ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

PROBLEMS OF QUALIFICATION OF CRIMES AGAINST MILITARY SERVICE IN MODERN CONDITIONS

Fedotov Pavel Andreevich

master's student, Buryat State University named after Dorji Banzarov, Russia, Ulan-Ude

Аннотация. В статье рассматриваются актуальные проблемы квалификации преступлений против военной службы в современных условиях. Проводится комплексный анализ особенностей объективных и субъективных признаков составов данных преступлений, исследуются сложности, возникающие при их разграничении со смежными составами. Особое внимание уделяется вопросам квалификации преступлений, совершенных в боевой обстановке или в военное время. Рассматриваются проблемы определения момента начала и окончания военной службы, квалификации преступлений, совершенных в соучастии с гражданскими лицами, а также особенности квалификации длящихся и продолжаемых преступлений против военной службы. На основе проведенного исследования формулируются предложения по совершенствованию уголовного законодательства и правоприменительной практики в данной сфере. В работе применены также общенаучные и специальные методы исследования (аналогия, анализ, синтез, сравнительно-правовой).

Abstract. The article considers actual problems of qualification of crimes against military service in modern conditions. A complex analysis of the features of objective and subjective features of the corpus delicti of these crimes is carried out, the difficulties arising at their differentiation from related corpus delicti are investigated. Special attention is paid to the issues of qualification of offences committed in combat situation or in wartime. The problems of determining the moment of the beginning and end of military service, qualification of crimes committed in complicity with civilians, as well as peculiarities of qualification of continuing and ongoing crimes against military service are considered. On the basis of the conducted research proposals on improvement of criminal legislation and law enforcement practice in this sphere are formulated. General scientific and special research methods (analogy, analysis, synthesis, comparative-legal) are also applied in the work.

Ключевые слова: преступления против военной службы, квалификация преступлений, объективные признаки, субъективные признаки, боевая обстановка, военное время, соучастие, длящиеся преступления, продолжаемые преступления.

Keywords: crimes against military service, qualification of crimes, objective signs, subjective signs, combat situation, wartime, complicity, ongoing crimes, continuing crimes.

Обеспечение законности и правопорядка в Вооруженных Силах является одной из важнейших задач современного государства. В условиях усложнения военно-политической обстановки и проведения специальных военных операций особую актуальность приобретают вопросы правильной квалификации преступлений против военной службы. От точности юридической оценки совершенных деяний зависит не только соблюдение принципа законности, но и эффективность функционирования военной организации государства в целом.

Преступления против военной службы представляют собой особую группу уголовно наказуемых деяний, посягающих на установленный порядок прохождения военной службы. Специфика данных преступлений обусловлена особым правовым статусом военнослужащих и характером выполняемых ими задач. В связи с этим квалификация преступлений против военной службы требует учета ряда специфических факторов и вызывает определенные сложности в правоприменительной практике. Анализ правоприменительной практики показывает, что при квалификации преступлений против военной службы возникает ряд проблем, обусловленных спецификой данной категории преступлений. Рассмотрим основные из них более подробно.

1. Проблема определения момента начала и окончания военной службы

Одной из ключевых проблем является определение момента начала и окончания военной службы как юридически значимого факта для установления признаков специального субъекта преступления. В некоторых случаях возникают сложности при квалификации деяний, совершенных лицами, зачисленными в списки личного состава воинской части, но фактически не приступившими к исполнению обязанностей военной службы [5, с. 87].

Согласно ст. 331 УК РФ, субъектами преступлений против военной службы являются военнослужащие, проходящие военную службу по призыву либо по контракту, а также граждане, пребывающие в запасе, во время прохождения ими военных сборов [2]. Однако на практике возникают ситуации, когда лицо уже зачислено в списки личного состава воинской части, но еще не приступило к фактическому исполнению обязанностей военной службы. Например, гражданин, призванный на военную службу, прибыл в воинскую часть, но еще не принял присягу.

В научной литературе высказываются различные мнения по данному вопросу. Некоторые авторы полагают, что моментом начала военной службы следует считать зачисление лица в списки личного состава воинской части [6, с. 56]. Другие исследователи считают, что для признания лица субъектом преступлений против военной службы необходимо фактическое вступление в исполнение обязанностей военной службы [7, с. 123].

Представляется, что для решения данной проблемы необходимо внести уточнения в ст. 331 УК РФ, конкретизировав момент приобретения лицом статуса военнослужащего для целей уголовной ответственности. При этом целесообразно учитывать положения Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», который определяет начало военной службы [3].

