Статья:

Некоторые аспекты использования заключения специалиста в качестве вещественного доказательства

Конференция: IV Студенческая международная научно-практическая конференция «Общественные и экономические науки. Студенческий научный форум»

Секция: Юриспруденция

Выходные данные
Кудрявцева Е.А., Сычева Н.С. Некоторые аспекты использования заключения специалиста в качестве вещественного доказательства // Общественные и экономические науки. Студенческий научный форум: электр. сб. ст. по мат. IV междунар. студ. науч.-практ. конф. № 4(4). URL: https://nauchforum.ru/archive/SNF_social/4(4).pdf (дата обращения: 13.06.2021)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 93 голоса
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Некоторые аспекты использования заключения специалиста в качестве вещественного доказательства

Кудрявцева Екатерина Андреевна
студент, ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет им Н.И. Лобачевского», РФ, г. Нижний Новгород
Сычева Наталия Сергеевна
студент, ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет им Н.И. Лобачевского», РФ, г. Нижний Новгород
Воронин Вадим Вениаминович
научный руководитель, канд. юрид. наук, доцент, ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский Нижегородский государственный университет им Н.И. Лобачевского», РФ, г. Нижний Новгород

 

В уголовном праве допускается участие лиц, незаинтересованных в исходе дела. Наряду с переводчиками и секретарями активно привлекаются эксперты и специалисты, чьё мнение по ряду вопросов может быть положено в основу решения суда.

Ст. 57 УПК РФ определяет, что «эксперт — лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном настоящим Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения» [7, с. 47]. А согласно ст. 58 УПК РФ «специалист — лицо, обладающее специальными знаниями, привлекаемое к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном настоящим Кодексом, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию» [7, с. 48]. Исходя из данных понятий, можно сделать вывод о том, эксперта и специалиста объединяет наличие специальных познаний в каких-либо отраслях науки и техники. В то же время можно отметить и их различия, они заключается в объеме их прав и обязанностей, а также в уровне задач; в то время как от эксперта требуется проведение экспертизы и дача заключения по ней, роль специалиста же заключается в даче консультации участникам процесса, а также в помощи сформулировать вопросы для эксперта [4].

Кроме разделения понятий эксперт и криминалист и их роли в уголовном процессе, законодательство формально разделяет и такие понятия как заключение эксперта и специалиста. Согласно ч. 1 ст. 80 УПК РФ «заключение эксперта - представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ведущим производство по уголовному делу, или сторонами». В части 3 той же статьи говорится, что «заключение специалиста - представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами» [7, с. 55]. И то и другое является доказательством по уголовному делу, получаемым в процессе применения специальных познаний (научно обоснованных, апробированных практикой знаний, а также навыков, умения, опыта) особых сведущих лиц, предоставляемым в распоряжение следователя, дознавателя или суда в письменном виде. Но к заключению специалиста как к новому доказательству в теории уголовно-процессуального права сложилось неоднозначное отношение.

Ученые делятся на две группы, одни из них согласны с тем, что заключение специалиста имеет доказательственную силу [6, с. 54]. А другие наоборот, считают, что оно такой силы не имеет [3, с. 147-148], потому что «суждения, содержащиеся в нем, лишь способствуют правильному пониманию сторонами и судом фактов и обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, уяснение которых требует специальных познаний. Суждения специалиста могут касаться только тех обстоятельств, которые доступны непосредственному восприятию органов чувств человека или о которых в материалах уголовного дела уже содержатся какие-либо сведения» [5, с. 173 - 174].

В следственной и судебной практике разногласий в этом вопросе нет, заключение специалиста не рассматривается в качестве доказательства и при расследовании и рассмотрении уголовных дел, а также принятии процессуальных решений не применяется. Выделяются несколько оснований для того, чтобы отвергнуть данное заключение, эти основания применяются в случае, если его представили подозреваемый, обвиняемый, защитник, потерпевший или его представитель:

1. заключение специалиста - это всего лишь его суждение по определённым вопросам;

Данное основание базируется на ч.1 ст. 74 УПК РФ, в которой говорится о том, что доказательствами по уголовному делу являются любые сведения. Заключение же специалиста представляет собой лишь суждение, что и вызывает противоречивые мнения по поводу принятия его в качестве доказательства. Однако отдельные виды доказательств, например, вещественные доказательства или заключение эксперта, так же не имеют в своих толкованиях термина «суждение»: вещественные доказательства – это предметы, а заключение эксперта – это выводы по вопросам, поставленным ему сторонами. Почему же их можно считать доказательствами, а заключение специалиста – нет? Это в корне неверное мнение.

