Статья:

Проблема квалификации в международном частном праве

Конференция: XXXI Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум»

Секция: Юриспруденция

Выходные данные
Кяров А.З., Мышенкова А.Е. Проблема квалификации в международном частном праве // Молодежный научный форум: электр. сб. ст. по мат. XXXI междунар. студ. науч.-практ. конф. № 1(31). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_interdisciplinarity/1(31).pdf (дата обращения: 12.05.2021)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Проблема квалификации в международном частном праве

Кяров Ахмед Заурович
студент, Саратовская Государственная Юридическая Академия, Институт прокуратуры, РФ, г. Саратов
Мышенкова Алина Евгеньевна
студент, Саратовская Государственная Юридическая Академия, Институт прокуратуры, РФ, г. Саратов

 

Вопрос коллизионных нормы часто приводит к необходимости прибегнуть к иностранным законам. Применение иностранных законов порождает ряд вопросов по его толкованию или квалификации, а в зависимости от последнего может видоизмениться как факт «наказания» в принципе, так и мера.

В качестве теоретического феномена проблематику квалификации было сформулировано в конце девятнадцатого века. Первоеместо в формулировании данной проблемы разделили два представителя: немецкая доктрина - Франц Канн и французская - ЭтьенБартен.

Нужно различать толкования, осуществляемые во время определения подлежащих применению прав (осуществление первичной квалификации), и растолкованиес применением иностранного законодательства (осуществление вторичного толкования).

В доктрине «международное частное право»касаемо вопросапо определению подлежащих к применению прав и их толкований отмечают, что один и тот же термин неодинаково понимается в разных теоретико-правовых системах. К примеру, общеизвестная исковая давность согласно позиции права Великобритании является институтом в процессуальном праве, в праве ряда европейских странявляется это институтом материального права; терминология «места совершения сделки» в доктрине англо-американского прававоспринимается так, что сделки считаются совершенными в момент времени и в месте отправления акцепта (согласия), а соответственно со статьей 433 ГК РФ – несколько иначе, «в моменткогда акцепт получен оферентом».Подобным образом понятие домициля,  понятие движимого и недвижимого имущества, правоспособности, дееспособности и т.д. имеют неоднозначное содержание в правовых системах разных государств [1].

Судьи, применяя иностранное законодательство, оказываются перед дилеммой, право какойстранынеобходимоприменить с целью выяснитьсодержание используемого в этом законе понятия. В разрезе доктриныоб этой темевпервые заговорили примерно в конце девятнадцатого века (работы Кана Ф., Бартэна Е.). Сначала как господствующаявыступала теория, соответственно которой правовое понятиенужно квалифицировать согласно с правом суда (другими словами французские суды, применяя австрийские законы, будет руководствоваться понятием«домициль», правоспособность, дееспособность и иными, которые приняты в доктрине французского права). Такая позиция была жестко раскритикована основываясь на том, что по факту нарушала иностранные законы, так какпроисходилатрактовка его понятий на основаниинесколько чуждой системы права [9,c.84].

Рабелем Э. в 1931 году была выдвинута теория автономности- сравнительно-правовая квалификация.Её смысл заключен в том, что квалификациюнужно проводить на основании того общего, которое имеется в обеих системах права «участвующих»государств. Естественно, подобная квалификация практически не осуществима в человеческихреалиях, поскольку судьи должны будут обобщить понятие, существующее в государстве своих судов и иностранных государств, что выполнитьочень сложно.

В будущем, третью теорию развил Вольф М. и дал ей название «legiscausae». Смысл данной теории состоит в том, что подлежащие применению иностранные материальные нормы должнытрактоваться таким образом, как это предписывается ее правовой системой. Другими словами -истолковываться итальянская правовая норма должнасогласно с итальянским правом, венгерская – с венгерским и так далее.Даннаяпозицияполучила самое большое распространение и даже была законодательно закреплена.

Статьей 1187 ГК РФ предусматривается, что во время определения прав, подлежащих к применению, истолкование юридического понятия осуществляют соответственно с российской правовойсистемой, если другое не предусматривается в законе [1].

