ОБЗОР АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ, СВЯЗАННЫХ С ЗАЩИТОЙ НАСЛЕДСТВЕННЫХ ПРАВ

Аннотация. В настоящей статье автор провел обзор некоторых научных источников за последний год и определил наиболее острые проблемы, связанные с защитой наследственных прав. Также, автором вынесены предложения по решению обнаруженных в ходе исследования проблем.

Ключевые слова: наследственный договор, завещание, несовершеннолетние наследники, пропуск сроков принятия наследства.

Каждый период развития наследственного права в российском государстве отличался своими особенностями, и несмотря на то, что завещательная свобода постепенно расширялась с принятием новых нормативных правовых актов, а в наши дни, можно утверждать, что она достигла своего пика, это не исключает наличия коллизий и пробелов в законодательстве, которые прямо или косвенно влияют на практический аспект защиты наследственных прав.

С 2018 года к основаниям наследования, согласно ст. 1111 ГК РФ, следует относить: наследование по завещанию; наследование по наследственному договору; наследование по закону.

Наследование по наследственному договору является относительно новым основанием наследования, которое было введено для расширения возможностей наследственного планирования. Усматриваются некоторые положительные черты такого нововведения, например:

- индивидуализация условий (обязательств);

- снижение рисков споров (в силу заключения договора с согласия всех сторон);

- наличие гарантий исполнения воли наследодателя (как при жизни, так и после смерти);

- защита интересов третьих лиц (не являющихся наследниками).

Тем не менее, в противовес указанным выше плюсам наследственного договора в научном сообществе выносятся на обсуждение вопросы и о минусах такого основания наследования. Например, И.Н. Кроча [4, с. 43] отмечает, что споры вызывают интерпретации условий наследственного договора и исполнения обязательств, которые в нем указаны. Автор обращает внимание на то, что ощущается острая нехватка в изменении гражданского законодательства в части: 1. внедрения более четких механизмов регулирования обязательной доли в наследстве; 2. правил заключения нескольких наследственных договоров; 3. процедур расторжения наследственных договоров в одностороннем порядке.

Отчасти следует согласиться с автором, однако, он не предлагает конкретных норм, которые следовало бы внести в действующее гражданское законодательство в целях решения вышеуказанных проблем. Более конкретизированными можно назвать предложения по совершенствованию норм, регулирующих наследственный договор, Л.И. Поповой [8, с. 185], которая отмечает следующее:

- существует необходимость в распространении действия ст. 165 ГК РФ на случаи уклонения одной из сторон от нотариального удостоверения наследственного договора, что может быть реализовано посредством внесения изменений в п.7 ст. 1140.1 ГК РФ;

- важно, чтобы наследодатель информировал наследников о совершаемых сделках, связанных с имуществом, которое является предметом наследственного договора, а во исполнение данной идеи следует внести в п. 13 ст. 1140.1 ГК РФ такого рода положение.

Тем не менее, и такое популярное основание наследования, как по завещанию, не лишено недостатков. Е.С. Курда [5, с. 109] обращает внимание, что существует острая необходимость в наделении нотариуса полномочиями по совершению запросов информации из медицинских учреждений, которая могла бы как подтвердить, так и опровергнуть способность наследодателя понимать свои действия и управлять ими, так как одной из причин отмены завещания крайне часто является неспособность завещателя в момент составления завещания осознавать свои действия.

Также автор отмечает, что можно усмотреть проблемы, связанные с реализацией совместного завещания. В частности, после смерти супруга переживший его второй супруг с легкостью может отменить завещание, что говорит о неисполнении последней воли усопшего и вероятном злоупотреблении правами вторым супругом. Следует особенно выделить и поддержать предложение автора о введении нормы, согласно которой все имущество переходило бы оставшемуся в живых супругу без возможности перехода, но с условием выделения обязательной доли для определенной группы лиц.

Не следует оставлять без внимания еще одну идею автора относительно реализации императивной нормы ч. 4 ст. 1126 ГК РФ, согласно которой нотариус должен вскрыть конверт с закрытым завещанием и немедленно огласить его содержание. Тем не менее, на практике может возникнуть проблема, когда документ может быть составлен на иностранном языке. В таком случае автор предлагает несколько путей решений:

1. законодательное закрепление приостановления и возобновления такой процедуры;

2. разработка требований к завещаниям (в ч. 2 ст. 1126 ГК РФ), согласно которым такие документы составлялись бы исключительно на государственном языке или языке субъекта.

