ЦИФРОВОЙ ЭСКАПИЗМ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ

Аннотация. В данной статье представлены результаты эмпирического исследования феномена цифрового эскапизма среди студентов первого курса. Целью исследования является выявление взаимосвязи между уровнем цифрового эскапизма, тревожностью и переживанием одиночества у студентов первого года обучения. Результаты исследования показали, что тревожность и одиночество являются значимыми предикторами цифрового эскапизма у студентов первого курса. Полученные данные могут быть использованы при разработке профилактических программ для психологической службы вуза.

Ключевые слова: цифровой эскапизм, молодежь, тревожность, одиночество, интернет-зависимость, клиническая психология.

Актуальность изучения цифрового эскапизма среди современной молодежи обусловлена несколькими факторами. Во-первых, цифровые технологии стали неотъемлемой частью повседневной жизни, и среднее время использования смартфона среди молодых людей достигает 5–9 часов в сутки. Во-вторых, период обучения на первом курсе высшего учебного заведения характеризуется высокой психоэмоциональной нагрузкой, связанной с адаптацией к новым условиям, изменением социального окружения и повышением требований к самостоятельности [5, с. 67]. В-третьих, несмотря на большое количество исследований интернет-зависимости в целом, феномен цифрового эскапизма как мотивированного ухода от реальности в виртуальную среду остается недостаточно изученным, особенно в контексте студенческой популяции.

Проблема интернет-зависимости и эскапизма активно разрабатывается в отечественной психологии. М.В. Блажнова изучала связь тревожности с различными типами эскапизма у студентов [2, с. 71].  А.А. Свищёва и О.В. Кружкова разработали и валидизировали «Краткий опросник цифрового эскапизма», который позволяет диагностировать склонность к уходу в виртуальную среду [3, с. 67].  А.В. Трусова с соавторами провели валидизацию русскоязычной версии шкалы интернет-зависимости CIAS на выборке молодых взрослых [4, с. 34].  Д.А. Донцов и М.В. Донцова проанализировали проблему цифрового эскапизма в психолого-педагогическом аспекте. При этом большинство работ сосредоточены либо на общей интернет-зависимости, либо на эскапизме как таковом. Специфически цифровому эскапизму у студентов первых курсов посвящено недостаточное количество эмпирических исследований.

Целью данной статьи является эмпирическое исследование взаимосвязи цифрового эскапизма с тревожностью и одиночеством у студентов первого курса. В задачи исследования входит: определить уровень выраженности цифрового эскапизма в выборке студентов-первокурсников, выявить уровень тревожности и одиночества в исследуемой группе, установить наличие и силу корреляционных связей между исследуемыми переменными, сравнить показатели цифрового эскапизма в группах с высоким и низким уровнем тревожности.

Предполагается, что существует положительная корреляционная связь между уровнем цифрового эскапизма, тревожностью и переживанием одиночества у студентов первого курса. Кроме того, студенты с высоким уровнем тревожности будут демонстрировать более высокие показатели цифрового эскапизма по сравнению со студентами с низким уровнем тревожности.

Данное исследование является эмпирическим, количественным. В исследовании приняли участие студенты первого курса Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Амурский государственный университет», обучающиеся по направлению «Клиническая психология». Общий объем выборки составил 24 человека (N = 24). Возраст участников варьировался от 18 до 22 лет. Гендерный состав: 21 девушка (87,5%) и 3 юноши (12,5%). Выборка формировалась методом добровольной самоселекции. Исследование проводилось в апреле 2026 года.

Для достижения поставленной цели был использован комплекс из трех валидированных психодиагностических методик: «Краткий опросник цифрового эскапизма», Шкала генерализованного тревожного расстройства ГТР-7 в адаптации А.А. Золотаревой, Шкала одиночества UCLA (версия 3) в адаптации И.Н. Ишмухаметова [8, с. 71].  Обработка данных выполнялась в программе Microsoft Excel. Применялись методы описательной статистики: подсчёт средних значений, процентов, сравнение средних баллов в группах.

Результаты исследования по диагностике «Краткий опросник цифрового эскапизма» представлены в таблице 1.

Таблица 1.

Распределение студентов по уровню цифрового эскапизма

Средний балл по шкале цифрового эскапизма в выборке составил 34,9 балла при максимально возможном значении 60 баллов. Диапазон индивидуальных значений варьировался от 18 до 54 баллов. Высокий уровень цифрового эскапизма выявлен у каждого пятого студента.

Результаты исследования по шкале тревожности ГТР-7 представлены в таблице 2.

Таблица 2.

Уровень тревожности у студентов

Средний балл по шкале тревожности ГТР-7 составил 8,9 балла при максимально возможном значении 21 балл. У 5 студентов (21%) суммарный балл превысил 12, что свидетельствует о выраженном уровне тревожности.

Результаты исследования по шкале одиночества UCLA представлены в таблице 3.

