АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ИНСТИТУТА УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

CURRENT ISSUES OF LEGAL REGULATION OF THE INSTITUTION OF CRIMINAL PROCEEDINGS AGAINST MINORS

Usova Tatiana Sergeevna

5th year student, East Siberian Branch of the Russian State University of Justice named after V.M. Lebedev, Irkutsk, Russian Federation

Аннотация. В статье исследуются особенности уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних, а также анализируются проблемы правового регулирования данного института. Автором выделяются проблемы, связанные с несовершенством системы правосудия и ее несоответствие международным стандартам в рассматриваемом нами институте уголовного процесса, а также проблема разнообразного подхода судов к определению специального предмета доказывания. Для решения вышеуказанных проблем предлагается дополнить и изменить действующее уголовно-процессуальное законодательство.

Abstract. The article examines the features of criminal proceedings against minors, as well as the problems of legal regulation of this institution. The author highlights the problems associated with the imperfections of the justice system and is non-compliance with international standards in the institution of criminal proceedings under consideration, as well as the problem of diverse approaches of courts to determining the specific subject of proof. To address these issues, it is proposed to supplement and modify the current criminal procedure legislation.

Ключевые слова: несовершеннолетние; уголовное судопроизводство; предмет доказывания; правосудие; судебное разбирательство; ювенальная юстиция.

Keywords: minors; criminal proceedings; subject of evidence; justice; judicial proceedings; juvenile justice.

Преступления, которые совершаются несовершеннолетними лицами не являются редкостью в наши дни. Так, в соответствии с данными Следственного комитета Российской Федерации в 2025 году было выявлено более 14 тысяч случаев совершения преступлений рассматриваемой категории. Ввиду данного обстоятельства, институту производства уголовных дел в отношении несовершеннолетних, выявлению в нем проблем и пробелов законодательства уделяется особое внимание среди ученых-юристов, что только подчеркивает актуальность представленной темы.

Правовую регламентацию рассматриваемый в рамках данного исследования институт получил в главе 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) [1]. В ней отображены особенности производства по делам данной категории.

Причиной для выделения в отдельную категории таких дел является то, что несовершеннолетние, в первую очередь, являются наиболее уязвимой и слабозащищенной категорией в силу их возраста и уровня развития. Отнесение данной категории лиц к социально незащищенной группе населения порождает необходимость установления дополнительных процессуальных гарантий.

По мнению И.П. Кузьмина и А.А. Павлова особый порядок судопроизводства в отношении несовершеннолетних выражается: «в усложнении процедурного механизма уголовного преследования, в частности, в установлении дополнительных требований в ходе проведения уголовно-процессуальных мероприятий по сравнению с правилами уголовного производства в отношении общих субъектов уголовного судопроизводства» [2, c. 232].

Стоит отметить, что в рамках досудебного и судебного производства, учеными-юристами выделяются некоторые проблемы действующего законодательства. Рассмотрим некоторые из них более детально.

Первой выделенной проблемой, на которую обращают внимание многие исследователи, является проблема несовершенства системы правосудия и ее несоответствие международным стандартам в рассматриваемом нами институте уголовного процесса.

Так, основным международным документом в рассматриваемой области процесса являются Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних от 29 ноября 1985 года [3]. Данный документ устанавливает особые правила производства уголовных дел в отношении указанной выше категории лиц. Однако, на сегодняшний день некоторые положения вышеуказанного нормативного правового акта не отражены в действующем уголовно-процессуальном законодательстве. Так, в данном документе, а именно в ст. 22.1 и 22.2, говорится о профессиональной подготовке лиц, обеспечивающих правосудие по таким делам: «Для обеспечения и поддержания необходимой профессиональной компетентности всего персонала, занимающегося делами несовершеннолетних, следует использовать профессиональную подготовку, обучение в процессе работы, курсы переподготовки и другие соответствующие виды обучения. Персонал органов правосудия по делам несовершеннолетних должен подбираться с учетом различных категорий несовершеннолетних, которые вступают в контакт с системой правосудия по делам несовершеннолетних. Следует приложить усилия для обеспечения справедливого представительства женщин и национальных меньшинств в органах правосудия по делам несовершеннолетних».

