ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ НЕРЕАБИЛИТИРУЮЩИХ ОСНОВАНИЙ ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

THE HISTORY OF THE EMERGENCE AND DEVELOPMENT OF NON-REHABILITATING GROUNDS FOR TERMINATION OF A CRIMINAL CASE

Aristov Ilya Pavlovich

Master's student, Dubna University, Russia, Dubna

Аннотация. В статье рассматривается вопрос возникновения и становления в Российском уголовно-процессуальном законодательстве правового института прекращения уголовного дела, а вместе с тем и оснований его прекращения.

В данной работе рассматриваются нормативные акты, применявшиеся с древнейших времен для производства по уголовным делам, вплоть до настоящего времени.

Abstract. The article examines the issue of the emergence and formation in the Russian criminal procedure legislation of the legal institution of termination of a criminal case, and at the same time, the grounds for its termination.

This paper examines the regulations that have been used since ancient times for criminal proceedings, up to the present.

Ключевые слова: прекращение уголовного дела, основания прекращения уголовного дела, предварительное расследование, уголовное судопроизводство, уголовное преследование.

Keywords: termination of the criminal case, grounds for termination of the criminal case, preliminary investigation, criminal procedure, prosecution.

Появление и дальнейшее становление в Российском уголовно-процессуальном законодательстве правового института прекращения уголовного дела, а вместе с тем и оснований его прекращения, неразрывно связано со становлением в Российском государстве самого уголовного судопроизводства. Прекращение процессуальной деятельности по уголовному преследованию лица, а равно и прекращать уголовное дело, возбужденное в отношении лица, совершившего преступление, идея не такая уж и новая, та или иная форма прекращения деятельности правоохранительных органов существовала со времен появления суда.

Современное уголовное-процессуальное право рассматривает прекращение правоохранительным органом уголовного дела как отдельный правовой институт, берущий своё начало в уголовно-правовых нормах об освобождении лица от уголовной ответственности. Историко-правовой анализ уголовно-правовых источников права разных временных периодов истории России позволит обозначить определенное представление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям как о отдельном институте, а также сформировать возможные тенденции развития такого института. Исследование ранее действовавшего законодательства даст возможность результативно сформировать актуальные уголовно-процессуальные нормы, предусматривающие возможность освобождения лица от уголовного преследования и прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

В X-XI вв. происходил этап формирования и становления Российского государства, в том числе и осуществлялось развитие нормативных правовых актов. Данные источники права, хоть и в зачаточном состоянии, но содержали в себе обстоятельства, прекращающие осуществление уголовного преследования лица. Одним из самых примитивных оснований прекращения уголовного дела можно выделить такое основание, как смерть обвиняемого, что в принципе логически обосновано, если в живых нет лица, которое может нести ответственность за совершенное общественно-опасное деяние, следовательно, и уголовное дело в отношении такого лица должно подвергнуться прекращению. Например, в Краткой редакции Русской Правды [9] содержались нормы, которые регулировали обычай кровной мести, который мог применяться в случае убийства или побоев (статьи 5-7); «расправа с ночным вором» (статья 38). Также в статьях Русской Правды и Пространной редакции Русской Правды имели место быть статьи, устанавливающие санкцию в виде лишения жизни лица совершившего убийство огнищанина. Таких преступников лишали жизни обычно сразу, то есть без суда, так как огнищанин являлся представителем высшего служилого класса.

Некоторые ученые [1] считают, что появившийся в Древнерусском уголовном процессе обычай кровной мести превратившись в особый вид разрешения конфликтов, свидетельствует о начале возникновения института примирения сторон. Указывалось, что при нанесении побоев, потерпевший в качестве возмездия обидчику должен был нанести ответные побои. В случае, если пострадавшему были нанесены увечья такой степени, что он сам не мог отомстить, то право на отмщение имелось и у близких родственников.

