоционально насыщенные реплики; сочетания (29,7%; 11 ед.) формируют нейтральный фон. Распределение коррелирует с коммуникативным регистром, выявляя стилистические функции детского голоса рассказчика.

Abstract. Phraseological units are central to Russian colloquial and literary discourse. V. Ardone’s The Children’s Train (Russian translation) offers rich idiomatic material due to the child narrator’s voice. The study classifies phraseological units in Chapters 1–4 (≈12,000 tokens) following Vinogradov’s taxonomy. A corpus of 37 units was extracted by continuous sampling. Methods included descriptive‑analytical, taxonomic [3], componential, and contextual analysis. Phraseological unities dominate (48.6%, 18 items), reflecting colloquial register; fusions (21.6%, 8 items) mark emotive speech; combinations (29.7%, 11 items) provide neutral background. Distribution correlates with communicative register, highlighting stylistic functions of the child’s narrative voice.

Ключевые слова: фразеологические сочетания, русская разговорная фразеология, художественный нарратив, идиоматическая плотность.

Keywords: phraseological collocations, Russian colloquial phraseology, literary narrative, idiomatic density.

Введение

Фразеологическая система русского языка принадлежит к числу наиболее разработанных в европейской лингвистике: богатство разговорно-просторечного идиоматического фонда, высокая плотность устойчивых оборотов в художественной прозе и детальная лексикографическая документация создают благодатную почву для системного анализа. Вместе с тем изучение фразеологии конкретных художественных текстов — в особенности переводных, обладающих самостоятельным лингвостилистическим статусом, — остаётся актуальной задачей современной русистики [7].

Настоящее исследование посвящено анализу фразеологических единиц (далее — ФЕ) в русском тексте романа В. Ардоне «Детский поезд» [2]. Роман написан от лица восьмилетнего рассказчика, что определяет исключительно высокую концентрацию разговорно-просторечной идиоматики в ткани повествования. Русский текст рассматривается как самостоятельная языковая система, функционирующая по законам русской разговорной фразеологии.

Теоретическую основу исследования составляет классификация В.В. Виноградова, разграничивающая три типа ФЕ по степени семантической слитности компонентов: фразеологические сращения, единства и сочетания [3]. Эта модель сохраняет ключевое место в отечественной фразеологии и обеспечивает операциональный инструментарий для классификации единиц с разной степенью идиоматичности [4; 9].

Цель работы — установить типологическое распределение ФЕ в русском тексте романа по классификации Виноградова и охарактеризовать их стилистические функции. Задачи: (1) формирование корпуса ФЕ методом сплошной выборки из глав 1–4; (2) классификация единиц по трём типам Виноградова; (3) компонентный и контекстуальный анализ каждого типа; (4) количественная и качественная характеристика распределения ФЕ; (5) установление связи между типом ФЕ и её стилистической функцией в нарративе.

Актуальность работы определяется недостаточной изученностью фразеологии современной переводной прозы в русистике и потребностью в корпусных данных о соотношении типов ФЕ по Виноградову в разговорно-ориентированном художественном тексте.

Теоретические основания

Классификация В.В. Виноградова, изложенная в работе «Об основных типах фразеологических единиц в русском языке» (1947; переизд. 1977), строится на едином критерии — степени семантической слитности компонентов, то есть соотношении между суммой значений компонентов и значением целого оборота. Этот критерий позволяет выстроить иерархию от максимальной слитности (сращения) к минимальной (сочетания) и остаётся наиболее операциональным для анализа русской идиоматики [3].

Фразеологические сращения — единицы с полной семантической неделимостью: значение целого не выводится из значений компонентов ни при каком контексте. Компоненты утратили самостоятельное значение, нередко являясь архаизмами или историзмами. Шанский подчёркивает: именно сращения образуют ядро русской идиоматики и наиболее устойчивы к контекстуальным вариациям [9].

Фразеологические единства — единицы с мотивированным, но переносным значением: общий смысл оборота выводится из образа, лежащего в основе метафоры, однако не равен сумме буквальных значений компонентов. Единства составляют наиболее обширный пласт разговорной фразеологии и отличаются стилистической гибкостью. По наблюдению Жукова, именно единства «несут основную экспрессивную нагрузку в художественном тексте» [4].

