УЧАСТИЕ ПРОКУРОРА В ДЕЛАХ О ВОЗМЕЩЕНИИ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО В РЕЗУЛЬТАТЕ ТРУДОВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ: ПРАВОВЫЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

PROSECUTOR'S PARTICIPATION IN CASES OF COMPENSATION FOR DAMAGE CAUSED BY EMPLOYMENT: LEGAL AND PRACTICAL ASPECTS

Fedorchuk Elena Igorevna

1st year student of the Crimean Law Institute (branch) of the University of the Prosecutor's Office of the Russia, Simferopol

Аннотация. В статье исследуются особенности участия прокурора в делах о возмещении вреда, причинённого жизни и здоровью работников при исполнении трудовых обязанностей. На основе анализа законодательства Российской Федерации и судебной практики выявляются проблемы реализации полномочий прокурора, а также оценивается их эффективность в контексте защиты трудовых прав граждан. Делается вывод о необходимости расширения и конкретизации форм участия прокуратуры в данной категории дел.

Abstract. The article examines the features of the prosecutor's participation in cases involving compensation for harm caused to employees' lives and health during the performance of their work duties. Based on an analysis of the legislation of the Russian Federation and judicial practice, the article identifies problems in the implementation of the prosecutor's powers and evaluates their effectiveness in protecting the labor rights of citizens. The article concludes that there is a need to expand and specify the forms of the prosecutor's participation in this category of cases.

Ключевые слова: прокурор, возмещение вреда здоровью, защита трудовых прав, производство, трудовые споры.

Keywords: prosecutor, compensation for health damage, protection of labor rights, production, labor disputes.

Становление и закрепление второго поколения прав человека, включающее трудовые права, эпоха которого пришлась на вторую половину девятнадцатого – первую половину двадцатого века, закрепило в конституциях многих государств неотъемлемое право личности на осуществление трудовой деятельности, возмездность и достойную оплату такой деятельности, а также право на такие условия труда, в результате которых жизнь и здоровье работников подвергаются опасности.

Вместе с тем практически любой вид трудовой деятельности в той или иной степени сопряжён с рисками для здоровья, а в отдельных случаях — и для жизни работников. В связи с этим на законодателя и органы исполнительной власти, осуществляющие функции в сфере социального обеспечения, возлагается задача по формированию и реализации системы превентивных мер, направленных на предупреждение производственного травматизма и профессиональных заболеваний.

О значимости данных мер свидетельствует статистика Социального фонда России, проанализированная и приведённая экспертами Института прогрессивных технологий: согласно результатам анализа фактов впервые выявленных профессиональных заболеваний, с 2014 по 2025 гг. наблюдается устойчивое снижение на 36% [10].

Между тем, статистика травматизма на обрабатывающих производствах, при добыче полезных ископаемых, транспортировке и хранении, а также в сфере здравоохранения остаётся значительной: 33 774 зафиксированных случая за 2024 год, что на 4% выше количества травматических случаев на производстве в 2023 году [10].

Согласно данным Министерства труда России, более чем в 60% случаев производственного травматизма причиной являлась неудовлетворительная организация производства работ, которая включает в себя отсутствие контроля со стороны руководства предприятия и специалистов подразделений, недостатки в системе управления охраной труда, а также нарушение порядка допуска к опасным работам [10].

Правовая основа социальной защиты работников производств, пострадавших от несчастных случаев на производстве или при исполнении своей трудовой деятельности, закреплена как в положениях Конституции России, так и значительном количестве нормативных актов: Трудовом кодексе Российской Федерации [11], Гражданском кодексе Российской Федерации [1], Федеральном законе от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» [7], постановлением Правительства РФ от 15.05.2006 № 286 [8], которым утверждено Положение об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Несмотря на развитую нормативную базу, судебная практика свидетельствует о сохранении значительного числа споров о возмещении вреда, причинённого при исполнении трудовых обязанностей. Это во многом обусловлено как пробелами правового регулирования, так и сложностями правоприменения.

Показателен пример из судебной практики. 10 февраля 2026 года Восьмым кассационным судом общей юрисдикции вынесено определение по делу № 8Г-21961/2025 [3], в соответствии с которым оставлены в силе судебные акты нижестоящих инстанций, которыми было взыскано возмещение вреда, причинённого здоровью работника промышленного предприятия вследствие исполнения им трудовых обязанностей, а также сумма морального вреда. Стоит отметить, что факт несчастного случая на производстве произошёл 08 февраля 2017 года, однако руководством предприятия было принято решение сокрытия факта несчастного случая на производстве, в связи с чем в ответ на требование работника о получении компенсации за травму, полученную в результате трудовой деятельности, направленное в августе 2022 года, предприятие ответило отказом [3].

Компенсацию стоимости лечения, а также морального вреда, работник получил в 2026 году при факте несчастного случая в феврале 2017 года. Такая длительность защиты нарушенного права свидетельствует о недостаточной эффективности действующего механизма возмещения вреда, причинённого здоровью работника.

