Статья:

Организационно-правовые основы террора 30х годов

Конференция: III Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум»

Секция: История и археология

Выходные данные
Зубкова У.В. Организационно-правовые основы террора 30х годов // Молодежный научный форум: электр. сб. ст. по мат. III междунар. студ. науч.-практ. конф. № 2(3). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_interdisciplinarity/2(3).pdf (дата обращения: 07.04.2020)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Организационно-правовые основы террора 30х годов

Зубкова Ульяна Владимировна
студент, Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России), РФ, г. Москва
Никитин Павел Владиславович
научный руководитель, канд. юрид. наук, доцент, Всероссийский государственный университет юстиции (РПА Минюста России), РФ, г. Москва

 

Сталинская эпоха оставила кровавый след в истории России. К сожалению, большинство замечает лишь великие победы и открытия того времени, порой забывая о страшном терроре, устроенном советскими властями. Многие в двадцать первом веке предпочитают воспринимать Сталина как сильного лидера, сумевшего поднять промышленность на новый уровень, одержать победу в Великой Отечественной войне. В период его властвования появляется стахановское движение, пятилетки перевыполняются, казалось бы, что еще нужно для ведущей державы? Но давайте взглянем на это с другой стороны. Количество людей, подвергнутых репрессиям, исчисляется миллионами. Народ жил в страхе. Большая часть репрессий противоречила основному закону страны – Конституции 1936 года, хотя она считалась одной из самых либеральных в то время: гражданам предоставлялось всеобщее, равное и прямое право при тайном голосовании, право на труд и отдых, провозглашалась свобода совести, слова, печати, неприкосновенность личности, тайна переписки. По Сталинской Конституции гражданам предоставлялась даже возможность иметь мелкие частные хозяйства (глава 1, ст.9), что было довольно прогрессивным решением советского правительства. Так почему же права граждан так грубо нарушались? Почему людей забирали за неугодные партии взгляды, неосторожные высказывания? Население не мог защитить даже закон.

Страшные времена настали еще до появления Конституции. Произвол 30-х годов двадцатого века был, можно сказать, закреплен и оправдан властями. В это время начинается процесс раскулачивания – ликвидация зажиточных крестьян. Кулаки казались правительству страшной угрозой социализму, что можно назвать их серьезным просчетом. Стоит принять во внимание тот факт, что в условиях классового неравенства царских времен, зажиточным крестьянин мог стать только путем усердной работы.  Следовательно, кулаки – это самые трудоспособные люди деревни, избавление от них наносило серьезный удар по крестьянству. Но партия имела свои взгляды, поэтому  18 января 1930 года издается Директива ОГПУ «О создании при ПП ОГПУ оперативных групп и разработке планов выселения кулаков». Таким образом, начало истреблению зажиточных крестьян было положено. Созданные оперативные группы должны были «немедленно разработать и предоставить» ОГПУ план операций по проведению раскулачивания. Документ также предписывал предварительно разведать обстановку, чтобы заранее имелась возможность предотвращения вспышек среди населения[2, с.93]. Следом за директивой 2 февраля 1930 года был издан Приказ ОГПУ «О ликвидации кулака как класса». По этому документу кулакам «должен быть нанесен сокрушительный удар», а сопротивление кулака «решительно сломлено» [2, с.94]. В итоге оперативными группами за 1930 год были ликвидированы 179 620 человек. Далее удары наносились по любому поводу: находились расхитители и спекулянты общей суммой более 50 тысяч человек по состоянию на 1932 год[2, c. 127], была произведена чистка в ходе паспортизации[2, c. 149], убийство С.М. Кирова также повлекло за собой обнаружение еще большего числа предателей родины[2, c. 224]. Правительство не могло успокоиться и в условиях угрозы надвигающейся мировой войны. В 1937 году начинается большой террор. НКВД (Народный комиссариат внутренних дел) тщательно ищет и находит врагов народа среди мирного населения. В шпионаже также подозреваются германские подданные, находящиеся на территории СССР, поэтому 25 июля 1937 года издается Оперативный приказ НКВД СССР «Об операции по репрессированию германских подданных, подозреваемых в шпионаже против СССР». В этом же году выходит ряд оперативных приказов, по которым репрессиям подлежали бывшие кулаки, жены и дети «изменников Родины», а также, что интересно, латыши. По Шифротелеграмме НКВД СССР «О проведении операции по репрессированию латышей» от 30 ноября 1937 года аресту подлежали: находящиеся на оперативном учете и разрабатываемые; политэмигранты из Латвии, прибывшие в СССР после 1920 года; перебежчики из Латвии; латвийские подданные, за исключением сотрудников дипломатических учреждений; латыши, прибывшие из Латвии в качестве туристов и осевшие в СССР; а также члены различных неугодных правительству СССР кружков и обществ[2, с. 285]. То есть, можно сказать, что под данные категории мог подойти абсолютно любой гражданин Латвии. Это говорит о своеобразном геноциде, который правительство устраивало в страхе перед грядущей войной. Также любопытен Оперативный приказ НКВД СССР «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и др. антисоветских элементов» от 30 июля 1937 года, по которому устанавливалось не просто выявлять врагов народа, но и выполнять определенный план по количеству репрессированных. Таким образом, мы видим, что защита Родины от изменников не была первоначальной задачей НКВД, выполнить план руководства – вот самое важное. По данному документу кулаки, уголовники и прочие подлежали «немедленному аресту и, по рассмотрении их дел на тройках, - расстрелу» [2, с. 270]. Во время войны репрессии не прекращались: правительство будто бы не осознавало, что своими действиями уменьшает и численность армии, и ее любовь к партии. Населению просто внушался страх. Знаменитая поговорка русских солдат о том, что двум смертям не бывать, а одной не миновать, вызывает восхищение ими. И это восхищение действительно оправдано, но только вдумайтесь в их слова. Правительство вместо благодарности за отчаянную борьбу своих солдат угрожало им расстрелами. Не изменилась ситуация и после победы СССР в Великой Отечественной войне: правительство продолжило издавать приказы о продолжении репрессий.

