ГДЕ СЛУЖИЛИ КРЫМЧАНЕ В ПЕРИОД ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

По данным исследователя Г.Ф. Кривошеева, численность российской армии перед Первой мировой войной составляла около 1,4 миллиона человек. После объявления мобилизации в армию призывались не только лица, подлежащие первоочередному призыву, но и отставные офицеры, не достигшие предельного возраста, чины запаса и ратники ополчения. Кроме того, в ополчение зачислялись офицеры, достигшие предельного возраста, но годные к службе и пожелавшие служить добровольно.

В 1914 году российская армия и флот были пополнены более чем на 5 миллионов человек, а всего за время войны было мобилизовано около 14 миллионов человек. В Таврической губернии в 1915 году призыву подлежали около 21 тысячи человек [7].

Крымчане служили в различных частях русской армии, участвуя в боях на всех основных фронтах:

1. Крым приобрел статус прифронтовой территории. На полуострове дислоцировались подразделения 13-й пехотной дивизии, принимавшие участие в различных военных кампаниях русской армии.
2. Юго-Западный фронт (против Австро-Венгрии): основное место службы крымчан. Здесь сражались 49-й Брестский и 50-й Белостокский пехотные полки, Крымский конный полк, а также 13-я артиллерийская бригада.
3. Румынский фронт (против Центральных держав): образовавшийся после вступления Румынии в войну на стороне Антанты в августе 1916 года, стал одним из ключевых театров военных действий в 1916–1917 годах. Крымчане, служившие в составе русской армии, также принимали участие в боях на этом фронте, внося свой вклад в общие усилия союзников.
4. Северо-Западный фронт: в начале войны активное участие в боевых действиях в Восточной Пруссии принял Крымский конный полк.
5. Черноморский флот: моряки из Севастополя и Керчи служили на кораблях Черноморского флота, участвуя в операциях против турецкого флота и защите побережья.

Начнем с обзора крупных сражений на Черноморском флоте. Летом 1914 года на Черном море появились немецкий линейный крейсер «Гебен» и легкий крейсер «Бреслау», что представляло угрозу для Черноморского флота. Целью немецких кораблей было усиление позиций Турции. Немецкие крейсеры обстреляли Севастопольскую батарею, вызвав ответные действия командования Черноморского флота. Русские корабли пытались перехватить противника, используя броненосцы и минные заграждения, но немецкие корабли, благодаря своей скорости, уклонялись от преследования. Командование Черноморским флотом сделало ставку на дальнобойные орудия линкоров типа «Императрица Мария». Так, эсминцы «Пронзительный» и «Пылкий» вывели «Гебен» на «Императрицу Екатерину Великую», но попытка перехвата не увенчалась успехом, и «Гебен» смог уйти в Босфор. «Императрица Екатерина Великая» выпустила 150 снарядов, но не смогла догнать противника из-за разницы в скорости.

В апреле-мае 1916 года линкоры «Императрица Мария» и «Императрица Екатерина Великая» участвовали в прикрытии Трапезундской операции. «Императрица Мария» обеспечивала защиту транспортных судов, а «Императрица Екатерина Великая» патрулировала Босфор на случай появления немецкого крейсера «Гебен». В июле 1916 года «Императрица Мария» вступила в бой с легким крейсером «Бреслау», обстреляв его с расстояния 22 километров, однако прямых попаданий не было, и «Бреслау» получил лишь незначительные повреждения.

Битва Черноморской эскадры с немецкими крейсерами «Гебен» и «Бреслау» в ноябре 1914 года является важным событием в истории Черноморского флота. 15 ноября русская эскадра, включавшая в себя линейные корабли, крейсеры и миноносцы, вышла из Севастополя для действий у берегов Анатолии. Во время похода корабли обстреляли Трапезунд и осмотрели прибрежные воды, не встретив противника. 18 ноября минные заградители установили минные заграждения у турецких коммуникаций. Германско-турецкое командование, оценив угрозу для своих морских перевозок, решило атаковать русский флот, выслав к берегам Крыма «Гебен» и «Бреслау». Задача немецких кораблей состояла в уничтожении русских сил, в случае их разделения, для обеспечения защиты перевозок войск и грузов на Кавказский фронт.

