ГРАФ А.С. СТРОГАНОВ – ГЛАВНЫЙ ЗАКАЗЧИК ПАРАДНЫХ ИНТЕРЬЕРОВ НЕВСКОЙ И ВОСТОЧНОЙ АНФИЛАД СТРОГАНОВСКОГО ДВОРЦА. СИСТЕМА КАБИНЕТОВ ГРАФА, КАК ОТРАЖЕНИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ ЕВРОПЕЙСКИХ КУНСТКАМЕР

COUNT A.S. STROGANOV: THE PRINCIPAL PATRON OF THE STATE INTERIORS IN THE NEVA AND EASTERN ENFILADES OF THE STROGANOV PALACE. THE COUNT’S SUITE OF CABINETS AS A REFLECTION OF THE INTELLECTUAL PROGRAM OF EUROPEAN KUNSTKAMMERS

Nesvetailo Tatyana Nikolaevna

Senior Research Fellow, State Russian museum, St. Petersburg, Russian Federation

Аннотация. В статье рассматривается система кабинетов графа Сергея Александровича Строганова, которая была создана по его замыслу, согласно научным трактатам, регламентирующим устройство европейских кунсткамер. Последние были призваны отразить все разнообразие мира и представить модель мироздания. Идея создания многочастного кабинета зародилась у графа Строганова во время образовательной поездки в Европу.

Abstract. The article examines the system of cabinets belonging to Count Sergei Stroganov, created according to his vision and in line with scholarly treatises governing the organization of European Kunstkammers. These cabinets were intended to reflect the full diversity of the world and present a model of the cosmos. The idea of creating such a multi-part cabinet originated during Count Stroganov’s educational tour of Europe.

Ключевые слова: дворцы Санкт-Петербурга; интеллектуальная и культурная жизнь Санкт-Петербурга во второй половине XVIII века; кунсткамера.

Keywords: Palaces of St. Petersburg; The intellectual and cultural life of St. Petersburg in the second half of the 18th century; kunstkammer.

Данная публикация является продолжением статьи об интерьерах восточной анфилады Строгановского дворца: Минеральном кабинете, Картинной галерее, Библиотеке и Физическом кабинете, созданных по заказу графа А.С. Строганова (1736 – 1811) архитектором А.Н. Воронихиным (1759 – 1814) в интервале между 1791 и 1805 годами [1]. Если в публикации 2019 года главное внимание было уделено историческим прототипам – итальянским студиоло эпохи Возрождения и их эволюции до европейских кунсткамер и музеев, то здесь поставлена задача выявить назначение каждого из кабинетов, их содержание и символику архитектурной отделки.

Система кабинетов графа Александра Сергеевича Строганова в его дворце на Невском проспекте — это не случайный набор комнат, а осознанно выстроенная «модель Вселенной» в миниатюре, прямо восходящая к европейской традиции Wunderkammer (кунсткамер) и ренессансных studiolo. В Европе XVI–XVIII веков кунсткамера была не просто хранилищем редкостей, а философской моделью мироздания. В 1565 году Сэмуэль фон Квикхеберг (1529 – 1565) опубликовал труд «Заголовки или названия обширнейшего театра», в котором обосновал одну из первых концепций коллекционирования. По его концепции образцовая коллекция должна была содержать: Naturalia (произведения природы: минералы, растения, чучела животных); Artificialia (творения рук человеческих: картины, скульптуры, предметы прикладного искусства); Scientifica (научные инструменты: глобусы, астролябии, телескопы); Mirabilia (диковины и курьёзы) [2]. Ключевая идея состояла в том, чтобы через систему размещения предметов передать сотворённый Богом мир во всей его полноте. Другой философ следующего столетия Эмануэле Тезауро (1592–1675) рассуждал так: если природа сама по себе «говорит» метафорами (то есть находит и создаёт скрытые, неожиданные связи между вещами), то энциклопедическая коллекция (то есть собрание редкостей, природных диковинок, произведений искусства) становится как бы суммой всех таких метафор. И в этом смысле она превращается в самую большую метафору мира — в целостный, концентрированный образ реальности, который человек создаёт, чтобы её постичь [3].

К концу XVIII века, когда Строганов формировал свою коллекцию в Париже (с 1754–1756 годов), эта традиция уже трансформировалась: коллекции приобретали систематический характер, но многие аристократические собрания всё ещё сочетали научные кабинеты с художественными галереями. Строганов лично знакомился с крупнейшими парижскими собраниями — герцога Орлеанского, Жана де Жюльена, маркиза Таллара — и сам участвовал в аукционах. При этом, как отмечают исследователи, он «наряду с картинной галереей собрал превосходный минералогический кабинет», следуя именно традиции кабинетов редкостей, которая «сохраняла актуальность на протяжении всего XVIII века» [4, c. 227].