Бытует мнение о минимальной причастности самого Сталина к проводимым репрессиям. Но в опровержение этому мнению стоит вспомнить о Сталинских расстрельных списках. Основу их содержания составляют списки репрессированных, рассмотренные в 1936-1938гг. Всего таких списков насчитывается 383. Всего более 44 тысяч имен. Можно сказать, каждая жертва подписана лично Сталиным – Великим Вождем, Отцом Народов.

Архивы, содержащие информацию о реальном положении вещей в те годы, в большинстве своем засекречены. Двадцатый век остается загадкой для нашего поколения. Мы не можем увидеть полную картину, нам предоставляются лишь выжимки из документов под грифом секретности. Во времена СССР данные пытались стереть, спрятать, исказить. Но все же это не мешает опубликованию воспоминаний тех, кто прошел сталинские лагеря, кто сумел найти в себе силы рассказать об этом. В своих воспоминаниях чудом выжившие и освободившиеся узники делятся  ужасом тех дней, что были проведены в застенках лагерей.

Не стоит забывать также о том, как бесцеремонно обходились с ними при аресте. Людей поднимали среди ночи, в любую погоду, без объяснения причин. Сотрудники НКВД по-хозяйски проходили в дом, вели себя словно все подвластно лишь им. Ошарашенная жертва еще не понимала, что обречена: доказывать свою невиновность не было смысла. В воспоминаниях Дмитрия Сагайдака об аресте наглядно показана наглость и надменность красноармейцев. Они, не разуваясь, проходили в дом, выбирали любое удобное им место, обыскивали каждый уголок: «весь его вид – напыщенность, пренебрежительность к окружающим, самомнение» [4, с. 14]. Дмитрий Сагайдак был осужден на восемнадцать лет за контрреволюционную деятельность. Нет нужды объяснять, что, как и многие другие, был осужден по оговору. В 1955 году Судебная Коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР реабилитировала его «за недоказанностью обвинений».

Освободившийся Петр Белых в своих воспоминаниях говорит о том, что донести о том, что выпало на его долю – это необходимость. Слишком много людей, помимо Сталина, который, «безусловно, знал о всех злодеяниях», принимавших участие в репрессиях, продолжали жить нормальной жизнью и в нормальных условиях. Ответственность эти люди не понесли и в последующие годы после смерти Сталина. Именно такие люди, их наследники и приближенные выступают в защиту сталинского режима, пытаясь его оправдать[1, c. 4].

Сталинская эпоха – это период кровавого террора, которому невозможно найти оправдание. Нельзя прикрывать массовые репрессии успехом страны в развитии промышленности. Зачем существует государство, если не ради народа? Разве не должно благосостояние населения быть его первостепенной и важнейшей задачей? Держать народ в страхе – это худшее, что может сделать правительство. Подобные события не должны повториться, именно поэтому важно не вырывать эту позорную страницу нашей истории, а наоборот более детально ее изучить. Боль и страдания несправедливо обвиненных – не облегчить высокими экономическими показателями, а жизни расстрелянных не вернуть пометкой «реабилитирован» - вот о чем каждый должен помнить. Государство, которое заботится о своем населении и защищает его, не нуждается в гражданско-патриотическом воспитании населения.

 

Список литературы:
1. Белых П.И. Своими глазами. Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 1995. С.60
2. История сталинского ГУЛАГа. Конец 1920-х – первая половина 1950-х годов. Том 1. Массовые репрессии в СССР. М.: РОССПЭН, 2004. С. 728
3. Коэн Стивен. Жизнь после ГУЛАГа. Возвращение сталинских жертв. М.: АИРО –XXI, 2011. С.208 + 40 с. илл.
4. Сагайдак Д.А. Восемнадцать лет. Записки арестанта сталинских тюрем и лагерей. М.: Издатель Воробьев А.В., 2016 . С.608