В частности, в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» указано, что «уголовные дела в отношении несовершеннолетних в судах как первой, так и второй инстанций должны рассматриваться наиболее опытными судьями. Специализация судей по делам несовершеннолетних предусматривает необходимость обеспечения их профессиональной компетентности путем обучения и переподготовки не только по вопросам права, но и по вопросам педагогики, социологии, подростковой психологии, криминологии, виктимологии, применения ювенальных технологий, используемых в рамках процессуального законодательства» [4].

В действительности, указанное в данном Постановлении правило не регламентировано ни одним нормативным правовым актом, а единая практика на сегодняшний день не сформирована. Стоит также отметить, что в некоторых судах нашей страны присутствуют специальные ювенальные судебные коллегии, в частности - Ангарский городской суд Иркутской области [5, c. 39]. В своем исследовании Т.А. Ширимова и Е.Ч. Понкратова отмечают положительные аспекты деятельности данного суда, так они отмечают: «За время своей деятельности ювенальный суд в составе Ангарского городского суда стал сосредоточием мероприятий, которые направлены на рассматривание вопросов ювенальной юстиции и внедрения инновационных технологий, которые мы указывали выше. Данное учреждение служит научно-технической базой для проведения научно-практических конференций, семинаров областного и регионального масштабов. За получением опыта эффективной работы в системе ювенальной юстиции в город Ангарск едут представители из других регионов. Положительные тенденции в создании и работе такого специализированного суда для несовершеннолетних и отдельно роли психолога и социального педагога в ювенальном судопроизводстве и дальнейшей работы с осуждёнными не вызывают сомнения» [6, c. 312].

Однако, практика введения данных судов не носит массовый характер, что в свою очередь позволяет сделать вывод о том, что положение, указанное в Постановлении, остается нереализованным де-факто.

Также следует отметить оценочное понятие «наиболее опытный судья», дефиниция которого не отражена в данном Постановлении, что влечет за собой правовую неопределенность.

Для решения вышеуказанной проблемы В.В. Андрюшкиной предлагается внести изменения в ст. 420 УПК РФ, дополнив ее частью 3, в которой необходимо привести следующую формулировку: «Уголовные дела в отношении несовершеннолетних подлежат рассмотрению судьями со стажем работы в должности судьи не менее 5 лет, прошедшими специальную подготовку в сфере ювенальной юстиции, порядок и сроки которой устанавливаются Верховным Судом РФ» [7, c. 246].

Закрепление указанной императивной нормы на законодательном уровне, на наш взгляд, в полной мере обеспечит реализацию правила, указанного в п. 4 Постановления Пленума № 1, а также создаст необходимые условия для повышения качества отправления правосудия в целях наиболее полного соблюдения гарантированных законом индивидуальных прав и защищаемых законом интересов несовершеннолетних, а также дифференцированного подхода к назначению мер уголовно-правового воздействия с учетом особенностей личностного профиля правонарушителя.

Следующая проблема касается предмета доказывания по таким видам дел. К нему относится в соответствии с ч. 1 ст. 421 УПК РФ, относятся следующие обстоятельства:

1) возраст несовершеннолетнего, число, месяц и год рождения;

2) условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень психического развития и иные особенности его личности;

3) влияние на несовершеннолетнего старших по возрасту лиц».

Ученый Е.М. Острякова указывает на то, что отсутствие четких нормативных определений для понятий, фигурирующих в данной норме, создает некоторые препятствия для правоприменения. Как результат – суды не всегда подвергают соответствующие обстоятельства всестороннему анализу, ограничиваясь их неполным исследованием. В частности, данный автор указывает на недостаточность обстоятельств, указанные в п. 2 ч. 1 вышеуказанной статьи УПК РФ Так, по ее мнению, рассматриваемый пункт следует дополнить перечнем обстоятельств, подлежащих установлению. В их число входят: данные, идентифицирующие членов семьи и характер внутрисемейных отношений; показатели, отражающие социальную активность лица; сведения, характеризующие его отношение к учебе (работе); оценку поведения в быту и общественных местах, а также прочие факторы, что свидетельствует о наличии совершенно различной судебной практики [8, с. 98]. Приведем некоторые примеры из судебной практики.

