ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ УСЫНОВЛЕНИЯ КАК ПРИОРИТЕТНОЙ ФОРМЫ УСТРОЙСТВА ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ

Основными нормативными актами, регулирующими порядок усыновления (удочерения) как приоритетной формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, являются СК РФ и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (далее ГПК РФ) [2]. Указанные акты формируют правовую основу реализации принципа приоритета семейного воспитания, поскольку именно усыновление обеспечивает наиболее полное замещение родительского попечения и интеграцию ребенка в семью на правах родного.

Нормы СК РФ, посвященные усыновлению (удочерению), охватывают цели данной формы устройства, правовое положение усыновленных детей, требования к усыновителям, а также условия и порядок осуществления усыновления. Уже на уровне целей усыновления законодатель ориентирует правовое регулирование на обеспечение ребенку возможности жить и воспитываться в семье, что соответствует конституционному приоритету семейного воспитания. В СК РФ также закреплены основные принципы усыновления, права и обязанности усыновителей и усыновленных, а также процедура оформления усыновления, что позволяет рассматривать данную форму как центральный элемент системы семейного устройства детей.

Семейным законодательством установлены специальные требования к кандидатам в усыновители, которые закреплены в ст. 127 СК РФ. Не вдаваясь в детальное перечисление всех положений ст. 127 СК РФ, представляется возможным выделить наиболее значимые из них. Так, усыновителями могут быть исключительно совершеннолетние дееспособные лица, что обусловлено тем, что усыновитель приобретает статус законного представителя ребенка и обязан действовать в его интересах во всех сферах правоотношений. Данное требование логично вытекает из правовой природы усыновления как формы, максимально приближенной к биологическому родительству.

Законодатель также устанавливает требование о разнице в возрасте между усыновителем и усыновляемым ребенком не менее шестнадцати лет а некоторые другие, такие как: состояние здоровья, социально-правовое положение усыновителя; требования имущественного характера.

Федеральным законом от 23.11.2024 № 405-ФЗ «О внесении изменений в статьи 127 и 146 Семейного кодекса Российской Федерации» [5] были внесены изменения, направленные на дополнительную защиту интересов усыновляемых детей. Статья 127 СК РФ была дополнена положением, согласно которому усыновителями не могут быть лица, являющиеся гражданами государств, в которых допускается смена пола с использованием медицинских и иных средств, включая внесение изменений в документы без обязательного медицинского вмешательства, а также лица без гражданства, постоянно проживающие в таких государствах. Данные изменения отражают стремление законодателя обеспечить ребенку стабильную и предсказуемую семейную среду и минимизировать возможные риски для его развития.

Процедурные аспекты усыновления регулируются нормами ГПК РФ. ГПК РФ устанавливает судебный порядок усыновления, определяет компетенцию судов общей юрисдикции, порядок рассмотрения дел, круг участников процесса, а также участие прокурора и органов опеки и попечительства. Суд, принимая решение об усыновлении, обязан исходить из интересов ребенка и оценивать, обеспечивает ли усыновление возможность его полноценного семейного воспитания.

Нормы СК РФ и ГПК РФ находятся в тесной взаимосвязи и дополняют друг друга. СК РФ закрепляет материально-правовые условия и приоритет усыновления как формы устройства, тогда как ГПК РФ обеспечивает процессуальные гарантии законности и обоснованности принимаемых решений. Такая модель регулирования подчеркивает особую значимость усыновления в системе форм устройства детей.

Правовые особенности усыновления содержатся и в иных нормативных актах. Так, Федеральный закон от 28.12.2012 № 272-ФЗ «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации» [6] ввел ограничения на усыновление детей гражданами США, лицами, состоящими в однополых браках, а также одинокими иностранцами. Указанные ограничения направлены на обеспечение приоритета усыновления детьми в национальную и традиционную семейную среду.

Федеральный закон от 15.11.1997 № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» [4] закрепляет документальное оформление усыновления. В ст. 43 предусмотрена выдача свидетельства об усыновлении, подтверждающего приобретение ребенком нового правового статуса, а ст. 44 регулирует внесение изменений в запись акта о рождении. Указанные нормы обеспечивают юридическое закрепление включения ребенка в семью усыновителей и завершенность данной формы устройства.