Как следует из текста указанного определения судебной коллегии кассационной инстанции, а также из текстов решения и апелляционного определения, законность которых являлась предметом рассмотрения в суде кассационной инстанции, участие прокурора в данном деле ограничилось направлением заключения, правовая позиция которого сводилась к необходимости принятия решения в пользу работника [3].

Несмотря на то, что статьей 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» [6] закреплён принцип осуществления прокуратурой своей деятельности в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства, в остальном положения указанного федерального закона не конкретизируют степень участия прокурора при рассмотрении трудовых споров, в том числе связанных с причинением вреда жизни и здоровью работников.

Абзацем 3 части 1 статьи 228.1 Трудового кодекса Российской Федерации [11] предусмотрена возможность проведения прокурорской проверки по факту несчастного случая на производстве с целью выявления лиц, виновных либо причастных к данному событию. Однако проведение данной проверки возможно исключительно при групповом несчастном случае, в результате которого пострадало два и более человека, тяжелом или несчастном случае со смертельным исходом, и лишь при исполнении работодателем соответствующего извещения в прокуратуру в течение суток с момента происшествия.

Таким образом, вышеописанный случай прокурорского реагирования возможен исключительно в определённых ситуациях, а также при добросовестном исполнении работодателем своих обязанностей, что не всегда соотносится с реальностью, как следует из вышеприведённого случая из судебной практики.

Также прокурор может выступать инициатором проведения внеплановой проверки в рамках надзора за исполнением законов от государственной инспекции труда, согласно поступившим в прокуратуру материалам и обращениям, – данное полномочие закреплено частью 7 статьи 360 Трудового кодекса Российской Федерации [11].

Исходя из содержания ч. 1 и ч. 3 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации [2], в делах о защите нарушенных трудовых прав, в том числе связанных с возмещением вреда, причинённого жизни и здоровью, прокурор может выступать в качестве заявителя при наличии обращения к нему нескольких граждан, или гражданина, который по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Кроме того, при наличии уже существующего судебного процесса, предметом которого является возмещение вреда при получении работником вреда здоровью, прокурор выступает как участник процесса, представляющий своё заключение.

Анализ судебной практики (по базе «Гарант» за 2023–2026 гг.) показывает, что случаи обращения прокурора с самостоятельными исками по данной категории дел являются единичными (примерно один случай на двадцать дел). Это объясняется как ограничениями, установленными законом, так и необходимостью наличия объективных препятствий для самостоятельного обращения гражданина в суд.

Одним из судебных актов, наиболее ярко иллюстрирующих исключительность заявительной позиции прокурора, является определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 30 сентября 2025 года по делу № 8Г-11960/2025 [4], в соответствии с которым заявителем по делу от имени потерпевшего являлся прокурор в связи с состоянием здоровья потерпевшего, который в результате несчастного случая на производстве утратил трудоспособность и по состоянию здоровья не имел возможности самостоятельно защитить свои права в суде, в том числе отстоять правовую позицию по отсутствию у него вины в несчастном случае [4].

Противоположным по сути является определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21 июля 2025 г. по делу № 8Г-8911/2025 [5], заявителем по которому выступила непосредственно потерпевшая работница. Несмотря на значительную схожесть фактических обстоятельств с предыдущим делом (схожие производства с наличием валовых станков, схожесть полученных травм в результате попадания конечностей потерпевших в валовые механизмы, одинаковые инструкции по технике безопасности), размер суммы, взысканной судами в качестве морального вреда, был значительно ниже в том числе по причине наличия вины работника. Стоит отметить, что ни в первом, ни во втором случае судами не приводились доводы, однозначно указывающие на степень вины работника при том или ином несчастном случае [5].

Представляется, что участие прокурора в подобных делах в настоящее время носит преимущественно формальный характер и, как правило, ограничивается дачей заключения.

Между тем рассмотрение дел о возмещении вреда, причинённого при исполнении трудовых обязанностей, связано со значительными сложностями доказывания. Речь идёт, в частности, о:

- установлении обстоятельств несчастного случая;

- определении степени вины работника,

- анализе соблюдения требований охраны труда,

- оценке результатов судебно-медицинской экспертизы.

При этом доступ к значительной части доказательств фактически находится у работодателя, что объективно затрудняет защиту прав работника и может сопровождаться злоупотреблениями, включая сокрытие несчастных случаев или перераспределение ответственности.

Стоит отметить, что 05 февраля 2024 года Генеральным прокурором РФ издан приказ № 98 «Об организации прокурорского надзора за соблюдением трудовых прав граждан» [9], однако проблеме защиты прав работников при причинении вреда их жизни и здоровью в результате исполнения трудовых обязанностей посвящено лишь два подпункта из двадцати восьми: в частности, обратить внимание на установление реального характера правоотношений между работником и работодателем при расследовании несчастных случаев на производстве на предмет того, не осуществляется ли попытка работодателя подменить трудовые отношения гражданско-правовыми во избежание своей ответственности, а также продолжать осуществлять проверки исправности оборудования и соблюдения безопасности труда во избежание несчастных случаев.

В этой связи можно сделать вывод о том, что потенциал участия прокуратуры в делах данной категории реализуется не в полной мере, а существующее регулирование требует дальнейшего развития и конкретизации.