Статья:

Легитимизация государственной политики регулирования сети интернет через официальный дискурс

Журнал: Научный журнал «Студенческий форум» выпуск №11(32)

Рубрика: Социология

Выходные данные
Тамадаев К.М. Легитимизация государственной политики регулирования сети интернет через официальный дискурс // Студенческий форум: электрон. научн. журн. 2018. № 11(32). URL: https://nauchforum.ru/journal/stud/32/37640 (дата обращения: 03.03.2024).
Журнал опубликован
Мне нравится
на печатьскачать .pdfподелиться

Легитимизация государственной политики регулирования сети интернет через официальный дискурс

Тамадаев Константин Магомедович
магистрант Казанского (Приволжского) федерального университета, РФ, г. Казань

 

За последнее десятилетие информационно-коммуникационные технологии (ИКТ) приобрели небывалую массовость и популярность. Интернет стал воздействовать на умонастроения общества, и формировать модель его взаимоотношения с властью. Согласно исследованию, проведенному И. А. Бронниковым взаимоотношения, выстраиваемые в рамках виртуальной реальности, способствуют активному формированию гражданского общества. Речь идет «не о замене существующих механизмов гражданского общества, а лишь об их переносе в виртуальный мир с последующей трансформацией и адаптацией в Сети» [2].

Интернет не существует в безвоздушном пространстве, наоборот, он часто пересекается с "традиционным физическим миром", где власть по-прежнему базируется по принципам государственного суверенитета. С повышением оценки значимости общественных отношений, связанных с использованием сети интернет, особое положение получает вопрос его правового регулирования. Проблема понимания свободы доступа, распоряжения информацией и ответственности за нарушение, казалось бы, естественных для общества и его членов прав, является тем острием, на котором в настоящее время строятся и философские, и социологические теории коммуникационных сетей.

Например, существует мнение, что интернет не нуждается в каком-либо государственном регулировании, и уж тем более в разработке специальных нормативных правовых актов, как на национальном, так и на международном уровне. В первую очередь такой подход обуславливается тем, что интернет ввиду его децентрализованного и открытого характера не поддается непосредственному «регулированию» и «управлению» его ресурсами и возможностями.

При рассмотрении интернета через призму теории социального воображения канадского философа Ч. Тейлора и профессора Лондонской школы Р. Манселл, можно делать вывод, о том, что он представляет из себя не просто технологию, используемую для трансляции разного рода мнений или оспаривания официального дискурса, но и как явление само по себе, то есть такого явления мнение, о котором конструируется [10]. Таким образом интернет проявляет одновременно в качестве конструктора окружающей реальности и её конструкта.

Согласно теории agenda-setting и конструктивистскому подходу, средства массовой информации делят ответственность за регуляцию общественных настроений с другими социальными институтами до тех пор, пока социальное противоречие удерживается в рамках социального вопроса [1].

Несмотря на то что разговоры о необходимости государственного контролировать интернет-сети появились уже достаточно давно, первые работающие законы стали появляться лишь в середине 00-х., например, в 2006 был принят закон «О персональных данных», который был призван регулировать отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой федеральными органами государственной власти [4].

Особенно сильная эскалация регулирования интернета как на законодательном уровне, так и на уровне решений исполнительной власти, стала заметно в последние шесть лет. Серьезным шагом на пути интернет регулирования в России стали принятые в 2012 году поправки к закону «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», именно тогда были создан «черный список» интернет-сайтов [5]. Именно тогда были определены первые государственные ведомства, которые стали заниматься курированием той или иной запрещенной информацию: Роскомнадзор, Роспотребнадзор, МВД. Уже на тот момент целый ряд независимых экспертов высказал опасения, что закон станет основанием для цензуры в интернете. Такие опасения были вызваны в первую очередь тем, что внесенные поправки позволяли государственным ведомствам начать осуществлять блокировки сайтов, даже без формального решения суда.

Одним из последних нормативных актов в данной отрасли права, вызвавший неоднозначную оценку не только со стороны общественности, но и ряда государственных институтов, является принятый в апреле 2016 года пакет поправок антитеррористической направленности, названных впоследствии в честь одного из его авторов — Ирины Яровой (пакет Яровой) [6]. Законопроект получил огромное количество отрицательных экспертных оценок, в том числе отрицательное экспертное заключение Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека [9].

