Статья:

Цветоконцепт «vert» во французской языковой картине мира

Конференция: XII Студенческая международная научно-практическая конференция «Гуманитарные науки. Студенческий научный форум»

Секция: Филология

Выходные данные
Луханина А.С. Цветоконцепт «vert» во французской языковой картине мира // Гуманитарные науки. Студенческий научный форум: электр. сб. ст. по мат. XII междунар. студ. науч.-практ. конф. № 1(12). URL: https://nauchforum.ru/archive/SNF_humanities/1(12).pdf (дата обращения: 26.01.2022)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Цветоконцепт «vert» во французской языковой картине мира

Луханина Алиса Сергеевна
студент, Белгородский государственный национальный исследовательский университет, РФ, г. Белгород

 

Зелёный цвет образует широкий спектр значений во французской языковой картине мира. Восприятие определённого цвета, его смысловой и символической нагрузки обусловлено историческими и социокультурными причинами. Информация о менталитете и национальном характере аккумулируется в языке, проявляясь в поговорках, фразеологизмах и идиомах.

Большинство названий зелёного цвета в романских языках произошло от базового понятия viridis, обладающего обширной семантической и хроматической зоной действия. Корневое гнездо формируется за счёт таких единиц, как vireo (быть зеленым / сильным); viresco (зеленеть); vis (сила), virgula (веточка); virguncula (девушка); ver (весна), viridia (всходы) [4].

Во французском языке прилагательное vert может употребляться в значении «крепкий, здоровый, бодрый». О человеке в полном расцветет сил говорят il est encore vert, о бодрой старости une verte vieillesse. Зелёный ассоциируется не только с бодростью, но и с молодостью и свежестью: toujours vert (вечно юный), fruit vert (молодая девушка). Уже в Средние века зелёный цвет – эмблема юности, незрелости [3, c. 41]. Это и характеристика неодушевлённых предметов des fruits verts (незрелые фрукты), du bois vert (сырые дрова), un vin encore vert (молодое вино). Пословица гласит: ils sont trop verts / il trouve les raisins trop verts (зелен виноград, т.е. близок локоть, да не укусишь). В других пословицах и поговорках прилагательному vert противопоставлена зрелость mûre: il s'y est passé des vertes et pas mûres ( всякое бывало), en voir des vertes et des pas mûres (всего натерпеться) [1].

Кроме неопытности, из-за химической непрочности зеленой краски в конце эпохи Средневековья этот цвет часто ассоциируется со всем, что непрочно, изменчиво и мимолетно в символическом смысле: не только с детством и юностью, любовью и красотой, но также с надеждой, удачей, фортуной, судьбой. И поэтому он начинает казаться двусмысленным, внушающим тревогу и даже опасным. На некоторых фресках представителей потусторонних сил красят зелёным, Иуду рисуют в зелёных одеждах, как и чудовищ: au diable vert (у чёрта на куличках). В деревнях на западе Франции до сих пор не принято приходить на свадьбу в зеленом, не рекомендуется подавать на свадебный стол зеленые овощи (кроме артишока) и даже упоминать в разговоре что-то зеленое. В театре к данному цвету также относятся с предубеждением [3, c. 78]. Зелёный цвет связан с мистикой тайнами: как с феями и лесными духами fée verte, так и с инопланетянами petits hommes verts.

Исходя из французской языковой картины мира, «позеленеть» можно от страха (être vert de peur), ненависти (être vert de rage) или от холода (être vert de froid). В середине XIV века благодаря искусству зелёный цвет закрепился в палитре смертных грехов как цвет скупости. Сейчас связь между зелёным цветом и деньгами поддерживается образом долларовой купюры (billet vert), однако данная символика существовала задолго до выпуска «зелёного билета». Доказательством может послужить «зеленый колпак», который надевали на неисправных должников, а также купцов или банкиров, уличенных в злостном банкротстве [3, 102]. Примером использования этого выражения является поэтический оборот из басни Лафонтена «Летучая мышь, Куст и Утка» (1693). Персонажи решают объединить свои финансы, чтобы «проворачивать большие дела», но вскоре они остаются без кредита, без денег, без поддержки. Им грозит зеленый колпак: Les voilà sans crédit, sans argent, sans ressource, Prêts à porter le bonnet vert [1].

Таким образом, в раннее Новое время зелёный стал цветом денег, азартных игра и долгов. С XVI века игровые столы стали покрывать зеленым сукном (tapis vert – ломберный стол). Век спустя во Франции у игроков сложился свой жаргон, грубоватый и образный, «язык зеленого стола» (langue verte). После возникновения langue verte зеленый будет связан не только с растительным миром, но и с людьми, их поведением, зачастую бесцеремонным, развязным или даже непристойным. Король Генрих IV во Франции получил прозвище Vert Galant, буквально «Зеленый шалун» или «Сердцеед». Изначально, в среднефранцузском языке vert galant означало разбойника, грабящего путников в лесу и нападающего на женщин. Позднее смысл выражения смягчился, оно приобрело шутливый оттенок – «волокита», «юбочник», «дамский угодник». Определение «зеленый» здесь намекает на сексуальную силу и любовные безумства. В символике любви синий цвет часто означает целомудрие и верность, а зеленый – непостоянство и похоть [3, c. 117].