В 911 и 944 годах, то есть в период русско-византийских отношений и заключения договоров [7] в них также отмечалась кровная месть, которая применялась к убийце прямо в момент лишения им жизни другого лица. Если же убийца скрывался с места преступления, то наказанием служила ранняя форма компенсации, имущество убийцы передавали родственникам погибшего.

Стоит отметить, что вариант получения компенсации потерпевшим существовал и в Русской Правде. Пострадавшая сторона имела право, как и отомстить, так и примириться. В случае примирения потерпевший получал компенсацию «взыскивал за обиду».

Такая форма компенсации является определенного рода предпосылкой статьям современного уголовного законодательства. В статье 25 уголовно-процессуального кодекса (далее УПК РФ) [15] и статье 76 уголовного кодекса (далее УК РФ) [13] предусмотрен вариант прекращения уголовного дела и освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим. Важной составляющей частью такого примирения является заглаживание причиненного потерпевшему вреда, что может выражаться в имущественной, в том числе денежной, компенсации.

Следующим этапом развития Российского законодательства можно выделить Судебник 1497 года, принятый Иваном Грозным. В соответствии с данным нормативным правовым актом, если рассматривалось дело по «нетяжелым» преступлениям, то присутствовала возможность примирения обвинителя и обвиняемого на любой стадии судебного производства, в том числе и перед началом судебного поединка. Что опять свидетельствует о приведенной ранее в работе возможности примирения сторон в ранних уголовных нормативных актах Российского государства, и связи Судебника с современным законодательством.

В этот же период действия Судебников 1497 года и 1550 года, а вдобавок и Соборного уложения 1649 года [11] начинают закладываться определенные начала иных оснований прекращения уголовного дела. Вышеуказанные документы содержали в себе возможность прекратить уголовное преследование лица в случае его смерти. Рассматривая данное основание, мы можем проследить предпосылку к современному законодательству, а конкретно пункту 4 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть прекращению уголовного дела в случае смерти подозреваемого или обвиняемого. Стоит также отметить о возможности, указанной в Соборном уложении о прекращении уголовного дела по прошествии длительного времени с момента совершения преступления. Актуальная версия такого основания прекращения уголовного дела представлена пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уловного преследования.

Следующим важным этапом развития уголовного процесса в России стало проведение в 1864 году Судебной реформы, в частности, принятие нового нормативного правового акта касающегося уголовного судопроизводства, Устава уголовного судопроизводства 1864 года. В рассматриваемый исторический период процессуальная деятельность правоохранительных органов, а именно предварительное следствие производилось судебными следователями, данная государственная должность была учреждена в 1860 году. Важным стоит отметить, что прекратить уголовное дело, как это представлено в современном уголовном судопроизводстве, судебный следователь не мог, даже несмотря на его определенный судейский статус.

Статья 277 Устава уголовного судопроизводства [14] регулировала важное для уголовного процесса обстоятельство, конкретно то, что «производство следствия может быть прекращено только судом». Из вышеуказанного следует, если судебный следователь в ходе расследования установил препятствующие дальнейшему производству по уголовному делу обстоятельства, у него не было возможности самостоятельно вынести решение о прекращении дела, у правоприменителя возникала обязанность обратиться через прокурора в суд, который в свою очередь и прекращал уголовное дело.

Рассмотренный процессуальный порядок, по нашему мнению, позволяет судить о определенной важности принятия решения о прекращении уголовного дела, что в свою очередь, придает рассматриваемому правовому акту особый уголовно-процессуальный статус. Вынесенное правоприменителем решение о прекращении уголовного дела полностью урегулировало уголовно-правовой конфликт сторон уже на стадии предварительного следствия. Важно указать, что юридическое значение вынесенного решения о прекращении уголовного дела судом мало чем отличалось от оправдательного приговора, устанавливалась уголовно-процессуальная и уголовно-правовая оценка деяния (по какому основанию прекращается уголовное дело и тому подобное).