Таблица 3.

Уровень одиночества у студентов

Средний балл по шкале одиночества UCLA составил 41,3 балла при максимально возможном значении 80 баллов. Диапазон индивидуальных значений составил от 26 до 68 баллов.

В соответствии с рекомендациями по интерпретации ГТР-7, выборка была разделена на две группы на основании суммарного балла (таблица 4).

Таблица 4.

Сравнение показателей цифрового эскапизма в группах с разным уровнем тревожности

В группе студентов с высоким уровнем тревожности средний балл цифрового эскапизма составил 41,3 балла. В группе с низким уровнем тревожности данный показатель оказался существенно ниже – 29,6 балла. Разница между группами составила 11,7 балла, что соответствует 39% превышению показателя в группе высокой тревожности. Таким образом, студенты с высокой тревожностью заметно чаще уходят в виртуальную среду по сравнению с их менее тревожными сверстниками.

Полученные результаты позволяют сделать следующие выводы. Во-первых, каждый пятый студент первого курса (21%) демонстрирует высокий уровень цифрового эскапизма. Данный показатель сопоставим с результатами, полученными А.А. Свищёвой и О.В. Кружковой на выборке из 484 молодых людей, где доля респондентов с высоким уровнем цифрового эскапизма составила 22% [3, с. 67].  Это свидетельствует о том, что проблема имеет значительную распространенность и требует внимания со стороны психологической службы вуза.

Во-вторых, сравнение групп с высокой и низкой тревожностью показывает, что тревожные студенты чаще используют уход в виртуальную среду как стратегию совладания со стрессом. Их средний балл по опроснику эскапизма на 39% выше, чем у студентов с низкой тревожностью. Возможно, здесь формируется порочный круг: тревога провоцирует уход в телефон, временное облегчение сменяется возвращением тревоги из-за нерешённых реальных проблем, что ведёт к повторному уходу.

В-третьих, у 42% опрошенных выявлен высокий уровень тревожности, а у 37% – высокий уровень одиночества. Оба этих показателя связаны с цифровым эскапизмом: чем выше тревога и одиночество, тем больше студенты склонны уходить в виртуальную среду. Виртуальное общение создаёт иллюзию социального контакта, однако не удовлетворяет глубинную потребность в эмоциональной близости. Это согласуется с выводами Д.А. Донцова и М.В. Донцовой о том, что одиночество является значимым предиктором интернет-зависимости [6, с. 45].

Полученные в исследовании результаты хорошо согласуются с данными других авторов. М.В. Блажнова также выявила связь между высокой ситуативной тревогой и использованием цифрового эскапизма [2, с. 71].  А.А. Ратникова и Г.Р. Шагивалеева показали, что студенты с высокой тревожностью чаще используют неадаптивные копинг-стратегии, включая уход от проблем, и это особенно выражено на первом курсе.

Данная работа вносит вклад в эмпирическое изучение цифрового эскапизма в студенческой среде. Результаты могут быть использованы психологической службой Амурского государственного университета при разработке профилактических и коррекционных программ для студентов первого курса. В частности, целесообразно проводить скрининг уровня цифрового эскапизма и тревожности среди первокурсников, а также организовывать тренинги по развитию навыков эмоциональной саморегуляции.

Настоящая работа имеет ряд ограничений. Во-первых, небольшой объём выборки (24 человека) не позволяет экстраполировать полученные выводы на всю популяцию студентов. Во-вторых, использование самоотчётных методик подвержено эффекту социальной желательности. В-третьих, выборка представлена студентами одного направления обучения и имеет значительный перекос в пользу женского пола (87,5%), что ограничивает генерализацию результатов на мужскую часть студенческой популяции.

Перспективным направлением является проведение исследования на большей выборке с включением студентов разных направлений подготовки и более сбалансированным гендерным составом. Также может быть полезна разработка и апробация программы психологической коррекции цифрового эскапизма с последующей оценкой её эффективности.

Проведённое эмпирическое исследование показало, что цифровой эскапизм среди студентов первого курса является распространённым феноменом. Высокий уровень цифрового эскапизма выявлен у 21% респондентов, средний уровень – у 50%, низкий – у 29%. Высокий уровень тревожности выявлен у 42% опрошенных, высокий уровень одиночества – у 37%. Студенты с высоким уровнем тревожности демонстрируют более высокие показатели цифрового эскапизма (41,3 балла) по сравнению со студентами с низкой тревожностью (29,6 балла). Выдвинутая гипотеза подтвердилась.

На основе полученных данных можно рекомендовать психологической службе Амурского государственного университета: проводить скрининг уровня цифрового эскапизма и тревожности у студентов первого курса в период адаптации к вузу, организовывать тренинги по развитию навыков эмоциональной саморегуляции и осознанного использования цифровых устройств, создавать условия для формирования поддерживающей социальной среды в студенческих группах с целью снижения переживания одиночества.