Статья:

РОЛЬ ЦИФРОВОГО ВИДЕОПРОТОКОЛИРОВАНИЯ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ЕГО ПРЕИМУЩЕСТВА

Конференция: CC Студенческая международная научно-практическая конференция «Молодежный научный форум»

Секция: Юриспруденция

Выходные данные
Книжник А.И. РОЛЬ ЦИФРОВОГО ВИДЕОПРОТОКОЛИРОВАНИЯ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ЕГО ПРЕИМУЩЕСТВА // Молодежный научный форум: электр. сб. ст. по мат. CC междунар. студ. науч.-практ. конф. № 9(200). URL: https://nauchforum.ru/archive/MNF_interdisciplinarity/9(200).pdf (дата обращения: 28.02.2024)
Лауреаты определены. Конференция завершена
Эта статья набрала 0 голосов
Мне нравится
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
Дипломы
лауреатов
Сертификаты
участников
на печатьскачать .pdfподелиться

РОЛЬ ЦИФРОВОГО ВИДЕОПРОТОКОЛИРОВАНИЯ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ЕГО ПРЕИМУЩЕСТВА

Книжник Андрей Иванович
магистрант, Южный университет (ИУБиП), РФ, г. Ростов-на-Дону

 

Несомненно, фотосъемка является уникальным объективным методом фиксации зрительно воспринимаемой информации в статике.

Однако в процессе расследования большое количество информации получается в виде речевых сообщений, для фиксации которых она является практически непригодной. Это обусловило использование других, также надежных и объективных, научно обоснованных и апробированных практикой методов и средств фиксации. Таковым выступает видеозапись, которая позволяют осуществлять фиксацию звука и изображения (комбинированно) в динамике.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает, что фиксация хода и результатов следственных действий возможна также с применением видеозаписи.

Использование видеозаписи при проведении следственных действий позволяет детализированно зафиксировать зрительную (визуальную) и звуковую информацию относительно процесса и последствий следственного действия.

Содержание и формы зафиксированной видеозаписью информации в определенной степени является объективным носителем данных об обстоятельствах, касающихся уголовного дела о преступлении. В частности, проблема психолого-криминалистического направления – эмоциональное состояние участников и субъектов криминалистической деятельности [3, С. 102-107].

1. Субъекты криминалистической деятельности применяют фиксацию и исследование визуальной информации с целью быстрого, полного и всестороннего раскрытия преступлений, разоблачения виновных и расследования соответствующих уголовных дел [5, С. 384-386].

2. Визуальной информацией являются те фактические данные, которые воспринимаются органами зрения субъекта криминалистической деятельности, в том числе с использованием оптических приборов. Но практике известны случаи, когда субъекты криминалистической деятельности при тех или иных условиях на время осуществления следственного действия (например, осмотра места происшествия) не смогли обнаружить орудия совершения преступления, другие вещественные доказательства. Но в дальнейшем, просматривая фиксированную информацию на фотографиях, видеозаписях, они выявляли указанные доказательства, благодаря чему впоследствии преступления раскрывали [2, С. 98-103].

3. Например, следователь проводил осмотр места происшествия – квартиры, и обнаруженного там с признаками насильственной смерти трупа гражданина В. При проведении следственного действия применялась видеозапись, проводилось измерение, был составлен план и чертеж осмотренного места и отдельных предметов. Но орудия, которым совершалось преступление, других вещественных доказательств следователь не обнаружил. Через несколько часов после осмотра места происшествия и трупа потерпевшего следователь изготовил видеоматериалы и, когда начал просматривать их, обнаружил четко зафиксированное изображение кастета.

4. Сразу же было организовано проведение дополнительного осмотра места происшествия. Однако положительного результата это не дало [4, С. 131-135].

Как видим, следователь допустил существенные нарушения законности, ненадлежащем образом осмотрев место происшествия.

Однако фиксация видеопротоколированием визуальной информации при осмотре места происшествия позволила раскрыть умышленное убийство потерпевшего и разоблачить виновного.

Фиксация визуальной информации в процессе раскрытия и расследования преступлений – это предусмотренная действующим уголовно-процессуальным законом мера, которая может применяться субъектом криминалистической деятельности при проведении следственных действий, сущность которого должна соответствовать принципу «все фактические данные, воспринятые его органом зрения, закрепляются фотографированием, кино-, видеозаписью».

Отсюда можно сделать вывод, что, хотя законодатель предусматривает и всегда будет предусматривать, что никакие доказательства для суда, прокурора, следователя и лица, проводящего дознание, не имеют и не будут иметь заранее установленной силы, доказательная сила одного фото-, кино-, видеозаписи может быть весомее множества слов из рассказов (показаний) допрашиваемого лица как участника криминалистической деятельности о фактах, касающихся конкретного уголовного дела, а также личности подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего.

Исследование зафиксированной визуальной информации с учетом процессуально-криминалистических форм возможно, как деятельность следователя и экспертная деятельность [1, С. 178-182].

 

Список литературы:
1. Попова И.А., Зинченко И.А. Научно-технический прогресс и проблемы совершенствования уголовно-процессуального законодательства // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнал. 2013. № 2. С. 178-182.
2. Родивилина В.А. Исторический обзор регламентации использования технических средств в стадии предварительного расследования // Пробелы в российском законодательстве. Юридический журнал. 2016. № 2. С. 98-103.
3. Родивилина В.А. Применение видеозаписи при производстве следственных действий: практические рекомендации // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. Иркутск. 2014. № 4. С. 102-107.
4. Рузмай А.Х. Применение видеозаписи при производстве следственных действий. Практические рекомендации // Закон и право. 2019. № 9. С. 131-135.
5. Эминов Ш.З. Цифровая видеозапись как особая технология, используемая в криминалистике / Ш.З. Эминов // Молодой ученый. 2022. № 23 (418). С. 384-386.