Согласно статье 16 Устава уголовного судопроизводства «судебное преследование в отношении к уголовной ответственности обвиняемого не может быть возбуждено, а начатое подлежит прекращению»:

1) «За смертью обвиняемого»

2) «За истечением давности»

3) «За примирением обвиняемого с обижаемым (т.е. потерпевшим) в указанных законом случаях»

4) «За высочайшим указом или общим милостивым манифестом дарующем прощение»

В дополнение Устав уголовного судопроизводства в статье 20 предусматривал возможность прекратить уголовное преследование вследствие примирения сторон, но только по делам частного обвинения. В статье 21 Устав предусматривал основание прекращения уголовного преследование при наличии вступившего в законную силу приговора суда по тому же делу. Статья 413 Устава указывала основание прекращение дела при недостижении лицом возраста уголовной ответственности.

Проводя анализ рассмотренных статей Устава уголовного судопроизводства, мы наблюдаем как закладывался костяк современного уголовного процесса и оснований прекращения уголовного дела, в частности.

Основание «смерть обвиняемого», предусмотренное пунктом первым, имело место быть в начальных источниках права России еще с момента становления и формирования государства и права, мы указывали на это ранее, рассматривая основания, предусмотренные Русской Правдой. Прекращение уголовного дела в таком случае будет считаться вполне логичным и обоснованным. Смерть лица, совершившего общественно-опасное деяние делает невозможным применение к такому лицу наказания.

Прекращение судебного расследования «за истечением сроков давности», было по мнению некоторых ученых современности [16], введено в данный нормативный правовой акт по нескольким мотивам, одним из которых является то, что «преступление не угрожает никак общественному порядку, впечатление от него стирается в сознании населения и общество становиться в нему равнодушным».

Согласно Уставу, стороны конфликта могли примириться, в следствии чего уголовное дело подлежало прекращению. Однако, потерпевший обладал правом подать иск о взыскании ущерба, причиненного деянием. Иск подавался правонарушителю или его наследникам по обращению в правоохранительный орган несмотря на то, что уголовное дело было уже прекращено.

Устав уголовного судопроизводства определял конкретные случаи, согласно которым стороны могли урегулировать конфликт примирившись, а именно такие уголовные дела, которые могли быть расследованы и рассмотрены правоохранительными органами по заявлению самого потерпевшего. К таким делам относились «клевета и распространение оскорбительных сочинений», «угрозы», «легкие ранения или увечья», «кражи, совершенные между детьми и родителями», «жестокое обращение мужа с женой или жены с мужем», «упорное неповиновение детей родителями» и другие, то есть дела частного обвинения, если сравнивать с современным уголовно-процессуальном законодательством.

Вышеперечисленные уголовные дела были подсудны мировым судам для того, чтобы орган «склонил стороны к миру», санкция, предусмотренная Уставом, не имела значение. В случае отрицательного развития процедуры примирения сторон, иск, поданный потерпевшим, далее рассматривался по подсудности, мировым или общим судом.

Также одним из оснований в Уставе выделялось прекращение «За высочайшим указом или общим милостивым манифестом дарующем прощение», в таком случае уголовная ответственность могла быть отменена у одного или нескольких лиц. Обвиняемый имел полное право возражать против прекращения рассматриваемого в отношении него уголовного дела по такому основанию. Как указывалось учеными юристами «по следствию и суду он, то есть обвиняемый, может оказаться вовсе невиновным, а милость не оправдание» [4]. Если в дальнейшем суд, рассматривающий дело, выносил в отношении правонарушителя обвинительный приговор, обвиняемый, отказавшийся от «милости» уже не мог просить о применении к нему такого акта. Данное основание свидетельствует о формировании и развитии в уголовном законодательстве России института амнистии и помилования, представленного в современном уголовном кодексе статьей 84 и 85. Отметим, что Устав уголовного судопроизводства, а вместе с ним и перечень оснований прекращения уголовного дела просуществовал в практически неизменном виде вплоть до 1923 года.