Фразеологические сочетания — единицы, в которых один из компонентов сохраняет прямое лексическое значение, тогда как другой выступает в устойчивом связанном значении, реализуемом лишь в данном сочетании. Телия рассматривает их как переходную зону между фразеологией и лексикой [7].

Алефиренко и Семененко уточняют, что трёхчленная классификация Виноградова предполагает наличие переходных случаев на границах категорий: некоторые единицы допускают двойную квалификацию в зависимости от синхронного или диахронного угла рассмотрения [1]. Это наблюдение принято во внимание при анализе пограничных единиц в настоящем исследовании.

Материал и методы

Материалом исследования служат главы 1–4 первой части романа В. Ардоне «Детский поезд» в русском переводе [2] — около 12 000 словоупотреблений. Выбор данного фрагмента обусловлен его нарративной функцией: именно здесь формируется голос рассказчика и устанавливается разговорно-просторечный регистр, определяющий стилистику всего романа.

ФЕ извлекались методом сплошной выборки по двум критериям: (1) воспроизводимость — оборот функционирует как готовая воспроизводимая форма; (2) семантическая осложнённость — значение не совпадает с суммой прямых значений компонентов. Верификация статуса единиц проводилась по Молоткову [5] и Телии [8]. Итоговый корпус составил 37 ФЕ.

Процедура классификации

Анализ проводился в два этапа. На первом каждая ФЕ была отнесена к одному из трёх типов классификации Виноградова на основании компонентного анализа: устанавливалась степень семантической слитности компонентов через сопоставление значения целого с буквальным значением его составных частей. На втором этапе определялась стилистическая функция в контексте: эмотивно-оценочная, характерологическая, нарративно-связующая или жанрообразующая.

Таблица 1.

Распределение ФЕ по типам классификации В.В. Виноградова

Результаты

Фразеологические сращения (8 ед., 21,6%)

Сращения представляют наиболее «закрытый» пласт фразеологии: их значение абсолютно немотивировано с точки зрения современного языкового сознания. В тексте романа сращения сконцентрированы в эмоционально заряженных высказываниях — репликах персонажей в конфликтных ситуациях и во внутреннем монологе рассказчика.

Таблица 2.

Фразеологические сращения в тексте романа

Показательна единица «уходить восвояси» (гл. 2): компонент «восвояси» является полным архаизмом, семантически непрозрачным для современного носителя — что составляет сигнатурный признак сращения по Виноградову. В тексте романа эта единица отмечает момент ухода отвергнутой гостьи: «злится и уходит восвояси» — пренебрежительная оценка через выбор разговорного фразеологизма точно передаёт точку зрения мальчика-рассказчика.

Единица «ни с того ни с сего» (гл. 1) демонстрирует другой тип сращения: компоненты семантически живы, но их сочетание в значении «внезапно, без видимой причины» не выводимо из их буквальных значений. В тексте она маркирует нарративный поворот — неожиданный жест материнской щедрости: «ни с того ни с сего решила купить мне жареную трубочку».

Фразеологические единства (18 ед., 48,6%)

Единства составляют ядро разговорно-просторечной фразеологии в романе и образуют наиболее представительную группу корпуса. Их отличительная черта — образная мотивированность: значение целого выводимо из метафорически переосмысленного образа, однако не совпадает с суммой буквальных значений компонентов. По Жукову, единства «несут основную экспрессивную нагрузку в художественном тексте» [4], что полностью подтверждается анализом исследуемого корпуса.

Таблица 3.

Фразеологические единства в тексте романа (12 из 18 единиц)

Оборот «без зазрения совести» (гл. 1) — «съел его без зазрения совести» — передаёт детскую непосредственность рассказчика: логика мальчика, разграничивающего кражу и «полученный в подарок» плод, воспроизводится именно через выбор разговорного фразеологизма с коннотацией моральной невозмутимости.

