ОСОБЕННОСТИ ОСМОТРА МЕСТА ПРОИСШЕСТВИЯ ПО ДЕЛАМ О ФАЛЬШИВОМОНЕТНИЧЕСТВЕ

Фальшивомонетничество является преступлением, посягающим на денежно-кредитную систему государства. В современных условиях особую значимость приобретает осмотр места происшествия, от качества которого во многом зависит успех расследования. Настоящая статья посвящена анализу особенностей осмотра места происшествия по делам о фальшивомонетничестве, которое определяется как изготовление или хранение с целью сбыта либо сбыт поддельных банкнот или монет, государственных или иных ценных бумаг в официальной денежной единице Республики Беларусь, денежных знаков или ценных бумаг в иностранной валюте (ч. 1 ст. 221 Уголовного кодекса Республики Беларусь [1]; п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 25 сентября 1997 г. № 10 «О судебной практике по делам об изготовлении, хранении либо сбыте поддельных денег или ценных бумаг» [2]).

По делам о фальшивомонетничестве осмотр места происшествия отличается рядом особенностей. Осмотру подлежат места как изготовления, так и сбыта фальшивок (или попытки их сбыта), причем каждое из них редко ограничивается одним адресом. Изготовление поддельных денег может быть начато в производственных условиях – на заводе, в типографии, где делаются матрицы, клише, пробные образцы, а продолжено в более безопасных местах – в доме, сарае, гараже, квартире. Места сбыта еще более разнообразны: магазины, рынки, бары, рестораны, обменные пункты валюты и т. д. Место изготовления фальшивок к моменту его осмотра, как правило, имеет не ту обстановку, которая была во время работы фальшивомонетчиков. Приспособления, инструменты, материалы, используемые для подделки денег, тщательно прячутся, следы преступления уничтожаются или маскируются.

В процессе осмотра места происшествия выявляются следы пребывания и преступной деятельности подозреваемого, например, его личные вещи, следы рук и ног, последствия использования материалов и приспособлений, с помощью которых были изготовлены фальшивые денежные знаки либо ценные документы. Лучший результат при осмотре места происшествия по делам о фальшивомонетничестве дает участие специалиста-криминалиста, хорошо знающего способы подделки денег и их признаки. Криминалист может оказать квалифицированное содействие в выявлении, изъятии, упаковке и сохранении всех предметов и следов, имеющих значение как вещественные доказательства.

Знание способов подделки денег и их признаков не будет лишним и для следователя, поскольку при осмотре места происшествия поможет точно определить его пределы и круг предметов, подлежащих осмотру и описанию. Осматриваться должны все помещения конкретного объекта, поскольку там могут быть обнаружены отдельные предметы преступления, описания соответствующих технологических процессов, рецепты, эскизы, чертежи, имеющие отношение к расследуемому событию.

Для повышения эффективности осмотра могут использоваться различные технические средства: лупа, микрометр, обычные и ультрафиолетовые осветители. Обнаруженные купюры целесообразно осмотреть в косопадающем и проходящем свете, используя небольшое увеличение. Это позволит сразу же выявить признаки подчистки и исправления. Для отыскания следов клея, травления, для идентификации красителя и выявления исправлений найденные денежные знаки осматривают в ультрафиолетовых лучах и в лучах определенной зоны спектра, сверяя их с подлинными образцами. Как отмечается в криминалистической литературе, изъятию подлежит компьютерная и копировально-множительная техника, сканеры, струйные и лазерные принтеры, осмотр которых следует проводить с участием специалиста [3, с.115]. Трудности представляет описание результатов осмотра таких вещественных доказательств, как штампы, клише, компьютерная и множительная техника. После осмотра любого из названных предметов в протоколе отмечается место его обнаружения, указывается, как и где он хранился, т. е. стоял на виду, открыто или был спрятан. Описываются характеризующие его признаки: наименование и назначение, размер, цвет, материал, форма и содержание рисунков матриц, имеющиеся дефекты (трещины, углубления и т. д.).