Начало двадцатого века в России было очень богатым на события, в том числе и на принятие тех или иных нормативных правовых актов, касающихся уголовного судопроизводства. В большинстве своем все нормативные акты послереволюционной России опирались на раннее царское законодательство, но в тоже время и подстраивались под определённую политическую повестку того времени.

Так, в пункте 6 Декрета СНК РСФСР от 08.05.1918 года «О взяточничестве» [10] устанавливалось: «от преследования за дачу взятки, если таковая была произведена до издания этого декрета, освобождаются те лица, кои в течении трех месяцев со дня издания настоящего декрета заявят судебным властям о даче ими взятки».

Дополнительно можно привести в пример постановление Петроградской ЧК от 21 марта 1918 года «О хранении и сдаче оружия» [8] согласно которой «всем частным лицам необходимо было сдать всё имеющееся у них оружие и взрывчатые вещества» (имеются в виду гранаты, бомбы и так далее). Лица, виновные в невыполнении данного постановления подлежали определенной ответственности судом революционного трибунала.

Что важно, так в 1921 году была принята норма, регламентирующая исключение уголовной ответственности в случае, если лицо выдало в назначенный срок оружие и взрывчатые вещества [2].

Главным отличием уголовных нормативных правовых актов того времени стало содержание четкой терминологии. Если в имперских источниках права такие термины как «уголовное преследование», «уголовное дело», «прекращение уголовного дела», «освобождение от уголовной ответственности» не указывались, по крайней мере в той форме в которой мы их понимаем сейчас, то нормативные правовые акты зарождающегося Советского государства начинают устанавливать разницу в указанных выше терминах и содержать в себе полную регламентацию института прекращения уголовного дела по определенным основаниям.

1 июля 1922 года вступил в силу Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР [17], согласно которому устанавливались основания прекращения уголовного дела. Конкретнее указывалось, что «уголовное преследование не может быть возбуждено, а возбужденное не может быть продолжено и подлежит прекращению во всякой стадии процесса: за смертью обвиняемого, за примирением обвиняемого с потерпевшим по делам, возбуждаемым не иначе, как по жалобе потерпевшего, за исключением случаев, когда прокуратура вступила в дело в целях охраны публичного интереса, за отсутствием жалобы потерпевшего по делам о преступлениях, возбуждаемых не иначе, как по таковым жалобам, за истечением сроков давности, за отсутствием в действиях, приписываемых обвиняемому, состава преступления и вследствие акта об амнистии или помиловании отдельных лиц или прекращения дел о них».

Анализируя вышеуказанные основания, можно наблюдать, что большинство из них уже упоминались ранее в дореволюционных нормативно-правовых актах, однако поменялись формулировки некоторых из них, как например, «высочайший указ» или «общий милостивый манифест, дарующий прощение» Устава уголовного судопроизводства 1864 года, сменился более современным и понятным термином «амнистия» и «помилование отдельных лиц».

Интересным также стоит отметить основание прекращения уголовного дела «за примирением обвиняемого с потерпевшим по делам, возбуждаемым не иначе, как по жалобе потерпевшего, за исключением случаев, когда прокуратура вступила в дело в целях охраны публичного интереса». В данном основании наблюдается современная формулировка видов уголовного преследования, установленная статьей 20 уголовно-процессуального кодекса, а именно разделение уголовного преследования на публичный, частно-публичный и частный порядок.

Однако рассматривая уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 1922 года важно отметить, что как мы упоминали ранее, кодекс хоть и содержал в себе термины «прекращение уголовного дела» и «прекращение уголовного преследования», но не проводил разницу между ними, а рассматривал прекращение уголовного дела как одно из оснований прекращения уголовного преследования. А.М. Ларин в своей работе [6] анализировав изменения внесенные в уголовно-процессуальный кодекс РСФСР в 1923 году уделял внимание тому, что советский законодатель использовал терминологию «прекращение уголовного преследования» и «прекращение уголовного дела» в тождественном смысле.