Семантически сложнее единица «наказание Господне» (гл. 1): в реплике матери — «он же просто наказание Господне» — религиозный образ полностью переосмыслен в разговорно-аффективное выражение сочувствующей жалобы. Это пример «обытовления» исходного образа, характерного для русской разговорной фразеологии [6].

Фразеологические сочетания (11 ед., 29,7%)

Сочетания образуют нарративный «фон» повествования. Их компоненты сохраняют большую степень семантической самостоятельности: один реализует устойчивое «связанное» значение, другой — прямое. По Телии, именно в сочетаниях «наиболее отчётливо проявляется связанность значения как особое свойство фразеологической семантики» [7]. В романе сочетания концентрируются в нарративных пассажах, не несущих повышенной эмотивной нагрузки.

Таблица 4.

Фразеологические сочетания в тексте романа

Паремия «учёным никто не рождается» (гл. 2) занимает особое место в данной группе: компоненты семантически прозрачны, но значение клишировано и устойчиво. В тексте она звучит как самоутешительная сентенция рассказчика и выполняет жанрообразующую функцию, вводя голос народной мудрости в детский нарратив.

Единица «подавать голос» (гл. 1) подтверждает наблюдение Телии о переходности категории сочетания: глагол «подавать» в значении «произносить» утратил прямое значение передачи предмета. В романе эта единица характеризует молчаливую мать: «только тогда мама подаёт голос» — её редкое слово весомее на фоне разговорчивых персонажей.

Обсуждение

Полученные данные позволяют сформулировать три взаимосвязанных вывода о характере фразеологии в русском тексте романа.

Доминирование фразеологических единств (48,6%) закономерно для художественной прозы с разговорно-просторечным нарративным регистром. Единства обладают мотивированным образом, понятным носителю без специальных знаний, и потому органично функционируют в имитирующей устную речь письменной коммуникации. Их образность согласуется с детской перцептивной логикой рассказчика — мальчика, воспринимающего мир через конкретные физические образы [9].

Сравнительно небольшая доля сращений (21,6%) объясняется двумя факторами. С одной стороны, сращения семантически непрозрачны и менее частотны в разговорной речи. С другой стороны, их сосредоточенность в эмоционально насыщенных эпизодах свидетельствует о стилистической нагруженности: сращения маркируют пики напряжения в нарративе.

Сочетания (29,7%) формируют стилистически нейтральную связующую ткань между экспрессивными единицами. Их преобладание в описательных и повествовательных пассажах согласуется с функциональным описанием данного типа у Телии: сочетания обеспечивают референциальную точность при минимуме идиоматической нагрузки [7].

Необходимо обозначить ограничения исследования. Корпус охватывает четыре главы; последующие части романа, в которых голос рассказчика усложняется, вероятно, обнаружат иное соотношение типов ФЕ. Квалификация пограничных единиц на границе единств и сращений неизбежно содержит элемент интерпретационной неопределённости, отмеченной и самим Виноградовым [3].

Заключение

В русском тексте романа «Детский поезд» фразеологические единства составляют почти половину корпуса (48,6%), что соответствует закономерностям функционирования русской разговорной фразеологии в художественном нарративе. Доля сращений (21,6%) и сочетаний (29,7%) отражает стилистическую полифункциональность текста: сращения обеспечивают просторечную маркировку эмоционально заряженных ситуаций, сочетания — нарративную связность.

Между типом ФЕ по Виноградову и её стилистической ролью обнаруживается устойчивая корреляция: сращения тяготеют к эмотивно-экспрессивной функции, единства — к характерологической и образно-оценочной, сочетания — к нарративно-нейтральной. Это подтверждает операциональность классификации Виноградова [3] для анализа фразеологии художественной прозы.

Перспективы дальнейших исследований включают: анализ ФЕ в последующих частях романа с целью выявления эволюции разговорного голоса рассказчика; сопоставительный анализ идиоматической плотности глав с разными типами нарративных ситуаций; расширение корпуса за счёт других переводных романов для типологизации фразеологии русской переводной прозы.

Список сокращений

ФЕ: фразеологическая единица

гл.: глава

ед.: единица / единиц

ок.: около

пер.: перевод / переводчик

М.: Москва

с.: страница

изд.: издание

переизд.: переиздание