ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ И СОВЛАДАЮЩЕЕ ПОВЕДЕНИЕ У ВЗРОСЛЫХ: СВЯЗЬ И ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

EMOTIONAL INTELLIGENCE AND COPING BEHAVIOR IN ADULTS: RELATIONSHIP AND PRACTICAL SIGNIFICANCE

Strunnikov Danil Alekseevich

Postgraduate student, Moscow International Academy, Clinical psychologist, Russia, Moscow

Аннотация. Статья анализирует взаимосвязь между эмоциональным интеллектом (ЭИ) и выбором адаптивных стратегий совладания со стрессом у взрослых людей. На основе систематизации эмпирических исследований как иностранных, так и российских авторов выделены основные копинг-стратегии, определяемые уровнем развития ЭИ, а также выявлен механизм опосредования этой связи через личную устойчивость (resilience) и эмоциональную регуляцию. Подчеркивается практическое значение развития эмоционального интеллекта для профилактики психических расстройств и повышения психологического благополучия взрослого населения.

Abstract. The article analyzes the relationship between emotional intelligence (EI) and the choice of adaptive coping strategies under stress in adults. Based on the systematization of empirical research by both foreign and Russian authors, key coping strategies determined by the level of EI development are identified, and the mechanism of mediation of this relationship through personal resilience and emotional regulation is revealed. The practical significance of developing emotional intelligence for the prevention of mental disorders and increasing psychological well-being of the adult population is emphasized.

Ключевые слова: эмоциональный интеллект; совладающее поведение; копинг-стратегии; стресс; устойчивость; психологическое благополучие; эмоциональная регуляция; взрослость.

Keywords: emotional intelligence; coping behavior; coping strategies; stress; resilience; psychological well-being; emotional regulation; adulthood.

ВВЕДЕНИЕ

Современное общество предъявляет повышенные требования к адаптивности человека[1]. Растущие темпы жизни, социально-экономическая неопределенность и профессиональные вызовы делают актуальной проблему эффективного совладания с психосоциальным стрессом. Исследования показывают, что люди, столкнувшиеся с одинаковыми трудностями, используют качественно различные стратегии их решения - от конструктивного поиска ресурсов до пассивного избегания проблемы.

Интерес исследователей все чаще сосредоточивается на роли эмоционального интеллекта (ЭИ) как фактора, определяющего выбор адаптивных стратегий совладания. ЭИ рассматривается не как врожденный дар, а как развиваемый набор способностей, связанных с восприятием, пониманием и управлением эмоциями[2]. Именно эта модель открывает возможности для практических интервенций в области психопрофилактики и психологического консультирования взрослых.

Цель данной статьи - провести анализ эмпирических исследований, демонстрирующих связь между ЭИ и совладающим поведением, выявить механизмы этой взаимосвязи и обсудить практические приложения полученных знаний.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Западные модели: от Мейера-Сэловея к Гоулману

Понятие эмоционального интеллекта было сформулировано Майером, Сэловеем и Карузо как способность человека воспринимать, оценивать, понимать и выражать эмоции, используя эмоциональные знания для управления собственным поведением и влияния на окружающих[3]. В отличие от общего интеллекта, ЭИ непосредственно связан с регуляцией эмоциональных состояний, что делает его ключевым фактором в контексте совладания со стрессом.

Структура ЭИ включает четыре основных компонента[3]:

1. Восприятие эмоций - способность идентифицировать эмоции в себе и других людях, в выражении лица, голосе, поведении.

2. Понимание эмоций - способность анализировать эмоции, понимать их причины, закономерности развития и последствия.

3. Использование эмоций - способность применять эмоциональную информацию в процессе мышления и принятия решений.

4. Управление эмоциями - способность регулировать собственные эмоции и оказывать влияние на эмоциональное состояние других людей.

Даниэль Гоулман предложил смешанную модель, в которой ЭИ включает помимо когнитивных компонентов также мотивацию и личностные качества, обеспечивающие самомотивацию, эмпатию и развитые навыки взаимоотношений[4].

Российская модель Д.В. Люсина: структура и особенности

Российский психолог Дмитрий Люсин предложил принципиально новый подход к пониманию эмоционального интеллекта. По его определению, ЭИ -  это совокупность способностей для понимания своих и чужих эмоций и управления ими. Люсин различает два основных компонента ЭИ:

Внутриличностный эмоциональный интеллект включает способности:

- распознавать собственные эмоции;

- идентифицировать эмоции и выражать их словами;

- понимать причины возникновения эмоций и их последствия;

- управлять собственными эмоциями (уменьшать, усиливать, произвольно вызывать).

