Статья:

Становление и развитие института потерпевшего в уголовном процессе России

Конференция: L Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: общественные и экономические науки»

Секция: Юриспруденция

Выходные данные
Иванова А.Е. Становление и развитие института потерпевшего в уголовном процессе России // Молодежный научный форум: Общественные и экономические науки: электр. сб. ст. по мат. L междунар. студ. науч.-практ. конф. № 10(50). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_social/10(50).pdf (дата обращения: 02.12.2022)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Становление и развитие института потерпевшего в уголовном процессе России

Иванова Анастасия Евгеньевна
студент, Марийский государственный университет, РФ, г. Йошкар-Ола
Яковлева Светлана Анатольевна
научный руководитель, канд. юрид. наук, доц., Марийский государственный университет, РФ, г. Йошкар-Ола

 

На процессуальном положении потерпевшего, впрочем, как и других участников процесса, в тот или иной период развития Российского государства и права, самым непосредственным образом сказывалась принятая форма судопроизводства, то есть в конечном счете соотношение частных и публичных начал в ходе осуществления правосудия. Проанализировав нормы, содержавшиеся в Русской Правде, Новгородской судной грамоте и др. правовых актах того времени, можно сделать выводы, что в периоды их действия разделение уголовного и гражданского процесса не производилось, а потерпевшие и обвиняемые именовались сторонами. Процедуры древнерусского процесса носили частно-исковой характер. Производство по уголовным делам начиналось только в случаях принесения пострадавшими лицами жалоб («челобитий»). Такие жалобы могли приносить не только потерпевшие, но и их семьи или роды. Жалобщики-потерпевшие и обвиняемые назывались истцами и ответчиками и наделялись одинаковыми правами, которые давали каждому из них возможности отстаивать свои позиции. Если ответчики не были известны, то истцы должны были их разыскать. Рамки ответственности, которую несли ответчики в таких процессах, сводились к денежным выплатам в пользу потерпевших [1]. И только с начала XVIII в. в законодательных актах появляется понятие лица, потерпевшего от преступного деяния.

Закон, вступивший в силу в марте 1715 г., включил в себя две дефиниции: истца и частного обвинителя. Указом «О форме суда» от 05.11.1723 законодателем делается попытка разделить уголовный и гражданский процессы. В ст. 2 данного Указа было проведено различие челобитчиков в уголовном процессе как доносителей и гражданских истцов. Как результат Судебной реформы 1864 г. и утверждения Устава уголовного судопроизводства, которым были предоставлены пострадавшим ряд определенных возможностей для выполнения своих процессуальных функций, потерпевшие становятся активными участниками уголовного процесса.

Необходимо отметить, что УУС не содержал легальной дефиниции потерпевшего. Уставом само это понятие было разделено на две части – институты частного обвинителя и гражданского истца, т.е. потерпевшие не являлись самостоятельными фигурами в уголовном процессе. Правовое положение вышеназванных участников процесса существенным образом различалось на основании того, мировым либо общим установлениям были подсудны уголовные дела [2]. В соответствии с УУС пострадавшие могли возбуждать уголовные дела жалобами с требованием по производству следствия (ст. 297 УУС).

В период проведения предварительных следственных действий, пострадавшие могли осуществлять свои права исключительно лично, реализация их через поверенных не допускалась. Связано это было с тем, что по УУС на стадии предварительного расследования не допускались в процесс даже защитники обвиняемых. В случаях примирения потерпевших с обвиняемыми, Уставом устанавливалась подсудность данных дел – через мировое разбирательство (ст. 35 УУС).

Следовательно, в дореволюционном законодательстве для признания лиц потерпевшими не требовались какие-либо процессуальные акты, выносимые от имени должностных лиц или государственных органов. Лица, пострадавшие в результате преступлений, могли участвовать в производстве по делам либо в качестве частных обвинителей, либо в качестве гражданских истцов. Сами процессуальные права потерпевших в этот период были достаточно хорошо развиты, а также в законе закреплялись и гарантии по осуществлению потерпевшим своих прав.

На заре советской эпохи, в результате принятия Декрета о Суде № 1 от 24.11.1917 [3] была ликвидирована ранее созданная уголовно-процессуальная система. Это привело к ликвидации в т.ч. и норм, касающихся процессуального статуса потерпевших. Названным Декретом мировые судьи были заменены на местные суды, представляемые постоянными местными судьями и очередными заседателями [4].