2. заключение специалиста получено непроцессуальным путем;

Данное мнение исходит из того, что уголовно-процессуальным кодексом РФ не определён чёткий порядок привлечения специалиста к участию в уголовном судопроизводстве. В ч.1 ст. 58 указано, что специалист привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном УПК РФ. Ст.58, в свою очередь, отсылает нас к статьям 168 и 270 УПК РФ [2, с. 300]. В первой из них указано о порядке привлечения специалиста к участию в следственных действиях, во второй же - участие специалиста в судебном заседании, и тут законодатель снова отсылает нас к ст. 58. Таким образом, мы видим определённый «замкнутый круг», и вопрос, касающийся привлечения специалиста к участию в уголовном судопроизводстве, по-прежнему остаётся нераскрытым.

3. специалист не имеет лицензии на дачу заключения;

Стоит сказать, что данное мнение никак не подкреплено положениями действующего законодательства РФ. Согласно УПК РФ, специалистом может выступать любое лицо, обладающее обязательными для решения поставленной задачи специальными знаниями, и отвечающее двум требованиям: незаинтересованность и компетентность. Незаинтересованность означает отсутствие у соответствующего лица желания и мотива делать выводы в интересах одной из сторон дела, а компетентность - наличие у специалиста необходимых специальных знаний, а также опыта в их практическом использовании. Никаких иных требований, в том числе и наличие лицензии, УПК РФ к специалисту не предъявляет.

4. специалист дает свое заключение в интересах той стороны, которая его привлекает; специалист не предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Наиболее часто в практике судов сталкиваются именно с последним основанием. Это можно увидеть на примере уголовного дела № 1-36/11, которое рассматривал Санкт-Петербургский городской суд в качестве суда кассационной инстанции [1]. В судебном заседании 06 июля 2011 года было рассмотрено кассационное представление заместителя прокурора Санкт-Петербурга Старикова Р.В. и кассационная жалоба адвоката Шеина Е.В. на приговор судьи суда Санкт-Петербурга от 11 мая 2011 года, которым Чучулин Николай Иванович был осужден по ст.264 ч.1 УК РФ к лишению свободы сроком на 1 год, с лишением права управлять транспортным средством на 3 года. На основании ст.73 УК РФ наказание Чучулину Н.И. назначено условно, с испытательным сроком 2 года. Чучулин Н.И. был признан виновным в том, что, управляя автомобилем, он нарушил правила дорожного движения, в результате чего был причинен тяжкий вред здоровью человека.

Сторона защиты в лице адвоката просила признать решение суда незаконным и необоснованным и отправить его на новое рассмотрение. Свои доводы она основывала на следующих положениях: в суде были представлены два противоречащих друг другу доказательства - заключения специалиста со стороны защиты и заключение эксперта со стороны обвинения. Суд признал, что заключению специалиста доверять нельзя, что и повлекло за собой мнение адвоката о нарушении Конституционного принципа равенства сторон перед судом.

Рассмотрим версию стороны защиты. Обвиняемый Чучулин Н.И утверждал, что данное преступление было совершено по причине повреждения левого переднего колеса, в результате чего контроль над автомобилем был потерян. Доказательством вышесказанного являлось заключение специалиста, приобщенное к материалам дела в качестве иного документа. В заключении специалист указал, что «на внешней боковой поверхности переднего левого колеса имеется сквозное разрушение (разрыв), на радиальной поверхности кромок полок колеса имеются многочисленные вмятины и трасы, свидетельствующие о контакте колеса с проезжей частью при движении автомобиля с разрушенной шиной. Также специалист пришел к выводу о том, что выезд автомобиля обвиняемого на сторону встречного движения мог быть обусловлен разрушением шины переднего левого колеса при наезде на препятствие, в связи с чем водитель Чучулин Н.И. мог не иметь технической возможности предотвратить выезд автомобиля на сторону встречного движения, а его версия о причинах выезда автомобиля на полосу встречного движения – состоятельна с технической точки зрения.» Специалист, заключение которого было предоставлено в качестве доказательства, был допрошен в суде и подтвердил свои выводы.