Межличностный эмоциональный интеллект включает способности:

- распознавать эмоции других людей;

- понимать причины эмоциональных состояний других;

- влиять на эмоциональное состояние окружающих.

Важное отличие модели Люсина состоит в том, что способность понимать и управлять эмоциями тесно связана с общей направленностью личности на эмоциональную сферу - интересом к внутреннему миру людей, склонностью к психологическому анализу поведения и ценностями, приписываемыми эмоциональным переживаниям[5]. Люсин справедливо отмечает, что не всегда высокая выраженность отдельных компонентов ЭИ приводит к благоприятным для субъекта последствиям[6].

ТИПЫ СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ И ИХ СВЯЗЬ С ЭМОЦИОНАЛЬНЫМ ИНТЕЛЛЕКТОМ

Классификация копинг-стратегий

Понимание копинг-стратегий своими корнями уходит в работы Ричарда Лазаруса и Сьюзан Фолкман, которые рассматривали совладание как процесс постоянной адаптации человека к стрессовым требованиям окружающей среды. [1] В их трансакциональной модели стресса копинг делится на две основные категории в зависимости от того, направлены ли усилия человека на изменение самой ситуации или на управление эмоциональной реакцией на неё. Российские психологи, в частности Е.И. Рассказова и Т.О. Гордеева, расширили эту концепцию, показав, что копинг-стратегии функционируют в контексте более широкой системы саморегуляции личности, где эмоциональный интеллект становится важным фактором выбора адаптивных или дезадаптивных путей. [7]

В научной литературе традиционно выделяют несколько основных категорий копинг-стратегий[1][7]:

Проблемно-ориентированный копинг (решение проблемы, планирование, поиск информации) направлен на активное изменение стрессовой ситуации. Эта стратегия требует способности четко анализировать ситуацию, контролировать эмоции и целенаправленно действовать — все компоненты, входящие в состав ЭИ.

Эмоционально-ориентированный копинг (положительная переоценка, поиск социальной поддержки, саморегуляция) направлен на управление эмоциональной реакцией на стресс. Эта стратегия предполагает способность понимать и регулировать эмоции, что также связано с ЭИ.

Когнитивный копинг включает реинтерпретацию ситуации, осознанное понимание своего состояния и поиск смысла в происходящем.

Наряду с этими адаптивными стратегиями выделяются дезадаптивные варианты совладания: избегание (бегство-избегание), конфронтационный копинг, отрицание, дистанцирование[8]. Исследования показывают, что люди с низким ЭИ чаще прибегают к дезадаптивным стратегиям.

Российские эмпирические исследования

Исследование С.В. Фролова и И.У. Елькина (2021, N=124) показало следующие результаты (таблица 1):

Таблица 1.

Связь эмоционального интеллекта и копинг-стратегий у студентов (Фролова & Елькина, 2021)

Исследование И.Ю. Оксиной и В.Р. Черонки (2024, N = 218) на выборке студентов вузов показало наличие статистически значимой взаимосвязи между общим показателем эмоционального интеллекта и уровнем стрессоустойчивости студентов[9]. Корреляционный анализ выявил, что студенты с высоким уровнем ЭИ демонстрируют более конструктивные стратегии совладания со стрессом, лучше справляются с академическими трудностями и реже используют дезадаптивные паттерны поведения[9].

Западные данные: влияние ЭИ на копинг

Мета-анализ Sánchez-Álvarez и коллег (2020, N = 86 исследований) выявил, что эмоциональный интеллект является ключевым модератором в отношениях между стрессом и выбором копинг-стратегий[10]. Лица с высоким ЭИ демонстрируют более активный и адаптивный подход к совладанию с проблемами, реже испытывают дезадаптивные поведенческие реакции, лучше справляются с трудностями в форме вызовов, а не угроз[10].

ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ РЕГУЛЯЦИЯ КАК МЕХАНИЗМ ДЕЙСТВИЯ ЭИ

Последние российские исследования раскрывают лежащий в основе ЭИ механизм - эмоциональную регуляцию. Рассказова Е.И. и Гордеева Т.О. отмечают, что копинг-стратегии являются неотъемлемой частью системы саморегуляции[7].

Процесс совладания развивается в следующей логике[7]:

1. Стрессовая ситуация подвергается первичной и вторичной когнитивной оценке (угроза или вызов?)

2. Возникает эмоциональное возбуждение

3. Включается механизм выбора копинга

4. Человек либо действует для изменения ситуации, либо регулирует свое эмоциональное состояние

При высоком ЭИ эмоциональное возбуждение не парализует человека, а служит сигналом для активной адаптации[7].