В творчестве многих поэтов и романистов (Вуатюра, Скаррона, Фюретьера) зеленый символизирует разбогатевших мещан или невежественных провинциалов, неуклюже пытающихся подражать столичной моде. Если во Франции 1630–1680-х годов на сцене появляется герой в зеленом, часто это нелепый, бурлескный персонаж, вызывающий смех у публики. На примере пьес Мольера это и господин Журден («Мещанин во дворянстве»), господин де Пурсоньяк из одноимённой пьесы, Арган («Мнимый больной»), Сганарель («Сганарель, или Мнимый рогоносец») [3, c. 128].

Во Франции зеленый выходит на первый план при Директории (1795–1799), эта мода переживет Консульство и Империю и ослабит своё влияние уже после Реставрации. Не стоит забывать, что зелёный чуть не стал цветом революции 12 июля 1789 года, когда Камилл Демулен призвал всех патриотов поднять оружие против «аристократического заговора» и надеть кокарду, чтобы можно было распознать друг друга. Выбор пал на зелёный, цвет надежды, а К. Демулен прикрепил к шляпе лист липы как эмблему третьего сословия, готового к восстанию. Но на следующий день люди узнали, что зеленый цвет является родовым цветом графа д’Артуа, брата короля, что заставило отказаться от данной символики [3, c. 134].

Зелёный вскоре станет и цветом военной формы, благодаря его неприметности. Несмотря на то, что этому цвету не нашлось места во французской военной форме с синей шинелью и красными брюками, он появляется в описании немецкой формы vert-de-gris, а мобилизационное предписание резервиста службы оборонной повинности называется «зеленым листком» (fascicule vert) [1].

По мере того как живописцы, а затем и ученые, все более четко разграничивали цвета на «главные» и «второстепенные», зеленый стал превращаться в одного из антагонистов красного. А поскольку красный с давних пор воспринимался как символ запрета, его антагонист, зеленый, со временем стал символом дозволенности: recevoir / avoir le feu vert (дать зелёный свет). Этот международный свод сигналов, который в первой половине XIX века станет общепринятым не только в море, но и на суше, вскоре будет введен на железной дороге, а затем распространится и на все дороги вообще [3, c. 143].

Во второй половине XIX века жители больших городов начали тосковать по вольным просторам, природе, зелени, причём данная тенденция усилится в XX столетии. К этому цвету будут всё чаще прибегать горожане, чтобы отдохнуть и восстановить силы. Зелёный, как цвет природы, также является одним из цветов сельского хозяйства и садоводства: temps vert (дождливая погода, благоприятная для растительности), révolution verte (зелёная революция), l'Europe verte (сельскохозяйственное сообщество), coulée verte (полоса зелёных насаждений), avoir les doigts / la main verts (быть искусным садоводом). Приобрёл популярность туризм, выезд за город: centre vert (база отдыха школьников во время летних каникул), moto / vélo verte (прогулка на мотоцикле/велосипеде вне дорог), tourisme vert (деревенский туризм), station verte (база для туристических походов), se mettre au vert (отдыхать за городом, разг. переждать, отсидеться) [1].

Во многих странах прилагательное «зеленые» субстантивировалось и стало означать общественное движение или политическую партию, ставящие себе целью защиту окружающей среды: «Les verts», candidats verts (кандидаты от экологической партии). Теперь зеленый – не только цвет природы, надежды и свободы, но еще и здоровья, гигиены, и даже социальной ответственности: carte verte (международный договор страхования автогражданской ответственности), numéro vert (абонемент, дающий право бесплатно связываться с каким-л. учреждением с любого телефона). В контексте традиций Франции, зелёный может ассоциироваться с фраком члена Института Франции (habit vert) [1].

Зеленый – цвет медицины и фармацевтики, в зеленое переодеваются хирурги и младший персонал в операционных блоках, красят стены в коридорах и палатах. Данный выбор продиктован не только уверенностью в умиротворяющей силе зелёного (о которой говорил ещё Гёте в своей работе «К теории цвета» (1810)), но и причинами эмблематического и символического характера [2].

Зелёный цвет сочетает в себе множество как позитивных (молодость, фортуна, азарт, деньги, разрешение, природа, экология, медицина, социальное обеспечение), так и негативных (неопытность, потусторонние силы, скупость, страх, непристойность, военная форму других государств) коннотаций. Таким образом, зелёный цвет занимает важное положение в цветовой картине мира французского языка

 

Список литературы:
1. Большой французско-русский и русско-французский словарь. [Электронный ресурс]. – Режим доступа. – URL: https://classes.ru/all-french/dictionary-french-russian-universal-term-76123.htm (дата обращения: 20.01.2019).
2. Гёте И.В. Учение о цвете. Теория познания, М.: Либроком, 2011. – 200 с.
3. Пастуро М. Зелёный. История цвета. – М.: Новое литературное обозрение, – 2018. – 168 с.
4. Разумкова Надежда Васильевна Символико-семантическая парадигма цвета как этнолингвокультурный феномен // Universum: филология и искусствоведение. 2013. №1.
5. Fable, Jean de La Fontaine, La Chauve-souris, le Buisson et le Canard [Электронный ресурс]. – Режим доступа. – URL:http://www.la-fontaine-ch-thierry.net/chauvbuica.htm (дата обращения: 20.01.2019).