Местными судами решались все гражданские и уголовные дала, если обвиняемым угрожали наказания не свыше 2-х лет лишения свободы. Кроме того, Декрет о Суде № 1 устанавливал правило, в соответствии с которым стороны по делам частного обвинения имели возможность разрешить споры, минуя судебные вмешательства. «По всем спорным гражданским, а также частно-уголовным делам стороны могут обращаться к третейскому суду».

Все последующие декреты еще более ущемляли права потерпевшего. Судопроизводство происходило по правилам УУС 1864 г., поскольку они так и не были отменены в декретах ВЦИК, из чего следует, что и в «послереволюционной России признавалась их значимость, в том числе и по вопросам процессуального статуса потерпевшего» [5].

В дальнейшем Постановлением ВЦИК от 25.05.1922 принимается первый УПК Российской Советской Республики [6]. В отличие от декретов о суде, в нем тщательно регламентировались права участников уголовного процесса, в т.ч. и потерпевших [7]. В ст. 8 говорилось, что «обвинение на суде поддерживается прокуратурой. Потерпевшему право обвинения предоставляется только в случаях, установленных законом». Дела по частно-публичному обвинению возбуждались по жалобам потерпевших и подлежали прекращению в случаях примирения их с обвиняемыми. Примирения допускались только до вступления приговоров в законную силу. Потерпевшие были вправе предъявлять к обвиняемым и к лицам, несущим ответственность за причиненные обвиняемыми вред и убытки, гражданские иски, которые надлежало рассматривать совместно с уголовными делами.

УПК того времени наделял потерпевших правом иметь представителей: «В качестве представителей интересов потерпевшего в тех случаях, когда ему предоставлено право поддержания уголовного обвинения, могут участвовать в деле: члены коллегии защитников, близкие родственники потерпевшего или его законные представители, а также уполномоченные профсоюзов, инспектора труда, представители Рабоче-Крестьянской Инспекции по делам их ведения».

Своими положениями ст. 100 УПК РСФСР (1922 г.) наделила потерпевших правом на обжалование действий органов расследования, в частности, если им «отказывают в производстве дознания или предварительного следствия, о чем объявляют заинтересованным лицам или учреждениям, таковой отказ может быть обжалован в семидневный срок заявителями в надлежащий суд».

Наделяя потерпевшего правом заявить гражданский иск (ст. 14 УПК РСФСР), законодатель того времени наделяет определенным набором обязанностей лиц, производящих предварительное расследование. Если следователь усмотрел в деле, что совершенным преступлением причинены вред и убытки потерпевшим, то он обязан был разъяснять последним их право на предъявление гражданских исков. Эти действия отмечались в протоколах. Если потерпевшие предъявляли гражданские иски, следователи обязаны были рассмотреть их ходатайства и составить мотивированные постановления о признании потерпевших гражданскими истцами или об отказах в таком признании.

Значимые изменения положения потерпевших в советском уголовном процессе связываются с введением в действие в 1958 г. Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик [8]. В частности, в этом документе, впервые за всю историю отечественного уголовного судопроизводства, было определено понятие потерпевшего (ст. 24 Основ) и устанавливался перечень его процессуальных прав, являвшийся существенно расширенным по сравнению с ранее действовавшим законодательством. В ст. 38 Основ предусматривалось также равенство в правах лиц, участвующих в судебном разбирательстве, к числу которых относились и потерпевшие. «Расширение прав потерпевшего было связано в первую очередь с происходившими в стране политическими преобразованиями, осуждением «культа личности» и попытками ввести в общественную жизнь и государственное управление элементы уважения к правам человек» [9].

Аналогичный Основам правовой статус потерпевших был закреплен в УПК РСФСР 1960 г. [10]. В частности, в соответствии с ч. 1 ст. 53 УПК РСФСР потерпевшим было признано лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред. О признании гражданина потерпевшим лицо, производящее дознание, следователь и судья обязаны были выносить постановления, а суды – определения.

На основании ч. 2 ст. 53 УПК РСФСР, граждане, признанные потерпевшими от преступлений, были вправе давать показания по делам. Потерпевшие или его представители имели право представлять доказательства, заявлять ходатайства, знакомиться со всеми материалами дела с момента окончания предварительного следствия, участвовать в судебном разбирательстве, заявлять отводы. Потерпевшие имели право в судебном разбирательстве лично или через своего представителя поддерживать обвинение по делам частного обвинения (ч. 3 ст. 53 УПК РСФСР). Согласно ч. 4 ст. 53 УПК РСФСР по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть потерпевшего, права потерпевшего должны были переходить к лицам, являющимся их близкими родственниками.