Исследование на выборке студентов вузов показало, что высокий уровень ЭИ способствует более точной идентификации ранних признаков стресса и собственных эмоциональных реакций, что позволяет избежать дезадаптивных поведенческих стратегий[9].

РОЛЬ ЛИЧНОЙ УСТОЙЧИВОСТИ В МЕХАНИЗМЕ ДЕЙСТВИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Недавнее исследование Гей и коллег (2025, N = 207) на выборке молодых взрослых из Малайзии выявило, что связь между ЭИ и стрессом не является прямой[11]. Вместо этого ЭИ влияет на уровень воспринимаемого стресса через развитие личной устойчивости (resilience).

В исследовании была построена модель полной медиации[11]:

 Как показано в Таблице 2, модель полной медиации выявила, что ЭИ имеет прямой положительный эффект на развитие устойчивости (β = 0.57, p < 0.001), которая, в свою очередь, отрицательно влияет на восприятие стресса (β = −0.40, p < 0.001). Прямой путь от ЭИ к стрессу не значим (β = 0.06, p = 0.425), в то время как косвенный эффект через устойчивость статистически значим (β = −0.23, p < 0.001; тест Собела: z = −4.42, p < 0.001).

Таблица 2.

Модель медиации эффекта ЭИ на стресс через устойчивость (Гей и коллеги, 2025)

Практическое значение: Люди с высоким ЭИ не просто лучше справляются со стрессом в момент его возникновения - они развивают более устойчивую, жизнестойкую позицию, которая служит буфером против влияния стресса на их психологическое благополучие[11]. Это означает, что развитие ЭИ нужно рассматривать как долгосрочное вложение в развитие личной устойчивости.

Интересно отметить гендерные различия: женщины в этом исследовании испытывали значительно больший стресс (M = 20.80) по сравнению с мужчинами (M = 17.33), t = −4.48, p < 0.001, несмотря на равные уровни ЭИ[11]. Это указывает на необходимость учета гендерных факторов при разработке программ по развитию ЭИ.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРИЛОЖЕНИЯ

Результаты исследований имеют четкие практические импликации для работы психологов:

1. Диагностическое направление. При встрече с клиентом, испытывающим сложности в совладании со стрессом, целесообразно провести оценку его ЭИ. Низкие показатели указывают на необходимость включения развития эмоциональной компетентности в план психологической помощи. Для диагностики можно использовать как методики Люсина (МЭИВ), так и западные инструменты (MSCEIT)[5].

2. Приоритизация целей. Развитие ЭИ должно предшествовать или сопровождать обучение конкретным копинг-стратегиям, так как без понимания собственных эмоций человеку сложно освоить новые паттерны поведения.

3. Интегрированный подход. Данные показывают, что комбинированные программы, использующие когнитивно-поведенческую терапию (КБТ) в сочетании с практиками внимательности (mindfulness) и смысловым совладанием, наиболее эффективны для одновременного развития ЭИ и устойчивости[12].

4. Профилактическая работа. Развитие ЭИ у здоровых взрослых может служить универсальным профилактическим фактором, снижающим риск развития дезадаптивных паттернов при столкновении со стрессом в будущем.

5. Учет индивидуальных особенностей. Важно помнить, что эффект развития ЭИ опосредован персональными характеристиками - возрастом, гендерными особенностями, жизненным опытом и культурным контекстом[5].

ВЫВОДЫ

Анализ эмпирических исследований позволяет заключить, что эмоциональный интеллект играет значимую роль в определении качества совладания со стрессом у взрослых людей[1][2]. Люди с высоким ЭИ демонстрируют более гибкий подход к решению проблем, лучше используют социальную поддержку и реже прибегают к дезадаптивным стратегиям[10][11].

Ключевое открытие состоит в том, что эффект ЭИ на совладание опосредован как эмоциональной регуляцией в момент стресса, так и развитием личной устойчивости в долгосрочной перспективе[11]. Российские исследователи, особенно Люсин, справедливо подчеркивают, что ЭИ не является чисто когнитивным явлением, а тесно связан с личностной направленностью на эмоциональную сферу[5].

Это означает, что интервенции, направленные на развитие ЭИ, одновременно способствуют укреплению способности к восстановлению после трудностей, что имеет отдаленные благоприятные последствия для психологического благополучия.

Дальнейшие исследования должны быть направлены на разработку специализированных программ по развитию ЭИ у взрослых с учетом культурных особенностей, гендерных различий и типов стрессоров, с которыми они сталкиваются.