Статья:

Процессуальные особенности исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

Журнал: Научный журнал «Студенческий форум» выпуск №38(131)

Рубрика: Юриспруденция

Выходные данные
Шишлова А.С. Процессуальные особенности исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц // Студенческий форум: электрон. научн. журн. 2020. № 38(131). URL: https://nauchforum.ru/journal/stud/131/80978 (дата обращения: 03.03.2021).
Журнал опубликован
Мне нравится
на печатьскачать .pdfподелиться

Процессуальные особенности исполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

Шишлова Анастасия Сергеевна
магистрант, Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Белгородский государственный национальный исследовательский университет, РФ, г. Белгород
Синенко Владимир Сергеевич
научный руководитель, канд. юрид. наук, доцент, заведующий кафедрой трудового и предпринимательского права Юридического института Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Белгородский государственный национальный исследовательский университет, РФ, г. Белгород

 

Аннотация. В данной статье рассматриваются процессуальные аспекты привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, проблемы и особенности исполнения судебного акта о привлечении контролирующего должника лица.

 

Ключевые слова: банкротство, субсидиарная ответственность, контролирующее должника лицо, судебный акт, исполнение.

 

На данный момент как физическим, так и юридическим лицам доступно большое количество способов защиты своих прав. Многие из них хорошо изучены, процессы и механизмы их реализации используются все чаще.  

У кредиторов организации, признанной банкротом, есть свой особенный механизм защиты – это привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих лиц при недостаточности имущества у должника для погашения требований кредиторов. В научной сфере ведется много разговоров о правовой природе, оценочных категориях и других элементах этого института. В судебной практике данный механизм применяется все чаще, вырабатываются новые критерии оценки доказательств и обстоятельств, на которые ссылаются стороны. Кредиторы все чаще пользуются этим правом, инициируя процесс привлечения контролирующих лиц к ответственности. При всей сложности его «воплощения» достаточно весомая часть заявлений удовлетворяется судами. Но любой предприниматель скажет, что для него главное – это результат.

В течение некоторого времени с момента принятия судебного акта о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, кредиторы выбирают способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Закон о банкротстве предусматривает три варианта:

1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве;

2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве);

3) уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора [1].

Пропуск срока кредитором на ответ конкурсному о выбранном варианте, означает что кредитор, от которого к указанному сроку не было получено заявление, считается выбравшим продажу требования. Любой кредитор, который имеет право требования о привлечении к субсидиарной ответственности, вправе требовать возбуждения исполнительного производства по этому требованию [1]. Такое исполнительное производство будет являться сводным исполнительным производством. Однако, подводным камнем здесь выступает очередность исполнения требований, которая устанавливается на основании статьи 134 Закона о банкротстве, а очередность, применяемая в ходе «классического» исполнительного производства, установленная Федеральным законом от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), в данном случае применяться не будет.

Согласно Закону об исполнительном производстве, в первую очередь удовлетворяются в полном объеме требования взыскателя, в том числе возмещаются понесенные им расходы по совершению исполнительных действий, во вторую очередь возмещаются иные расходы по совершению исполнительных действий, в третью очередь уплачивается исполнительский сбор [2]. А очередность, предусмотренная Законом о банкротстве, включает в себя еще и «текущие платежи», которые имеют свои стадии и очередность исполнения. Только после удовлетворения текущих требований начинается процесс удовлетворения требований кредиторов.

Лазейкой для привлекаемого к субсидиарной ответственности и проблемой для кредитора является процедура банкротства самого контролирующего лица, как физического лица. В таком случае появляются нюансы в виде приостановления рассмотрения заявления, при которых получение результата кредитором затягивается.

Помимо затруднений и долгого ожидания кредиторами исполнения свих требований, всегда есть шанс неполучения средств вовсе, окончания сроков исковой давности для исполнения требования и другие факторы, которые негативным образом сказываются на конечном результате.

В п. 2 ст. 61.15 Закона о банкротстве говорится о том, что привлеченное к субсидиарной ответственности лицо имеет право обратного требования (регресса) к должнику по делу о банкротстве в размере выплаченной суммы [1].

Шиткина И.С. полагает, что «данное законодательное положение свидетельствует о компенсационном характере ответственности контролирующих лиц» [3]. Возможно, если сравнивать институт субсидиарной ответственности и поручительство, это может показаться справедливым шагом законодателя.

Однако Гутников О.В. считает, что в отличие от поручительства «субсидиарный должник, по существу, совершает правонарушение (деликт), за которое он и несет ответственность, возмещая кредиторам убытки, понесенные из-за невозможности погашения их требований» [4].

Видится, что законодатель исходил из той мысли, что размер требований к контролирующему лицу может быть больше требований остальных кредиторов и текущих требований. Ведь согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве ответственность должна устанавливаться вне зависимости от удовлетворения требований кредиторов, чьи обязательства возникли после нарушения обязанности по обращению в суд.

Анализируя существующую практику, законодательные нормы, мнения цивилистов по поводу природы такого рода ответственности приходим к выводу о том, что если субсидиарная ответственность наступает за невозможность должника исполнить свои обязательства, то позиция по поводу компенсационного характера или деликтной природы противоречат самой идее института субсидиарной ответственности.

Видится, что практические проблемы реализации прав кредиторов на привлечение контролирующих лиц к ответственности по долгам должника имеют существенное значение и требуют разрешения путем принятия разъяснений по следующим вопросам: очередность исполнения требований кредиторов при исполнении судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности; права и обязанности арбитражного управляющего в процессе исполнения требований кредиторов в сводном исполнительном производстве; условия, при которых контролирующее лицо может иметь право регрессного требования, а при каких не может; правовая природа субсидиарной ответственности; разграничение конкурирующих требований о привлечении к субсидиарной ответственности и требований о возмещении вреда, причиненного директорами.

 

Список литературы:
1. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" // Собрание законодательства Российской Федерации от 28 октября 2002 г. N 43 ст. 4190
2. Федеральный закон от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" // Собрание законодательства Российской Федерации от 8 октября 2007 г. N 41 ст. 4849
3. Шиткина И.С. Ответственность контролирующих должника лиц при несостоятельности (банкротстве) // Хозяйство и право. 2017.  № 8
4. Гутников О.В. Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве: общие новеллы и недостатки правового регулирования // Предпринимательское право. 2018. N 1. С. 48 – 60