Далее рассмотрим позицию стороны обвинения. В качестве одного из доказательств виновности Чучулина Н.И. в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.1 УК РФ, стороной обвинения представлено заключение технико-трасолого-автотехнической экспертизы в котором указано, что на переднем левом колесе автомобиля, которым управлял обвиняемый, имеется деформация закраин и спиц, время образования которых определить не предоставляется возможным, «шина находится без давления воздуха и имеет видимое сквозное повреждение на внешней боковине, борта шины сняты с полок колеса, что образовано в результате ДТП, на момент ДТП шины всех колес находились под давлением воздуха, видимых повреждений не имели». Также из заключения следует, что с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных обвиняемый имел возможность предотвратить столкновение с автомобилем потершевшего.

В результате чего на рассмотрение суда было предоставлено два противоречащих друг другу доказательства. Суд, не оценив по-отдельности данные доказательства в совокупности с иными имеющимися, отдал предпочтение заключению эксперта, мотивировав это тем, что специалист не был предупреждён об ответственности по ст. 307 УПК РФ, следовательно, мог дать ложное заключение. Также сомнения суда вызвал тот факт, что специалист не мог быть абсолютно уверен в том, что ему на исследование было представлено именно то колесо, которое было на автомобиле в момент совершения ДТП.

Рассмотрев данную кассационную жалобу, суд пришёл к выводу о том, что решение суда первой инстанции не соответствует закону, так как обвинительный приговор должен быть основан на достоверных доказательствах, а не на предположениях; все возникшие противоречия должны быть разрешены и устранены.

С учетом указанного приговор суда нельзя признать соответствующим требованиям ст.7 ч.4 УПК РФ, приговор подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а дело – направлению на новое судебное рассмотрение.

Таким образом, представляется возможным сделать вывод о том, что некоторые суды не принимают заключение специалиста в качестве доказательства, по крайней мере, в случае, если есть иные подтвержденные доводы, противоречащие данному заключению. По нашему мнению, данные действия незаконны, так как все доказательства, указанные в ст. 74 УПК РФ имеют одинаковое доказательственное значение, и принижать значение любого из них недопустимо. В данном случае кассационная инстанция, отменив приговор суда, поступила справедливо и обоснованно, считаясь с требованиями закона.

 

Список литературы:
1. Государственная автоматизированная система Российской Федерации «Правосудие» [Электронный ресурс]. – URL: https://bsr1.sudrf.ru/bigs/showDocument.html#id=08d4a31e44dce3903cd51bef7c0f7a1c&shard=%D0%92%D1%81%D0%B5%20%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D0%B0&from=p&r (дата обращения: 22.04.2018).
2. Лазарева В.А. Доказывание в уголовном процессе: Учебно-практическое пособие. – М.: Высшее образование, 2009. – С. 300.
3. Майлис Н.П. О соответствии заключений специалиста и эксперта // Актуальные вопросы теории и практики уголовного судопроизводства и криминалистики. – М.: Акад. упр. МВД. РФ,2004. – Ч. 3. – С. 54.
4. Праворуб: профессиональное сообщество юристов и адвокатов [Электронный ресурс]. – URL: https://pravorub.ru/articles/73028.html (дата обращения: 22.04.2018).
5. Уголовный процесс: Учебник // Под ред. В.П. Божьева. – 2-е изд., перераб. и доп. М.: Высшее образование, 2008. – С. 147 - 148.
6. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник. // Отв. ред. И.Л. Петрухин. – 2-е изд., перераб. и доп. М.: ТК «Велби»; Изд-во «Проспект», 2008. – С. 173 – 174.
7. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. – Москва: Проспект, 2016. – 288 с.