Статья:

Мифологизмы в произведениях Р. Олдингтона

Конференция: L Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум: гуманитарные науки»

Секция: Филология

Выходные данные
Каребина А.А. Мифологизмы в произведениях Р. Олдингтона // Молодежный научный форум: Гуманитарные науки: электр. сб. ст. по мат. L междунар. студ. науч.-практ. конф. № 10(49). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_humanities/10(49).pdf (дата обращения: 23.07.2019)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

Мифологизмы в произведениях Р. Олдингтона

Каребина Анастасия Александровна
студент, Старооскольский филиал НИУ «БелГУ», РФ, г. Старый Оскол
Самарин Александр Викторович
научный руководитель, канд. филол. наук, доц., Старооскольский филиал НИУ «БелГУ», РФ, г. Старый Оскол

 

«Смерть героя» (англ. Death of a Hero) — роман английского писателя Ричарда Олдингтона. Начатый в ноябре 1928 года на Порт-Крое, он был продолжен в Италии и закончен в Париже. Всего работа над произведением заняла пятьдесят один день. В мае 1929 года книга была завершена и сразу же получила известность далеко за пределами Англии. В романе «Смерть героя» автор воспроизводит эпизоды трагедии «потерянного поколения», стремясь проследить ее истоки на примере судьбы героя книги, буржуазного интеллигента, журналиста и художника Уинтерборна, участника Первой мировой войны.

«Смерть героя» - антивоенный роман, описывающею историю «потерянного поколения». Для главного героя характерны такие черты как: потеря идеалов, опустошение всего мира, разочарование над обществом и тем самым герою постоянно приходиться находится в каком-то замкнутом круге, где смерть может постигнуть на каждом углу. Автор задается такими вопросами: Кто виновен в этой войне? Кому сулит прибыль? И как избежать иных войн? Но в тоже врем, обвиняет всех в причастности в этом ужасе — «Весь мир повинен в пролитой крови». Он в тоже время не знает путей предотвращения военной угрозы, но сдаваться не собирается. И вся книга была написана лишь для того, что бы разрешить эту проблему.

Знал ли он, что через 10 лет, как была написана книга, разразиться Вторая Мировая Война? Которая унесет ещё больше людей и оставит огромный след в жизни многих людей. Думаю, что он чувствовал её. Но человечество любит наступать на одни и те же грабли, несколько раз...

«Вы, кто пал в этой войне, я знаю: вы погибли напрасно, вы погибли ни за что, за порыв ветра, во имя пустой болтовни, во имя идиотского вздора, газетной лжи и воинственной наглости политиков».

Morte d’un eroe. Смерть героя.

История об одном-единственном человеке, по имени Уинтерборн, Эдуард Фредерик Джордж. О маленьком сгустке жизни, погибшем во времена Первой мировой войны. Возможно, он совершил самоубийство, но кто имеет право судить его в этом, решая, что было правильным, а что — нет? Ведь всё на самом деле не так просто, как может показаться на первый взгляд. Война меняет людей и жизни, она не даёт ни малейшего шанса вернуться обратно, домой. Туда, где тебя давным-давно не ждут.

«Эта книга, в сущности, — надгробный плач, слабая попытка создать памятник поколению, которое на многое надеялось, честно боролось и глубоко страдало».

Роман-джаз. Роман-воспоминание. Роман-попытка очиститься от скверны и кровавых окопов. Роман-откровение. Роман-душа.

Всё начинается с объявления о смерти в газете. Как бы вы отреагировали, если бы узнали, что ваш знакомый или близкий человек погиб, превратившись в решето под гвалтом свистящих пуль? Люди, знававшие Джорджа, приняли сию весть каждый по-своему: наивный отец начал искать утешение в религии на старости лет, мать — в своём молоденьком шейхе, Элизабет, женушка-египтянка (настоящая англичанка, если что), — в «неузаконенном» спаривании и коньяке, а страстная любовница Фанни — в слезах и браке с художником.

Что за нелепая и до лживых слёз печальная картина? Или Англия — это страна, где много старых дураков и мало молодых?

Милый мальчик, он был застенчив, а всё из-за пагубного влияния воинства тосканского (то бишь, своей родной матери Изабеллы), немножко являлся Дон Кихотом и слыл в обществе простофилей с высокомерным взглядом. Он мечтал об искусстве, о возвышенном и прекрасном, лелеял мечту о соприкосновении с миром Художников и Архитекторов, а что получил в итоге? Одиночество, полнейшее и безоговорочное.

Люди, не знавшие взрывов снарядов и грязной работы; не познавшие смердящего запаха и ледяной воды; они ничего не ведали о вшах, поносе и страхе, пожирающем глубокой ночью. Да мы и сами не ведаем этого. Но как могли эти выхолощенные лица и пухлые руки так легкомысленно бросаться словами: «Погибло всего лишь триста тысяч»? Как будто пушечное мясо, свиньи на убой, детские игрушки.

