ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ЯТРОГЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СОВРЕМЕННОЙ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ

Квалификация ятрогенных преступлений является одной из наиболее сложных задач в уголовно-правовой практике. Отсутствие специальных норм, устанавливающих ответственность медицинских работников за профессиональные преступления, обусловливает применение к ним общих составов преступлений против жизни и здоровья, что порождает многочисленные проблемы правоприменения [3].

Основная проблема квалификации заключается в разграничении составов преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей) и частью 2 статьи 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности). До недавнего времени судебная практика допускала квалификацию действий медицинских работников по обеим статьям, причём выбор нормы нередко зависел от усмотрения следствия [1].

Принятие Федерального закона от 28.12.2024 № 514-ФЗ [8], исключившего применение статьи 238 УК РФ к медицинским работникам, частично разрешило данную проблему. Вместе с тем сохраняются иные сложности квалификации, требующие научного осмысления.

Первой проблемой является разграничение причинения смерти по неосторожности (часть 2 статьи 109 УК РФ) и неоказания помощи больному (статья 124 УК РФ). Критерием разграничения служит характер деяния: статья 109 УК РФ предполагает активные действия (ненадлежащее лечение), тогда как статья 124 УК РФ — бездействие (неоказание помощи) [7]. Однако в медицинской практике нередко встречаются случаи так называемого «смешанного бездействия», когда врач оказывает помощь, но не в полном объёме.

Представляется, что при квалификации таких случаев следует исходить из характера основного нарушения. Если врач правильно диагностировал заболевание, но не предпринял необходимых мер для его лечения (не госпитализировал пациента, не назначил операцию), содеянное должно квалифицироваться по статье 124 УК РФ. Если же врач допустил ошибку в диагностике или лечении, применению подлежит часть 2 статьи 109 УК РФ.

Второй проблемой является установление причинно-следственной связи между действиями медицинского работника и наступившими последствиями. В отличие от иных преступлений против жизни и здоровья, при ятрогенных преступлениях причинно-следственная связь носит опосредованный характер [6]. Непосредственной причиной смерти пациента является заболевание, а действия врача лишь способствуют наступлению летального исхода.

Судебно-медицинская экспертиза устанавливает наличие дефектов оказания медицинской помощи и их влияние на исход заболевания. При этом эксперты оперируют понятиями «прямая причинно-следственная связь» и «косвенная (опосредованная) причинно-следственная связь». Прямая связь констатируется, когда дефект медицинской помощи непосредственно привёл к смерти пациента (например, повреждение артерии при хирургическом вмешательстве). Косвенная связь имеет место, когда дефект способствовал прогрессированию заболевания [9].

Полагаем, что для привлечения медицинского работника к уголовной ответственности достаточно установления прямой причинно-следственной связи. Косвенная связь может свидетельствовать о наличии дефекта медицинской помощи, но не всегда влечёт уголовную ответственность, поскольку летальный исход мог наступить и при надлежащем лечении вследствие тяжести заболевания. Данный подход соответствует принципу презумпции невиновности и требованию о толковании сомнений в пользу обвиняемого.

Третьей проблемой является квалификация групповых ятрогенных преступлений. В современной медицине лечение пациента осуществляется коллективом специалистов, что затрудняет определение ответственности каждого из них. Судебная практика знает примеры привлечения к ответственности как отдельных врачей, так и нескольких членов медицинского коллектива [11].

Институт соучастия при квалификации ятрогенных преступлений применяется ограниченно, поскольку данные преступления совершаются по неосторожности. Вместе с тем возможно привлечение нескольких лиц к ответственности как самостоятельных исполнителей, если каждый из них допустил дефект медицинской помощи, способствовавший наступлению общественно опасных последствий [5].

Четвёртой проблемой является оценка качества судебно-медицинских экспертиз. Заключение эксперта является ключевым доказательством по делам данной категории, однако нередко экспертизы содержат противоречивые или неполные выводы [2]. Это обусловливает необходимость назначения повторных и комиссионных экспертиз, что значительно увеличивает сроки расследования [2].

Можно прийти к выводу, что проблема качества экспертиз обусловлена несколькими факторами: недостаточной квалификацией экспертов в специальных областях медицины, корпоративной солидарностью медицинского сообщества, отсутствием единых методических рекомендаций по проведению экспертиз качества медицинской помощи. Представляется целесообразным создание независимых экспертных учреждений, специализирующихся на проведении судебно-медицинских экспертиз по делам о ятрогенных преступлениях.

Особого внимания заслуживает проблема разграничения врачебной ошибки и уголовно наказуемого деяния. Врачебная ошибка как добросовестное заблуждение врача, не связанное с небрежностью или халатностью, не влечёт уголовной ответственности [4]. Однако критерии разграничения добросовестной ошибки и виновного деяния законодательно не закреплены, что создаёт правовую неопределённость [10].

Таким образом, квалификация ятрогенных преступлений сопряжена с рядом существенных проблем: разграничением смежных составов преступлений, установлением причинно-следственной связи, определением круга ответственных лиц, оценкой качества экспертных заключений. Законодательные изменения 2024 года лишь частично разрешили имеющиеся противоречия.

Представляется необходимым дальнейшее совершенствование уголовного законодательства в части установления специальных норм об ответственности медицинских работников. Целесообразно законодательное закрепление понятия врачебной ошибки и критериев её разграничения с уголовно наказуемым деянием. Также необходима разработка единых методических рекомендаций по проведению судебно-медицинских экспертиз качества медицинской помощи, что позволит повысить объективность и обоснованность экспертных заключений.