Главными в официальном дискурсе при этом выступают нарративы посвящённые безопасности граждан, именно они используется для легитимизации и объяснения принимаемых политических решений, целесообразность которых видится как взаимное согласование целей и средств [3]. Однако, субъектом социального переживания чаще всего оказывается не общество в целом, а его часть, интересы которой по данной проблеме могут, например, противоречить интересам другой части общества.

Важно отметить, что субстратом для социальных переживаний в случае с регулированием интернета являются не индивидуальные переживания, а дискурс массовых коммуникаций. Социальное переживание является синтезом мер согласия членов большой группы с групповой ценностно-нормативной оценкой предмета переживания [8]. Если человек глубоко не переживает проблему, не имея опыта столкновения с ней, то он просто соглашается с тем, что это важно, хорошо или плохо с общественной точки зрения, и в этом согласии нет того, что можно назвать глубоким личностным переживанием. Примерами предметов социальных переживаний, относящихся к необходимости регулирования интернет-сети являются, известных конкретным людям только из дискурса властей и СМИ об этом и многом другом ведется преувеличенно эмоционально, чтобы компенсировать его отвлеченность от реальной жизни людей.

Для того, чтобы бросить вызов конструированию образа интернета как угрозы в современной России, следует продвигать модели «альтернативного воображения» интернета с упором на то, что интернет может иметь высокую, почти жизненно важную ценность для каждого человека [7]. И это представление должно сбалансировать нарратив «интернет – угроза», представив общественности понимание того, что ограничения в интернете – не только способ борьбы с угрозами, но также ограничение возможностей каждого отдельно взятого человека.

Что касается непосредственно регулирования интернета, хочется отметить что коллективный протест граждан против вводимых мер контроля Сети интернет подтверждает выраженную в заключении Совета при Президенте Российской Федерации экспертную оценку и «подчеркивает необходимость несостоявшегося ранее широкого общественного обсуждения возможных законодательных мер по противодействию терроризму и обеспечению общественной безопасности - с привлечением представителей гражданского общества и бизнеса» [9].

 

Список литературы:
1. Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности: Трактат по социологии знания / Пер. с англ. Е. Руткевич; Моск. филос. фонд. — М.: Academia-Центр; Медиум, 1995. — 323 с.
2. Бронников, И. А. (2013) Современные особенности российской интернет-аудитории как участника политической коммуникации // PolitBook. № 2. С. 44–59 
3. Зеленков М.Ю. Терроризм как угроза национальной безопасности и политической стабильности Российской Федерации // Вестник Российской нации. Т. 1, № 21, 2012.
4. Федеральный закон от 27 декабря 2009 г. № 363-ФЗ "О внесении изменений в статьи 19 и 25 Федерального закона "О персональных данных". [Электронный ресурс] URL: http://www.garant.ru/hotlaw/federal/218169/#ixzz5HlbkoLG7 (дата обращения: 03.06.2018).
5. Федеральный закон от 28 июля 2012 г. N 139-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию". [Электронный ресурс] URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_108808/ (дата обращения: 02.06.2018).
6. Федеральный закон "О внесении изменений в Федеральный закон О противодействии терроризму и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности" от 06.07.2016 № 374-ФЗ [Электронный ресурс] URL: http://www.garant.ru/hotlaw/federal/781527/ (дата обращения: 03.06.2018).
7. Федорченко, Е.Н. Гражданское общество как угроза государству / Е.Н. Федорченко // Информационные войны. - 2011. - №1. - С. 71-77
8. Ширков Ю. Э. Социальное переживание социальных проблем в общественном дискурсе [Электронный ресурс] // Информационный гуманитарный портал «Знание. Понимание. Умение». 2012. № 6 (ноябрь — декабрь). [Электронный ресурс]URL: http://zpu-journal.ru/e-zpu/2012/6/Shirkov_The-Social-Feeling/ [архивировано в WebCite] (дата обращения: 01.06.2018).
9. Экспертное заключение Совета на пакет антитеррористических законопроектов Озерова и Яровой от 07 Февраля 2017 [Электронный ресурс] URL: http://www.president-sovet.ru/documents/read/543/ (дата обращения: 03.06.2018).
10. Imagining the Internet: Communication, Innovation, and Governance. Robin Mansell. Oxford University Press. September 2012 // MedieKultur 2015, 58, 177-180.