Знаете, война… Она не только на военном полигоне, не только в битвах и сражениях. Нет, не только там. Ещё есть много мест, куда смогла пролезть Она. Взгляните внимательнее: бьются на смерть жёны и мужья, дети с родителями, юристы с банкирами, а во главе стоишь — кто? — ты. Тет-а-тет с самим собой. Страшно?

Неужели Европа будет постоянно устраивать пикники с трупами? Неужели всё это ни за что не прекратиться и будет длиться без начала и конца? А что потом? Опять война…

«Быть может, яд всё равно останется во мне. Если так, я буду искать иного пути. Но я буду искать. Я знаю, что меня отравляет. Не знаю, что отравляет вас, но и вы тоже отравлены. Быть может, и вы тоже должны искупить вину».

То, что написал Ричард Олдингтон, было откровением. Таким, каким оно есть. Без лощёной литературной формы и аккуратно построенного смыслового скелета. Всё шло бескрайним потоком мыслей и чувств, повсюду лилась правда от авторского пера.

Олдингтон - женоненавистник? Отдельно хочется сказать, как мало, как низко он оценивает женщин. Кокетки, пустышки, самолюбивые дуры, ревнивые собственницы, клуши, расчетливые стервы – тут просто нет ни можно мало-мальски приятного женского персонажа. И всех их, всех, наряду с Англией и взращенных ею, автор заставляет отвечать за смерть мужчин своего поколения. Не скажу, что во многом с ним согласна, по крайней мере идеи его о том, что свобода нравов или контрацепция приведут человечество к счастью.

Да, последнее в особенности, вкупе с финансовой независимостью, дало женщинам возможность выбирать, а не кидаться в брак как под колеса поезда. Однако, как показала история, это вовсе не приводит к полной ликвидации проблем полов или пустоты в душах отдельно взятых людей. Хотя, безусловно, умение слышать и слушать, и вообще разговаривать друг с другом, до сих пор может спасти не одно сердце, не один брак и не одну жизнь. А для страны, наверное, люди всегда будут только винтиками государственной машины в большей или меньшей степени.

Не то, чтобы он вообще высокого мнения о всём человечестве. Даже в самом названии "Смерть героя" есть немалая доля иронии. Герой? Война и правительство и даже порой семьи настолько не считаются с таким видом героев, что это становится ужасной в своей комичности трагедией. И конечно же, он шлёт ко всем чертям патриотизм... Но несмотря на цинизм, саркастичность и горечь, весь роман пронизан сочувствием и даже какой-то любовью вопреки, верой в то, что человек может осознавать и признавать свои ошибки, может их искупить и что-то изменить. Олдингтон прямолинеен и искренен. Он не верит в успехи "потерянного поколения", но верит в то, что следующие справятся лучше.

"Я поглядел на запавшие щёки, На глаза, что смотрели устало, и седые вискиСтариков, окружавших меня, - им было под сорок, - И тоже пошёл от них прочьСожаленьем и скорбью бессильной терзаясь".

В том числе и всепоглощающая ненависть и чёрный юмор: «Дивная старая Англия! Да поразит тебя сифилис, старая сука, ты нас отдала на съедение червям (мы сами отдали себя на съедение червям)». Тут видно некое соприкосновение с Джеймсом Джойсом и его изречение через «Портрет художника в юности»: «Ирландия — это старая свинья, пожирающая свой помёт».

В этом вареве обмана и лжи смешались современные и более раскрепощённые герои «Грозы» Островского, а герои «Ярмарки тщеславия» нашли себе уютное гнёздышко. Был здесь кто-нибудь по-настоящему счастлив? Вряд ли. Даже в материнской утробе — и то нет.

Роман-искупление? Надежда? Вера?

Цензура крушила и резала, как могла. Не каждые строчки уцелели в этом столкновении, но те, что остались, были полны отчаяния, сарказма и больной иронии по отношению ко всему: к Британской империи, к человечеству, к себе. Едкие фразы, относящиеся к мужчинам, точно так же пропитаны ядом и к женщинам. Если вы решитесь открыть эту книгу, то знайте — здесь яд и газ, отравляющий и «заползающий» в ваши интеллигентные лёгкие. Не берите в руки, не надо. Это дело пустое, никому ненужное.

Allegretto. Vivace. Andante cantabile. Adagio.

Смерть героя! Какая насмешка, какое гнусное лицемерие! Мерзкое, подлое лицемерие!

«Я думалО несчётных могилах вокруг разрушенной Трои, И о всех молодых и красивых, обратившихся в прах, И о долгих терзаньях, и о том, как всё это было напрасно».

Стихотворение «Возлюбленная»

1) Данный фрагмент описывает валькирий, спускающихся к умирающим на поле боя войнам (валькирия, целую война, забирает его жизнь)

Она явится

в кликах ликований,

В кликах созвездий,

Кивая дымовым плюмажем

Со скачущих коней.

Нагнувшись, она подхватит меня

И сожмет в своих сильных объятиях,

Пронзив меня поцелуем, как раной…

Стихотворение «Огневая завеса»

Описывает артиллерийскую подготовку перед битвой

2) «взмахи орлиных крыльев над Прометеем»

3) «битва богов, поражаемых молотом Тора» ( из мифов времен Илиады)