Также особого внимания заслуживают проблемы, связанные с защитой прав несовершеннолетних при принятии наследства. Следует согласиться с мнением А.Ю. Матвеевой и К.Б. Кораева, которые справедливо отмечают, что индивидуальный подход недопустим при восстановлении сроков принятия несовершеннолетним наследства, так как ребенок может находиться под влиянием окружающих его людей, не зная основ наследственного права либо быть заведомо обманутым родственниками относительно своих наследственных прав, что непосредственно повлияет на пропуск им сроков. Поэтому авторы предлагают внести в ст. 1555 ГК РФ, а именно включить в нее п. 4, согласно которому бы «по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), в случае если к моменту открытия наследства такой наследник не достиг совершеннолетия, и с момента достижения совершеннолетия прошло не более шести месяцев, суд обязан восстановить срок для принятия наследства и признать наследника принявшим наследство» [7, с. 130].

Также авторы предлагают для отстающих в психическом развитии (не связанном с психическим расстройством) уже совершеннолетних лиц восстанавливать срок с учетом их отставания в развитии, однако, здесь может возникнуть сложность относительно установления времени пребывания в таком состоянии.

В свою очередь, Н.В. Ростовцева в целях недопущения бездействия со стороны законного представителя несовершеннолетнего наследника предлагает закрепить в ГК РФ презумпцию, которая подразумевается в п. 4 ст. 1157 ГК РФ: «отсутствие у нотариуса на день истечения срока для принятия наследства заявления несовершеннолетнего наследника (или его законного представителя) об отказе от наследства, одобренного органом опеки и попечительства, презюмирует принятие наследства несовершеннолетним наследником» [9, с. 108]. Но также автор указывает, что есть необходимость в предусмотрении возможности восстановления срока для отказа от наследства по истечении срока, который установлен для его принятия (например, в случае обнаружения больших долгов), что вполне целесообразно при защите наследственных прав несовершеннолетних лиц.

Вопрос о правовом регулировании пропуска сроков для принятия наследства в том числе поднимался А.Ю. Матвеевой и К.Б. Кораевым [6, с. 57], которые считают, что указанную причину пропуска в п. 40 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 г. № 9 «отсутствие информированности о составе имущества, которое может войти в наследственную массу» [3], не следует считать неуважительной, объясняя это возможным отсутствием экономического смысла, с чем невозможно поспорить, поэтому есть основания для пересмотра вышеуказанного положения.

Делая вывод по проведенному исследованию, необходимо отметить, что за последний год в научном сообществе обсуждается немалое количество проблем, связанных с защитой наследственных прав, среди которых:

- правовое регулирование наследственного договора, в частности, это касается в нераспространении ст. 165 ГК РФ на случаи уклонения одной из сторон от нотариального удостоверения наследственного договора и неинформировании наследодателем наследников о проводимых сделках с имуществом, включенным в такой договор;

- правовое регулирование завещания, а именно: 1. невозможность нотариусом совершения запросов информации из медицинских учреждений, которая могла бы как подтвердить, так и опровергнуть способность наследодателя понимать свои действия и управлять ими; 2. неограниченное право второго супруга на отмену совместного завещания (после смерти другого супруга); 3. невозможность исполнения ч. 4 ст. 1126 ГК РФ при нахождении в закрытом завещании иноязычных документов;

- правовое регулирование сроков принятия наследства несовершеннолетними и их отказа от наследства;

- нелогичное основание отнесения причины пропуска сроков принятия наследства «отсутствие информированности о составе имущества, которое может войти в наследственную массу» к уважительным.

Следует указать, что в настоящем исследовании были рассмотрены возможные пути решений, названных выше проблем, однако, следует признать, что часть из них еще требует доработок. В частности, необходимо разработать конкретные нормы и определить их место в действующем гражданском законодательстве, убедиться, что не будет замечено после их введения в действие противоречий с иными положениями ГК РФ.