Когда во время определения прав, подлежащих применению, юридическое понятие, требующее квалификации, не известно в российском праве или известно в иной словесной форме обозначенияили с иным содержанием и не может быть определено через толкование соответственно российскому праву, то во времяего квалификации можно применять иностранную норму права.

Статья 1187 ГК РФ закрепляет обобщенное правило - толкования юридических понятий осуществляются согласно с правомсамого суда. Исключением из данного правила могут быть случаи, содержащиеся в части второй этой статьи, где предусматривается толкование за иностранным правом юридического понятия, которое не известно в российском праве или известновдругомобозначении или с иным содержанием [1].

Таково же содержание ст. 1094 ГК Республики Беларусь 1998 г., ст. 1168 ГК Кыргызской Республики, § 3. Указа 1979 г. № 13 о международном частном праве Венгрии и др. [7,c.103-105].

Во время применения иностранного законодательства также необходимо установить содержание его нормы (провести вторичную квалификацию).

Российское законодательство этому вопросу посвятило положения статьи 1191 ГК РФ [1].Во время применения иностранного законодательства суды устанавливают содержание соответствующих норм соответственно с их официальнымтрактованием, практикой по применению и доктриной в соответственнойстране [4,c.67].

С цельювыяснения содержания нормы в иностранном праве суды могут обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в Министерство юстиции Российской Федерации или иной компетентный орган или организацию в Российской Федерации и зарубежье или привлечь эксперта.

Лицо, участвующее в деле, может представлять документацию, которая подтверждает содержание нормы в иностранном праве, на которую происходит отсылка как обоснование определенного требования или возражения, и иным путем содействовать судебному органу в вопросе установления содержания этой нормы.

По требованиям, связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, бремя доказывания содержания норм иностранного права может быть возложено судом на стороны.

Если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые в соответствии с указанной выше статьей меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право».

В ст. 10 Закона о применении права к гражданским отношениям с иностранным участием в Китайской  Народной Республики 2010 г. предусмотрено, что «Если  содержание иностранных законов не может быть установлено или в праве этой страны отсутствуют соответствующие положения, то подлежит применению право Китайской Народной Республики».

В Мексике ГК 1928 г. в ст. 14 устанавливает правило, что иностранное право применяется так, как его применил бы соответствующий иностранный судья, для чего мексиканский судья «может обратиться к необходимой информации в отношении текста, действия, смысла и юридических границ упомянутого права» [4,c.128].

Из приведенных примеров видно, что для установления содержания применимого иностранного права судья может использовать различные средства, начиная от обращения к компетентным органам своей страны и до получения экспертных заключений. При этом важно подчеркнуть, что установление содержания иностранного закона осуществляется в соответствии с толкованием в соответствующем иностранном государстве.

 

Список литературы:
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (N 51-ФЗ 30 ноября 1994 года) / [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5142/
2. Актуальные проблемы гражданского права. - М.: Юнити-Дана, 2015. - 432 c
3. Алешина, А. В. Международное частное право / А.В. Алешина, В.А. Косовская. - М.: Феникс, 2017. - 320 c.
4. Богуславский, М. М. Международное частное право / М.М. Богуславский. - М.: ЮРИСТЪ, 2017. - 408 c.
5. Гриднева О.В. Правовая природа обязательного страхования/ Актуальные проблемы российского законодательства. Москва. 2016. № 13. С. 59-64.
6. Иванова Е. В. Гражданское право России / Е.В. Иванова. - М.: Книжный мир, 2017. - 816 c.
7. Международное частное право. - М.: Юрайт, 2016. - 496 c.
8. Международное частное право / Л.П. Ануфриева и др. - М.: ТК Велби, Проспект, 2016. - 688 c.
9. Суханов Е.А. Гражданское право / Е.А. Суханов. - М.: БЕК, 2016. - 384 c.
10. Федосеева, Г. Международное частное право / Г. Федосеева. - М.: Профобразование, 2015. - 320 c.