В начале ноября 1914 года Черноморский флот вышел в поход для действий на морских коммуникациях у берегов Анатолии. Русские корабли обстреляли Трапезунд, а минные заградители установили мины у турецкого побережья. Немецкий адмирал Сушон, узнав об этом, решил перехватить противника на обратном пути и атаковать его по частям. 4 ноября «Гебен» и «Бреслау» вышли из Босфора к берегам Крыма. В тот же день командующий русским флотом Эбергард получил уведомление о нахождении «Гебена» в море. Из-за нехватки угля он не мог предпринять поиски, но приказал усилить бдительность.

18 ноября 1914 года германо-турецкие и русские корабли оказались у берегов Крыма (рисунок 1) [5, c. 132]. Немецкие корабли искали русские, зная об их возвращении в Севастополь. Ночью эскадра шла в тумане, а с рассветом, 18 ноября, примерно в 45 милях от мыса Херсонес, крейсер «Алмаз» обнаружил большой дым и сообщил об этом. Отход крейсеров был своевременным, так как они уступали «Гебену» в скорости, а «Алмаз» находился всего в 35 кабельтовых от него.

Рисунок 1 .Сарыч, бой у мыса 1914

Бой свелся к поединку «Гебена» и «Евстафия» около мыса Сарыч. Бой у мыса Сарыч длился всего 14 минут на дистанции 40-34 кабельтовых. За это время «Гебен» получил 14 попаданий, из них три - 305-мм снарядами. Потери среди команды составили 115 человек. Линкор «Евстафий» получил четыре попадания 280-мм снарядами, потеряв 58 человек. Русская эскадра предприняла попытку преследования, но отказалась от нее из-за меньшей скорости.

Командующий российским черноморским флотом А.А. Эбергард сумел организовать активное сопротивление противнику. Бой не привел к изменению соотношения сил. Немецкое командование не смогло уничтожить русскую эскадру, так как русские корабли избегали раздельного плавания. Бой показал, что «Гебену» опасно даже кратковременное столкновение с русскими линкорами, а русское командование осознало, что разделение сил флота опасно из-за «Гебена» [6].

26 декабря «Гёбен» подорвался на минном поле у Босфора, установленном русскими кораблями, и вышел в море только в апреле 1915 года. Вскоре, 27 апреля (10 мая) 1915 года, корабль получил новые повреждения в морском бою у Босфора, получив три попадания и не добившись ни одного ответного.

Трагедия произошла 20 октября 1916 года, когда на линкоре «Императрица Мария», находившемся в порту, произошел пожар в пороховом погребе. После серии мощных взрывов, корабль получил критические повреждения корпуса и затонул, перевернувшись вверх дном. Причиной катастрофы считаются конструктивные недостатки в системах пожаротушения и охлаждения масла, что и привело к возгоранию [2, c. 94].

С 1914 по 1917 год Черноморский флот оказывал значительную поддержку сухопутным войскам на Кавказском фронте, обеспечивая поставки, высадку десантов и другие операции. Активная минная деятельность А.В. Колчака, по мнению ряда исследователей, привела к установлению господства Черноморского флота в регионе до лета 1917 года, полностью исключив появление вражеских судов. Другие исследователи считают, что Колчак лишь продолжил политику своего предшественника, увеличив интенсивность минных постановок.

За три года войны потери Черноморского флота были сравнительно небольшими: один линкор (по причине внутреннего взрыва), один минный заградитель, одна подводная лодка, одна канонерская лодка и одно госпитальное судно. Общие потери личного состава составили 1376 моряков.

С началом Первой мировой войны Крымский конный полк, сформированный преимущественно из крымских татар, стал одним из самых боеспособных и отважных подразделений русской армии. Уже в первые месяцы войны полк проявил себя в боях на Северо-Западном фронте, где участвовал в сражениях в Восточной Пруссии. В декабре 1914 года крымские кавалеристы были переведены в состав 4-й кавалерийской бригады, которая действовала на этом направлении [4].