Отдельного внимания заслуживает разграничение осмотра (ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – УПК)) и осмотра компьютерной информации (ст. 204-1 УПК). Последний предусматривает специальный порядок: производство на месте следственного действия, при необходимости – согласие обладателя информации или санкция прокурора, обязательное указание в протоколе использованных программных средств [4]. Однако УПК не даёт чёткого ответа: если при осмотре места происшествия обнаружено включённое цифровое устройство, какое следственное действие подлежит производству – обычный осмотр или осмотр компьютерной информации? Отсутствие легального определения «компьютерной информации» и «электронного носителя информации» усиливает риск процессуальных ошибок. Представляется, что манипуляции с устройством в рамках осмотра допустимы лишь в объёме, необходимом для сохранения данных; их содержательный анализ требует производства осмотра компьютерной информации по ст. 204-1. Исходным должен оставаться принцип минимального извлечения данных и обеспечения их доказательственной силы.

Исключительно трудоемким является осмотр общежития как места совершения фальшивомонетничества. Обследованию в такой ситуации подвергаются не только жилье предполагаемого фальшивомонетчика, но и все подсобные помещения, лестничные площадки, места общего пользования. Общежитие обычно является местом хранения или сбыта подделок и маловероятно отнесение его к месту изготовления фальшивых купюр, так как здесь невозможно сохранить в тайне любые деяния. Хранить готовые к сбыту фальшивки легче, чем изготавливать их, поэтому обследовать в ходе осмотра надлежит кухни, электрощитовые, комнаты расположения противопожарного и хозяйственного инвентаря, комнаты отдыха, душевые, ванные и общие туалеты, склады постельных принадлежностей и другие помещения.

Традиционная для методики расследования фальшивомонетничества дихотомия «место изготовления – место сбыта» нуждается в пересмотре применительно к «лёгкому» цифровому изготовлению. Если классическое фальшивомонетничество требовало печатного станка, клише и обособленного помещения, то струйная и лазерная печать делают возможным изготовление подделок на письменном столе, в комнате общежития, в квартире. Место изготовления и место проживания совпадают, а граница между «производственным» и «бытовым» пространством исчезает. Данный тезис иллюстрируется актуальным примером: так, в марте 2026 г. в Минске была пресечена деятельность пары фальшивомонетчиков, которые изготавливали поддельные банкноты Национального банка Республики Беларусь номиналом 100 и 500 рублей непосредственно по месту жительства методом струйной печати, а сбывали их преимущественно в продуктовых магазинах [5]. Таким образом, цифровые технологии действительно делают «домашнее» производство технически тривиальным, что требует от следователя особой тщательности при определении границ осмотра именно жилого помещения. Это порождает вопрос о пределах осмотра: какие объекты относятся к расследуемому событию, а какие образуют обычную бытовую обстановку. Представляется, что при совмещении пространств следует исходить не из формального признака помещения, а из критерия минимальной связи с расследуемым событием: детальному осмотру подлежат лишь те объекты и зоны, которые с учётом выдвинутых версий могут содержать следы изготовления, хранения или сбыта подделок. Такой подход позволяет не упустить значимые доказательства и одновременно не превращать осмотр жилища в неограниченное вторжение в частную жизнь.

В ходе осмотра места происшествия целесообразно применять фотосъемку и видеозапись (лучше с использованием цветной фотопленки) либо цифровую фотосъемку, что позволит усилить наглядность изображения обнаруженных и изъятых вещественных доказательств [6, с. 174-176].

Таким образом, анализ особенностей осмотра места происшествия по делам о фальшивомонетничестве показал, что традиционные тактические приёмы, рассчитанные на классическое «печатное» изготовление подделок, не в полной мере учитывают реалии цифровой эпохи. Совмещение места изготовления и места проживания, а также обнаружение на месте происшествия цифровых устройств ставят перед следователем вопросы, прямого ответа на которые действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит. Предложенные в работе критерий минимальной связи с расследуемым событием и принцип минимального извлечения данных направлены на устранение этой неопределённости и повышение доказательственной ценности результатов осмотра. При этом если критерий минимальной связи с расследуемым событием позволяет очертить пространственные границы осмотра, то принцип минимального извлечения данных выполняет ту же функцию применительно к цифровому содержанию изымаемых устройств, что в совокупности обеспечивает баланс между полнотой доказательственной базы и соблюдением процессуальных гарантий.