На уровне законодательства расширение прав потерпевших не предпринималось до первой половины 1990-х гг. Однако они существенным образом были видоизменены Законом РФ от 16 июля 1993 г. № 5451-1 [11], положениями которого в отечественном уголовном процессе, спустя 77 лет перерыва, был восстановлен суд присяжных. В частности, при разбирательстве уголовных дел судами с участием присяжных заседателей, потерпевшие признавались стороной по делам, наряду с иными участниками процесса они принимали участие в процессе формирования коллегий присяжных заседателей, в случаях отказов в судебных заседаниях прокуроров от обвинения могли заявлять об обязательном для судов возражениях против прекращения уголовных дел, имели право принять участие в прениях сторон, т.е. были наделены ранее неизвестными для советского уголовного процесса процессуальными возможностями, чтобы активно отстаивать свои позиции при рассмотрении уголовных дел.

Если сделать выводы из вышеизложенного, то можно отметить, что в законодательстве времен Российской империи весьма подробно и детально были регламентированы права потерпевших в уголовном процессе, что позволяло им быть полноправными участниками процесса. Потерпевшие в полной мере могли осуществлять свои права, а также имели возможность отстаивать свои интересы при различных ситуациях. В соответствии с нормами Устава уголовного судопроизводства лица, потерпевшие от преступлений, могли воспользоваться своими правами непосредственно после подачи жалоб о совершенных преступлениях, формальных процедур вынесения каких-либо постановлений не требовалось. Значимым шагом в развитии отечественного уголовно-процессуального законодательства было принятие 25 декабря 1958 г. Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, а также 27 октября 1960 г. Уголовно-процессуального кодекса РСФСР. В Основах впервые была определена дефиниция потерпевшего. В соответствии со ст. 24 Основ и ст. 53 УПК РСФСР 1960 г. «потерпевшим признается лицо, которому преступлением причинен моральный, физический и имущественный вред». Также в данных документах было определено, что правами потерпевшего могут наделяться только граждане, признанные потерпевшими от преступлений, т.е. только физические лица, а юридические лица в случаях причинения им имущественного вреда имели возможность выступать только в качестве гражданских истцов.

 

Список литературы:
1. Анисимкова, Н.В. Реализация прав потерпевших от преступлений в период либерализации общественных отношений в Советской России, а также в период замедления темпов общественного развития / Н.В. Анисимкова // Сибирский юридический вестник. – 2016. – № 1. – С. 100–106. 
2. Декрет СНК РСФСР от 24.11.1917 «О суде» // СУ РСФСР. – 1917. – № 4. – Ст. 50 (утратил силу). 
3. Закон СССР от 25.12.1958 (ред. от 28.11.1989) «Об утверждении Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик» // Ведомости ВС СССР. – 1959. – № 1. – Ст. 15 (утратил силу).
4. Закон РФ от 16.07.1993 № 5451-1 (ред. от 20.08.2004) «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и кодекс РСФСР об административных правонарушениях» // Ведомости СНД и ВС РФ. – 1993. – № 33. – Ст. 1313 (утратил силу).
5. Казакова, Е.Н. Эволюция российского уголовного законодательства в отношении защиты интересов потерпевших / Е.Н. Казакова // Гражданин и право. – 2012. – № 4. – С. 38-45.
6. Липунова, Л.В. Институт потерпевшего в истории советского уголовного судопроизводства / Л.В. Липунова // Экономика и социум. – 2014. – № 4-3 (13). – С. 831–834.
7. Мисник, И.В. Особенности правового регулирования процессуального статуса потерпевшего в советский период / И.В. Мисник // История государства и права. – 2013. – № 12. – С. 35–38.
8. Постановление ВЦИК от 25.05.1922 «Об Уголовно-Процессуальном Кодексе» // СУ РСФСР. – 1922. – № 20-21. – Ст. 230 (утратило силу).
9. Сирик, М.С. Развитие института потерпевшего при династии Романовых / М.С. Сирик // История государства и права. – 2012. – № 11. – С. 24–25.
10. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960; ред. от 29.12.2001, с изм. от 26.11.2002) // Ведомости ВС РСФСР. – 1960. – № 40. – Ст. 592 (утратил силу). 
11. Юношев, С.В. Потерпевший и его представитель как участники уголовного судопроизводства до Судебной реформы 1864 года / С.В. Юношев // Lex russica. – 2016. – № 2. – С. 175-183.