Обобщение теоретических положений и материалов правоприменительной практики позволяет сделать вывод о необходимости совершенствования процессуальных гарантий учета интересов несовершеннолетнего при рассмотрении дел об усыновлении. В этой связи обоснованным представляется пересмотр положений ст. 273 ГПК РФ с целью более четкого нормативного закрепления порядка участия ребенка в судебном разбирательстве и обеспечения профессиональной оценки его психологического состояния.

Предлагается дополнить указанную норму положением, предусматривающим обязательное проведение закрытого судебного заседания по делам об усыновлении с участием усыновителей либо усыновителя, представителя органа опеки и попечительства, прокурора, а также специалиста в области детской психологии. Реализация подобного подхода позволит повысить уровень защиты прав и законных интересов ребенка, а также обеспечит более взвешенное и гуманное рассмотрение дел об усыновлении, отвечающее целям семейного законодательства и принципу приоритета интересов несовершеннолетнего.

С правовой точки зрения усыновление представляет собой сложный юридический факт, порождающий возникновение новых семейных прав и обязанностей между ребенком и усыновителями. Одновременно с этим прекращаются правовые связи несовершеннолетнего с его биологическими родителями и иными родственниками по происхождению, что подчеркивает глубину и необратимость последствий данной процедуры.

В результате усыновления возникают комплексные правовые последствия, сочетающие в себе как правообразующий, так и правопрекращающий характер. С одной стороны, формируются новые семейные правоотношения между усыновленным ребенком, усыновителем и его родственниками. С другой стороны, прекращаются ранее существовавшие семейные связи ребенка с его биологическими родителями и иными родственниками по происхождению, если иное прямо не предусмотрено законом. Такая двойственная природа последствий усыновления отражает его особое место в системе семейного права.

В научных исследованиях процессуального регулирования усыновления значительное внимание уделяется вопросам адекватности действующих норм гражданского процессуального законодательства. Так, Я. Н. Куемжиева рассматривает специфику рассмотрения дел об усыновлении в рамках российского гражданского судопроизводства и обращает внимание на отсутствие в ГПК РФ самостоятельного процессуального режима, учитывающего особенности данной категории дел [7]. Автор указывает, что применение общих правил искового производства не в полной мере соответствует характеру усыновительных правоотношений, поскольку не отражает особый субъектный состав и специфику участия несовершеннолетнего, в том числе в ситуациях, когда сам факт усыновления ему неизвестен. В этой связи обосновывается целесообразность отнесения дел об усыновлении к особому производству, регламентированному главой 29 ГПК РФ, что, по мнению автора, позволило бы повысить правовую определенность и прозрачность процедуры. Существенное значение в работе придается также необходимости нормативного уточнения порядка рассмотрения дел об отмене усыновления с учетом принципов особого производства.

Сходная проблематика поднимается в исследованиях И. А. Узгорской и О. И. Грицай, посвященных анализу процессуальных особенностей дел об отмене усыновления [8]. Авторы обращают внимание на недостаточную детализацию действующего регулирования и указывают на необходимость его совершенствования. В частности, предлагается конкретизировать основания отмены усыновления, уточнить круг субъектов, наделенных правом обращения в суд, а также нормативно закрепить обязанность суда обеспечивать соблюдение тайны усыновления на всех стадиях процесса. В качестве направлений законодательных изменений предлагается дополнение ст. 142 СК РФ за счет расширения перечня лиц, имеющих право инициировать дело об отмене усыновления, включая биологических родственников ребенка и представителей образовательных организаций, а также корректировка ст. 275 ГПК РФ путем закрепления положений о процессуальном порядке обращения в суд и его компетенции. Особое внимание в данных работах уделяется необходимости учета поведения и вины усыновителя при решении вопроса о допустимости последующего усыновления им другого ребенка, что подчеркивает ориентированность предлагаемых изменений на защиту интересов несовершеннолетних.

Подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод, что институт усыновления в целом нормативно сформирован и функционально соответствует цели приоритета семейного воспитания, однако его дальнейшее развитие требует не пересмотра базовых конструкций, а точечной корректировки процессуальных и материально-правовых механизмов.