Одним из тех, кто оставил подробные воспоминания о Крымском конном полке, был князь Н. В. Кудашев, эмигрировавший после Гражданской войны в США. В своих записках он описывает эпизод, произошедший в декабре 1914 года, когда 4-я кавалерийская бригада перешла в район Хмелен-Бельки. 6 декабря дивизион полка, состоявший из 4-го и 6-го эскадронов, выступил для разведки на фронте Сольдау-Нейденбург. Во время выполнения задания 4-й эскадрон под командованием ротмистра Ильина обнаружил два немецких эскадрона, стоявших в лощине. Несмотря на численное превосходство противника, Ильин решил атаковать. Первый бой Крымского конного полка в Восточной Пруссии стал настоящим испытанием для его бойцов. В атаке на немецкую кавалерию крымцы продемонстрировали не только храбрость, но и высокий уровень подготовки. С криками «Ура» и «Алла» они бросились в атаку галопом, в сомкнутом конном строю. Немцы, увидев эту картину, не решились вступить в сабельный бой и обратились в бегство. Этот эпизод стал первым из многих успехов полка на Северо-Западном фронте.

4 августа 1914 года Крымский конный полк под командованием полковника Дробязгина был отправлен по железной дороге в поход пятью эшелонами. Эшелоны с крымскотатарскими воинами были направлены к румынской границе. 6 августа полк выгрузился на станции Рыбница на Днестре, где находился до 21 августа, после чего перешёл в город Бельцы. Здесь полк разместился в казармах 8-го уланского Вознесенского полка, откуда продолжил свой боевой путь.

15 июня 1915 года Крымский конный полк принял участие в наступлении у деревни Волчковице. Пехотные части 41-го армейского корпуса прорвали фронт противника, и в прорыв был брошен Крымский полк для преследования отступающего врага. В районе города Заблотув полк развернулся и атаковал австрийские части. Вид атакующей русской конницы вызвал панику среди австрийцев, что привело к их беспорядочному бегству. Этот успех стал ещё одним свидетельством боевого духа и мастерства крымских кавалеристов.

25 июля 1915 года у деревни Кутыска 6-й эскадрон Крымского конного полка провёл успешную встречную атаку против немецкой пехоты. В ходе боя эскадрон не только остановил наступление противника, но и захватил 150 пленных. Этот эпизод стал ярким примером того, как крымские кавалеристы умело использовали свои навыки в бою, нанося противнику значительный урон.

Среди бойцов Крымского конного полка был и будущий лидер крымскотатарского народа - Номан Челебиджихан. Его участие в войне стало важной страницей в истории крымских татар. Многие воины полка, такие как Сарана Абла Мустафа, оставили о себе память как о храбрых и умелых бойцах. Сарана, служивший младшим унтер-офицером, участвовал в штурме одного из городов Восточной Пруссии. Его воспоминания о боях, где он описывал, как саблей можно было разрубить врага до пояса или отрубить голову, передавались из поколения в поколение.

Крымский конный полк стал одним из самых ярких подразделений русской армии в Первой мировой войне. Его бойцы, преимущественно крымские татары, проявили не только храбрость, но и высокий уровень боевой подготовки. Участие полка в боях на Северо-Западном фронте, а затем и на Румынском, оставило значительный след в истории войны.

Галицийская битва (август-сентябрь 1914 года) стала одним из крупнейших сражений Первой мировой войны, в котором русские войска одержали значительную победу над австро-венгерской армией. Крымчане, служившие в составе 13-й пехотной дивизии и Крымского конного полка, приняли активное участие в этом сражении, проявив мужество и стойкость (рисунок 2) [3, c. 22-24].

Рисунок 2. Схема боёв VII корпуса

5 августа 1914 года войска Юго-Западного фронта перешли в наступление. 13-я пехотная дивизия в составе VII корпуса двинулась в направлении Львова. За восемь дней войска преодолели 130–150 км, почти не встречая серьёзного сопротивления. 23 августа авангарды дивизии заняли Тернополь, выбив австрийские части.

16 августа началось ожесточённое сражение на реке Гнилая Липа. 13-я дивизия столкнулась с упорным сопротивлением австрийских войск. В критический момент командир 34-й дивизии генерал Н.М. Баташев лично возглавил атаку, получив ранение, но оставаясь в строю. Его действия вдохновили солдат, и дивизия смогла прорвать оборону противника, захватив пленных и пулемёты.

