ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ АВТОРСКОГО ПРАВА И ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

THE PROBLEMS OF THE RELATIONSHIP BETWEEN COPYRIGHT AND ARTIFICIAL INTELLIGENCE

Zverev Nikolai Nikolaevich

student, Don State Technical University, Rostov-on-Don, Russian Federation

Аннотация. Казалось бы, вопрос о том, кто является автором или правообладателем, когда речь заходит о субъектах и объектах интеллектуального права давно исчерпан и закрыт. Автор – человек, произведение – результат его творческой деятельности, однако появление искусственного интеллекта (Далее – ИИ) и сервисов, использующих данную технологию, заново вывел данную тему в разряд «дискуссионных». Законодательство государств не обладало необходимой нормативно-правовой базой для того, чтобы оперативно подстроить механизмы правового регулирования под текущие тенденции в сфере ИИ. Это породило множество юридических коллизий и «законодательных дыр», что, в свою очередь, внесло хаос в судебную практику так как было не понятно, на что именно опираться в ходе разбирательств и споров, связанных с интеллектуальной собственностью на объекты созданные с помощью ИИ.

Abstract. It would seem that the question of who is the author or the right holder, when it comes to the subjects and objects of intellectual property law, has long been resolved and closed. The author is a person, the work is the result of their creative activity; however, the emergence of artificial intelligence (hereinafter referred to as AI) and services that use this technology has once again brought this topic into the category of “debatable” issues. The legislation of states did not have the necessary regulatory framework to promptly adapt the mechanisms of legal regulation to the current trends in the field of AI. This gave rise to numerous legal conflicts and “legislative loopholes,” which, in turn, created chaos in judicial practice, as it was unclear what exactly to rely on during proceedings and disputes related to intellectual property rights in objects created with the help of AI.

Ключевые слова: искусственный интеллект; промт; авторское право; интеллектуальная собственность; патентное право.

Keywords: artificial intelligence; prompt; copyright; intellectual property; patent law.

Если говорить о России, то данный вопрос долгое время оставался в неразъясненным, судебная система также не однократно сталкивалась со спорами вокруг права интеллектуальной собственности и искусственного интеллекта. Достаточно вспомнить дело о «Джоконде с вином», в рамках данного дела российский дизайнер Артем Поздняков пытался добиться материальной компенсации и подал в суд на предпринимателя, который использовал изображения, которые Поздняков сгенерировал с помощью нейросети [1]. Суд в первой инстанции стал на сторону предпринимателя сославшись на то, что выдача команд для ИИ представляет собой простые механические действия и не может считаться реальным творческим вкладом. Но в ходе рассмотрения апелляционной жалобы Московский городской принял решения удовлетворить иск Позднякова заявив, что итоговые изображения представляют собой самостоятельные произведения дизайна, а использование нейросетевых инструментов Photoshop для отдельных правок не отменяет творческого характера всей работы автора - от выбора и компоновки элементов до итоговой стилистики.

И все же за последние несколько лет нормативно-правовая база, регламентирующая технологии и использование ИИ совершила значимый скачок и обрела четкие рамки. Так, 26 июля 2026 года был принят Федеральный закон «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации» № 243-ФЗ [2], который окончательно закрепил само понятие искусственного интеллекта, а также ввел некоторые принципы, изложенные в статье 10 настоящего закона, которые должны применяться в вопросах авторского права при использовании ИИ (данная статься вступит в силу с 01.03.2027 г.):

• Лица, предоставляющие возможность применения больших фундаментальных моделей искусственного интеллекта, обязаны, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации, уведомить пользователя такой модели искусственного интеллекта:

1. о принадлежности прав на результаты интеллектуальной деятельности, полученные с помощью большой фундаментальной модели искусственного интеллекта;

2. об условиях обеспечения пользователю доступа, использования и сохранения (при наличии технической возможности) созданных с помощью большой фундаментальной модели искусственного интеллекта результатов интеллектуальной деятельности.

Само появление законодательно закрепленного понятия ИИ значительно облегчит работу судебной системы и дальнейшего развития законотворчество в данной области. Но несмотря на это, закон создал еще одну коллизию с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) [3]. Так, в статьях 1273 – 1280 ГК РФ содержится перечень случаев свободного использования произведений, что означает что если какой-либо вид использования не указан в этом перечне, то он не может считаться свободным – для этого требуется согласие правообладателя. Новый закон фактически вводит еще один случай свободного использования, которого нет в Гражданском кодексе. В данном случае, российский закон частично повторяет принципы, закрепленные в Директиве № 2019/790 Европейского парламента и Совета Европейского Союза [4], которая тоже ввела исключение для интеллектуального анализа текста и данных. В 2025 и 2026 годах в области патентного права Российской Федерации произошел ряд значительных изменений, например, теперь официально размещается патентование технических решений, использующих системы машинного обучения, в том числе, глубокого обучения, именуемые искусственным интеллектом. Глобально российское законодательство закрепило следующую позицию – обладателем интеллектуальной собственности может быть только физическое или юридическое лицо, а ИИ выступает только в роли инструмента, но ни в коем случае, не как правообладатель [5, с. 359–386].

Следует отметить также подход других стран к данной теме. В станах Евросоюза действует Регламент об искусственном интеллекте, принятый Европейским парламентом 13.03.2024 года [6], стоит отметить, что это один из первых комплексных законов, регламентирующих деятельность ИИ в мире.

В мае 2025 года Ведомство по интеллектуальной собственности Европейского союза опубликовало фундаментальный доклад о влиянии ИИ на сферу авторского и интеллектуального права, особенно отметив, что правовая неопределенность в отношении ИИ-контента создает риски, как для правообладателей, так и для разработчиков, поэтому четко следует закрепить, что ИИ может быть признан, только в качестве инструмента создания объектов авторского права, при этом большая часть которого должна быть создана человеком.

В Соединенных Штатах Америки по традиции подход к теме формируется из судебной практики. Бюро по авторским правам США выпустило два доклада в рамках своего исследования по авторскому праву и ИИ. В данных докладах отдельно стоит выделить разъяснения относительно промтов. Бюро прямо указало, что большинство промтов не является подтверждением авторства пользователя, поскольку последние не осуществляют достаточного вклада в результат творческой деятельности создаваемой по итогу генерации. Промты могут отражать мысленную концепцию или идею пользователя, но они не контролируют способ выражения данной идеи. Более того, согласно докладам, отвергается аргумент о том, что уточнение в ходе редактирования промта для достижения желаемого результата служит основанием для защиты авторского права. Тем не менее, признается, что произведения, содержащие сгенерированный ИИ-контент могут получить защиту, если человек внес значительный творческий вклад в объект своей деятельности, например, фотограф, сделавший фото и убравший ненужные элементы с помощью ИИ сервиса [7, с. 227].

В патентной сфере США четко закреплено, что только физические лица могут являться изобретателями, а ИИ-системы рассматриваются, как инструмент, помогающий в процессе создания, наряду с другими традиционными инструментами и оборудованием.

Таким образом, все три подхода сохраняют приверженность атропоцентричной модели интеллектуальной собственности. Все признают, что автором и правообладателем может быть только человек, и только в том случае, если вклад в результат творческой деятельности автора значительно провещает долю использования сгенерированного контента, что закреплено в нормативно-правовых актах этих стран, также исходит их судебной практики. Однако вопрос о защите результатов деятельности ИИ при минимальном вкладе человеческих усилий остается открытым.