Восточная анфилада Строгановского дворца состояла из четырёх помещений, каждое из которых соответствовало одной из категорий классической кунсткамеры: Минералогический кабинет (Naturalia) содержал коллекции минералов и книги по геологии, он предназначался для изучения природы, стихий, первоматерии; Картинная галерея (Artificialia) содержала живопись итальянской, фламандской, голландской и др. школ, представляя искусство как отражение божественного порядка; в Библиотеке (Scientifica), где находились издания по искусству, философии, естественным наукам, происходила интеллектуальная подготовка; Физический кабинет (Scientifica + Mirabilia) – содержал научные инструменты, печь (атанор) для алхимических опытов и был связан с тайным знанием.

Минералогический кабинет — двухъярусное пространство с куполом и верхней обходной галереей – напрямую соотносится с горнозаводским делом Строгановых на Урале, но его оформление выходит далеко за пределы утилитарного хранения образцов. Четыре аллегорических барельефа первого яруса изображают четыре стихии — Огонь, Воду, Землю и Воздух. Это не просто декор: в герметической и алхимической традиции четыре стихии — основа мироздания, первоматерия, из которой через трансмутацию рождается философский камень. Восхождение от минералов (земля) к огню печи в Физическом кабинете — это символический путь алхимического делания. На парусах, опирающихся на каннелированные колонны, изображены в треугольниках масонские символы. Треугольник в масонской символике — знак Божественного присутствия, а также масонского градуса. Сочетание аллегорий стихий с масонской символикой превращает Минералогический кабинет из простого хранилища в «храм природы и науки».

Если Минералогический кабинет — это «публичная» часть кунсткамеры Строганова, то Физический кабинет — её эзотерическое ядро. Наличие Физического кабинета у частного лица было крайней редкостью, что сразу выделяет собрание графа из рядовых аристократических коллекций. Современник так описывал вход в кабинет: посетитель оказывался в «аллее сфинксов» — между шкафами с книгами, столами с бюстами философов, глобусами, армиллярными сферами и телескопом, образующими узкий проход (в интерьере Библиотеки). Затем он проходил между двумя колоннами с капителями в виде цветов лотоса, обрамляющими вход в лабораторию (Физический кабинет). Этот маршрут — от публичного к приватному, от природы к искусству, от знания к тайному знанию — точно воспроизводит логику не только кунсткамеры, но и масонского посвящения: профан проходит через степени познания, каждый раз приближаясь к тайне: колонны с лотосовидными капителями — аналог масонских колонн Яхин и Боаз, символов порядка и хаоса, двух начал мироздания; «аллея» — символизирует мистерии, прохождение через нее — ритуальный путь посвящения [2].

Печь для алхимических опытов в центре, вытяжной колпак которой поддерживали четыре «египетские» фигуры (мужские и женские), — атанор – сердце лаборатории. В алхимии атанор — символ стихии Огня и трансмутации. Бюст Юпитера-Амона (работы Самсона Суханова, 1810), сохранившийся в Физическом кабинете, — синтез римского и египетского божеств. На постаменте высечена надпись: «Ars Aegiptiaca Petropoli Renata» — «Искусство египетское, в Петрополе возобновлённое». Юпитер-Амон — олицетворение верховного божества, синтез двух великих (египетской и античной) традиций. Солнечный диск с крыльями / жук-скарабей в декоре портала — скарабей в Древнем Египте символизировал солнце: подобно солнцу рождается утром, а вечером умирает. В масонской и алхимической символике скарабей — знак возрождения и бессмертия духа. Таким образом, последовательность помещений и архитектурный декор интерьеров в анфиладе Строганова — не случайны. Они воспроизводят иерархию познания, характерную для герметической философии и масонства.

Отличие системы кабинетов Строганова от европейских кунсткамер, таких как студиоло Франческо I Медичи во флорентийской галерее Уффици, Кунсткамеры Рудольфа II в Пражском Граде, Кунсткамера Манфредо Сетталы в Милане, а также Кунсткамеры Петра I в Петербурге в том, что в ней соединилась традиция кунсткамеры с масонской символикой и египетским стилем — это было принципиально новым. Если европейские кунсткамеры XVI–XVII веков были христианско-герметическими по духу, то Строганов, опираясь на французское масонство и египтологию конца XVIII века, создал герметико-египетскую модель мироздания, где древнеегипетская символика (скарабей, лотос, Амон) заменила или дополнила традиционные христианские аллегории.