26 августа австрийцы перешли в контрнаступление, пытаясь вернуть Львов. Основной удар пришёлся на VII корпус, где сражалась 13-я дивизия. Несмотря на превосходство противника, крымчане удержали позиции. Генерал Экк, командир корпуса, скрыл приказ об отступлении, что позволило сохранить боеспособность частей. К 30 августа австрийцы были отброшены, а Львов остался в руках русских войск.

Участие крымчан в Галицийской битве стало важной страницей в истории Крыма. 13-я пехотная дивизия и Крымский конный полк доказали свою боеспособность и внесли значительный вклад в победу русской армии. Их действия подчеркнули роль Крыма как стратегического региона, поставлявшего обученные и мотивированные кадры для защиты империи.

Крымчане, служившие в составе русской армии, внесли значительный вклад в успех одной из самых масштабных операций Первой мировой войны – Луцкого (Брусиловского) прорыва (май-сентябрь 1916 года). Особую роль в этих событиях сыграли крымские кавалерийские части, в частности Крымский конный полк, который действовал в составе 9-й армии Юго-Западного фронта.

К маю 1916 года 9-я русская армия, штаб которой находился в Каменец-Подольске, занимала позиции на фронте протяжённостью около 90 км – от Латач на Днестре до Бойян на Пруте. Основной ударной силой армии был 11-й армейский корпус под командованием генерала М.А. Баранцева. Для усиления конницы в состав корпуса были включены Текинский конный полк и Крымский конный полк, который действовал по-дивизионно в составе 33-го и 12-го корпусов.

Крымский конный полк, наряду с Текинским, считался одной из наиболее боеспособных частей русской кавалерии. Как отмечал военный историк полковник Базаревский, «лучше других были Текинский и Крымский конные полки». Эти части отличались высокой мобильностью, дисциплиной и боевым духом, что делало их незаменимыми в условиях маневренной войны.

22 мая 1916 года русские войска перешли в наступление. Уже 25 мая был взят город Луцк, что стало первым крупным успехом операции. Главный удар 9-й армии был направлен на деревню Доброноуц, где 28 мая произошло крупное сражение. В ходе боя русские войска разгромили австро-венгерскую армию генерала Пфланцера-Балтина. Крымский конный полк, действуя на флангах, обеспечивал поддержку пехотных частей и участвовал в преследовании отступающего противника.

Одним из ключевых эпизодов участия крымчан в Брусиловском прорыве стал бой у деревни Юркоуц 10 июня 1916 года. В этот день 11-я пехотная дивизия генерала Бачинского, при поддержке Текинского конного полка, взяла высоту 272, но столкнулась с контратакой австро-венгерских войск. В критический момент, когда пехота начала отступать под натиском противника, Текинский конный полк (в котором также служили крымчане) был брошен в бой.

Джигиты полка, насчитывавшие 360 всадников, атаковали австрийские цепи в конном строю. Их внезапный удар вызвал панику в рядах противника. В результате атаки было захвачено 1500 пленных и сорвана контратака австрийцев. Однако успех дался дорогой ценой: полк потерял 18% личного состава и 59% лошадей. Среди погибших был любимец джигитов, штабс-ротмистр А.В. Мединский, а командир полка Зыков получил тяжёлое ранение.

Крымский конный полк, действуя в составе 9-й армии, выполнял задачи по разведке, преследованию отступающего противника и поддержке пехотных частей. Его действия, как и действия Текинского полка, высоко оценивались командованием. Несмотря на ограниченную численность, крымские кавалеристы демонстрировали высокий уровень боевой подготовки и морального духа [1].

Одним из ключевых последствий Брусиловского прорыва стало вступление Румынии в войну на стороне Антанты. Это событие, произошедшее вскоре после завершения сражения при Заложице, имело далеко идущие последствия для восточного театра Первой мировой войны. Однако наступление румынской армии в Трансильвании было быстро остановлено германскими и австро-венгерскими войсками, которые нанесли румынам ряд серьёзных поражений. Русское командование, недооценив масштабы катастрофы, первоначально ограничилось отправкой одного корпуса под командованием генерала А. М. Зайончковского для поддержки румынских союзников. Однако к концу осени 1916 года ситуация стала критической: Румыния потеряла две трети своей территории, включая столицу Бухарест [3, c. 31].