Первым таким делом является приговор Камышинского городского суда Волгоградской области от 26 декабря 2023 г. по делу № 1 – 609, в котором суд провел всестороннюю проверку обстоятельств условий жизни и воспитания последнего. Судом было выявлено, то, что осужденный воспитывался в неполной семье с большим количеством детей, данная семья находилась на профилактическом учете, успеваемость в школе была на среднем уровне, а также судом было отмечено отсутствие должного авторитета матери, неоднократно подвергавшейся административной ответственности вследствие ненадлежащего исполнения обязанностей родителя. Немаловажным стоит отметить, что у подростка было выявлено психическое отклонение, не исключающее уголовную ответственность [9]. Таким образом, в данном случае суд полностью исследовал все дополнительные обстоятельства, указанные в ч. 1 ст. 421 УПК РФ.

В другом проанализированном нами случае из материалов судебной практики, Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в своем приговоре от 12 октября 2023 г. по делу № 1 – 121/2023 при исследовании обстоятельств дела указал только на условия проживания несовершеннолетнего осужденного и его семейное положение. При этом такие факторы, как, например, уровень психического развития, сведения о нахождении его на учете в органах ПДН и прочее, остались без внимания [10]. Это подтверждает мысль о том, что суды совершенно по-разному учитывают положения ст. 421 УПК РФ.

На основании проведенного анализа материалов судебной практики, можно заключить о том, что на сегодняшний день различный подход судов, как указывалось раннее, связан прежде всего с пробелами современного законодательства, а именно тем, что УПК РФ, закрепляя среди обстоятельств, входящих в предмет доказывания по рассматриваемой нами категории дел, условия жизни и воспитания несовершеннолетнего и его психического развития и иных особенностей личности, не содержит положения, которые бы так или иначе конкретизировали данные обстоятельства. Следует также отметить, что указанное выше Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 (п. 1 Постановления) содержит лишь общие требования по установлению данных обстоятельств и не раскрывает то, какие именно обстоятельства необходимо исследовать согласно п. 2 ч. 1 ст. 421 УПК РФ.

Устранение выявленного недостатка видится возможным путем внесения изменений в ст. 421 УПК РФ. Полагаем, что законодателю следует конкретизировать предмет доказывания по данной категории дел, дополнив существующую норму соответствующими положениями. Так, например, учеными-процессуалистами высказывается такая точка зрения, которая заключается в следующем: «условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, включая сведения о его родителях или иных законных представителях, характере взаимоотношений между ними и несовершеннолетним, применяемых методах воспитания, отношении несовершеннолетнего к учебе или трудовой деятельности, круге общения и времяпрепровождении, уровень психического развития и иные особенности личности, в том числе наличие психических расстройств, задержек психического развития, склонности к совершению антиобщественных деяний» [11, c. 296].

Представляется, что внедрение данной меры будет способствовать формированию единообразной судебной практики при определении предмета доказывания по делам данной категории. Это в полной мере позволит обеспечить комплексное исследование личности несовершеннолетнего, что напрямую повлияет на обоснованность выбора к нему наказания.

Таким образом, на основании проведенного исследования вопросов уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних, можно сделать следующие выводы о том, что в современном уголовно-процессуальном законодательстве возникают некоторые проблемы правового регулирования рассматриваемого нами института, среди которых многими исследователями выделяются проблемы, связанные с несовершенством системы правосудия и ее несоответствие международным стандартам в рассматриваемом нами институте уголовного процесса, а также проблема разнообразного подхода судов к определению специального предмета доказывания, а именно условий жизни и воспитания несовершеннолетнего, уровень психического развития и иные особенности его личности. Для решения указанных проблем необходимо дополнение и изменение действующего уголовно-процессуального законодательства, а также более подробные разъяснения со стороны Верховного суда РФ.