Определенное значение имеет и термин «прекращение предварительного следствия» указанный в статях 206-208 уголовно-процессуального кодекса РСФСР.

Основаниями прекращения предварительного следствия являлись: не обнаружение виновного лица, состояние невменяемости обвиняемого, а также недостаточность доказательств, собранных правоохранительными органами по уголовному делу, с целью передачи суду лица, ранее привлеченного в качестве обвиняемого.

Разграничение терминов «прекращение уголовного дела» и «прекращение предварительного следствия» аргументировалось тем обстоятельством, что уголовное дело могло быть прекращено на любой стадии уголовного процесса, в том числе и на стадии судебного заседания. В свою очередь предварительное следствие могло быть прекращено только на стадии предварительного расследования, то есть на стадии сбора и оценки доказательств по уголовному делу.

В дальнейшем, законодатель перенесет все основания прекращения вышеуказанной правоохранительной деятельности в переработанный уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1923 года [18].

Следующим этапом развития рассматриваемой темы является принятые в 1958 году Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик [3]. Новый законодательный акт предусматривал измененный перечень оснований, и теперь затрагивал определенные ситуации, в которых появлялись препятствия для производства по уголовному делу или же указывали на нецелесообразность продолжения процессуальной деятельности по делу. В данном акте были учтены, как и предыдущие основания прекращения уголовного дела, предусмотренные ранним уголовно-процессуальным законодательством, так и добавлены новые обстоятельства определенным образом расширяющие возможности процессуальной деятельности, например: «отсутствие события преступления» и «недостижение лицом определенного возраста уголовной ответственности на момент совершения преступления».

Последующий уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 1960 года [19] практически без изменений перенял основания прекращения уголовного дела из статей Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 года, но все же устанавливал и новые обстоятельства: «прекращение уголовного дела в случаях, когда по характеру совершенного преступления и своему психическому состоянию лицо, совершившее данное деяние, не представляет опасности для общества»; «вследствие изменения обстановки»; «с передачей виновного на поруки», то есть определенная мера перевоспитания преступника трудом на предприятии; «в связи с передачей его в товарищеский суд», а также «в связи с передачей в комиссию по делам несовершеннолетних».

Часть 2 статьи 208 уголовно-процессуального кодекса РСФСР предусматривала возможность прекратить уголовное дело «при недоказанности участия обвиняемого в совершении преступления, если исчерпаны все возможности для собирания доказательств».

Важным для нашей работы является то обстоятельство что для прекращения уголовного дела по данному нормативному правовому акту следователю требовалось согласие прокурора.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 года впоследствии периодически изменялся и дополнялся, однако самым существенным изменением стало принятие Федерального закона от 21 декабря 1996 года №160-ФЗ [20].

Данный федеральный закон дополнял формулировки некоторых статей и добавлял новые статьи, которые позже вступили в действие 1 января 1997 года в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, подводя итог анализа нормативных правовых актов, касающихся уголовного судопроизводства, можно говорить о том, что институт прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям неразрывно связан с историей развития Российского уголовного процесса в целом. Определенные основания прекращения уголовного дела так или иначе содержались в источниках права на протяжении всех периодов истории Российского государства. Однако стоит отметить, что важную роль сыграло уголовно-процессуальное законодательство советского периода, которое сформировало и систематизировало основания прекращения уголовного дела в том виде, в котором мы можем наблюдать их в современном законодательстве. Не стоит забывать и о принятии в 1993 году Конституции Российской Федерации [5], благодаря которой в стране был взят курс на демократизацию. Принятые изменения и поправки не могли не повлиять на принципы уголовного судопроизводства, что с свою очередь отразилось и на развитии института прекращения уголовного дела.