В этих условиях русское командование приняло решение о масштабной поддержке румынской армии. 17 ноября 1916 года по приказу императора Николая II была сформирована 4-я армия под командованием генерала А. Ф. Рагозы. В её состав вошли VII, XXX, ХХIХ армейские корпуса и три кавалерийских корпуса. 24 ноября был создан Южный фронт, в который вошли русские 4-я, Дунайская и румынская армии, а позже к ним присоединилась 6-я русская армия. Этот фронт, вскоре переименованный в Румынский, находился под формальным командованием румынского короля, однако реальное руководство осуществлял генерал В. В. Сахаров.

К декабрю 1916 года на Румынском фронте сосредоточилось до четверти всех русских военных сил, что значительно ослабило другие участки восточного фронта. Русские корпуса, переброшенные с различных направлений, заняли свои позиции к концу года. В частности, 4-я армия, состоявшая из VII, VIII и ХХХ армейских корпусов, а также трёх кавалерийских дивизий, заняла центральный участок фронта от Балегеанул до Фурул-Маре. Южнее, вплоть до Чёрного моря, располагалась 6-я армия.

VII армейский корпус под командованием генерала А. В. Сычевского играл ключевую роль в обороне румынского фронта. На 22 декабря 1916 года корпус состоял из 13-й, 34-й и 122-й пехотных дивизий, а также артиллерийских и кавалерийских подразделений. Корпус занимал позиции вблизи реки Серет, где вскоре развернулись ожесточённые бои.

Командование Центральных держав рассматривало Румынию как «слабое звено» Антанты и планировало сокрушить её, чтобы прорвать весь Восточный фронт. На румынском направлении были сосредоточены отборные войска и значительное количество артиллерии под командованием немецкого генерала Августа фон Макензена. В декабре 1916 года немцы начали мощное наступление, которое привело к тяжёлым боям, известным как Рождественская битва (Weihnachtschlacht). VII корпус, несмотря на огромные потери, стойко держал оборону, отражая атаки противника.

Февральская революция 1917 года в России привела к серьёзной дестабилизации на Румынском фронте. Отречение Николая II и издание Приказа № 1 Временным правительством подорвали дисциплину в армии. На фронте начали создаваться солдатские комитеты, которые часто находились под влиянием антивоенных настроений. В мае 1917 года был образован Румчерод - Центральный комитет советов Румынского фронта, Черноморского флота и Одесского округа, решения которого стали обязательными для исполнения.

Несмотря на прогрессирующий развал армии, Временное правительство планировало «революционное наступление» в июне 1917 года. Однако наступление закончилось провалом, и русские войска начали отступать. На Румынском фронте ситуация была несколько лучше: русские и румынские войска смогли достичь локального успеха в ходе наступления под Марашешти в июле 1917 года. Однако из-за неудач на других фронтах наступление было остановлено.

В августе 1917 года немцы начали мощное контрнаступление, известное как битва при Марашешти. Это сражение стало одним из последних крупных боёв на Румынском фронте. VII армейский корпус, несмотря на огромные потери, продолжал сражаться с противником. Румынские войска, переформированные и обученные под руководством французских инструкторов, также проявили стойкость. В результате ожесточённых боёв немцам не удалось достичь своих стратегических целей, и фронт стабилизировался.

К концу 1917 года Румынский фронт находился в состоянии полного развала. После Октябрьской революции и подписания Брестского мира в марте 1918 года русские войска начали покидать фронт. 12 марта 1918 года генерал Щербачёв издал приказ о демобилизации фронта. Русская армия, включая части VII армейского корпуса, официально прекратила своё существование.

VII армейский корпус, в состав которого входили 13-я и 34-я пехотные дивизии, прошёл через множество тяжёлых боёв, от Гнилой Липы до Марашешти. Несмотря на революционный развал и огромные потери, части корпуса проявили стойкость и героизм. Многие офицеры корпуса продолжили свою службу в Белом движении, Красной армии или в армиях других государств, таких как Украина и Польша. История VII корпуса стала яркой страницей в летописи Первой мировой войны, а его бойцы оставили неизгладимый след в истории России и её союзников.