2. Проблема квалификации преступлений против военной службы, совершенных в соучастии с гражданскими лицами

Другой важной проблемой является квалификация преступлений против военной службы, совершенных в соучастии с гражданскими лицами. Возникают сложности при определении роли гражданских лиц в совершении преступлений, предусмотренных главой 33 УК РФ [8, с. 178]. Особую актуальность данная проблема приобретает в условиях проведения специальных военных операций, когда к выполнению задач могут привлекаться гражданские специалисты.

Согласно общим правилам квалификации преступлений со специальным субъектом, лицо, не обладающее признаками специального субъекта, не может быть исполнителем такого преступления, но может быть организатором, подстрекателем или пособником. Однако в случае с преступлениями против военной службы ситуация осложняется тем, что некоторые составы предусматривают ответственность не только за нарушение специальных правил, но и за посягательство на общие объекты уголовно-правовой охраны (например, жизнь и здоровье).

В научной литературе предлагаются различные подходы к решению данной проблемы. Некоторые авторы считают, что гражданские лица должны нести ответственность только как соучастники преступлений против военной службы [9, с. 89]. Другие исследователи полагают, что в случаях, когда деяние посягает не только на установленный порядок прохождения военной службы, но и на иные объекты, возможна квалификация действий гражданских лиц по соответствующим статьям Особенной части УК РФ без ссылки на статью 33 УК РФ [10, с. 234].

Представляется, что для решения данной проблемы необходимо разработать руководящие разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам квалификации преступлений против военной службы, совершенных в соучастии с гражданскими лицами. При этом целесообразно дифференцировать подход в зависимости от характера совершенного преступления и роли гражданского лица в его совершении.

3. Проблема квалификации длящихся и продолжаемых преступлений против военной службы

Отдельного внимания заслуживает проблема квалификации длящихся и продолжаемых преступлений против военной службы. Возникают сложности при определении момента окончания таких преступлений, как самовольное оставление части или места службы (ст. 337 УК РФ) и дезертирство (ст. 338 УК РФ) [11, с. 145]. Особенно остро данная проблема проявляется в условиях военного времени или боевой обстановки.

Длящийся характер некоторых преступлений против военной службы создает сложности при определении времени совершения преступления, что имеет значение для решения вопросов о давности привлечения к уголовной ответственности, применении амнистии и др. Кроме того, возникают проблемы при квалификации действий лиц, оказывающих содействие военнослужащему в продолжении преступного состояния (например, укрывательство дезертира).

В научной литературе высказываются различные мнения относительно момента окончания длящихся преступлений против военной службы. Некоторые авторы считают, что такие преступления следует считать оконченными с момента явки с повинной или задержания виновного [12, с. 67]. Другие исследователи полагают, что моментом окончания должно считаться фактическое прекращение преступного состояния, независимо от причин [13, с. 198]. Представляется, что для решения данной проблемы необходимо разработать четкие критерии определения момента окончания длящихся и продолжаемых преступлений против военной службы. При этом следует учитывать специфику военной службы и возможности добровольного прекращения преступного поведения.

4. Проблема квалификации преступлений против военной службы, совершенных в военное время или в боевой обстановке

Важной проблемой является квалификация преступлений против военной службы, совершенных в военное время или в боевой обстановке. Отсутствие четких критериев определения понятий «военное время» и «боевая обстановка» создает сложности при квалификации деяний по ч. 3 ст. 331 УК РФ [6, с. 76].

Понятия «военное время» и «боевая обстановка» являются оценочными и не имеют четкого законодательного определения. Это создает трудности при квалификации преступлений, совершенных в условиях локальных вооруженных конфликтов или специальных военных операций, когда формально военное положение не объявлено, но фактически ведутся боевые действия.

В научной литературе предлагаются различные подходы к определению данных понятий. Некоторые авторы считают, что под военным временем следует понимать период с момента объявления состояния войны или фактического начала военных действий до момента их окончания [15, с. 89]. Другие исследователи полагают, что понятие «боевая обстановка» должно определяться исходя из фактических обстоятельств, независимо от формального объявления войны [6, с. 234].

Представляется необходимым законодательное закрепление определений понятий «военное время» и «боевая обстановка» применительно к преступлениям против военной службы. При этом следует учитывать положения международного гуманитарного права и современные формы ведения боевых действий.

5. Проблема разграничения преступлений против военной службы и дисциплинарных проступков

Отдельного внимания заслуживает проблема разграничения преступлений против военной службы и дисциплинарных проступков. В некоторых случаях возникают сложности при определении степени общественной опасности деяния и выборе между уголовной и дисциплинарной ответственностью [7, с. 112].

Особенно остро данная проблема проявляется при квалификации таких деяний, как нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими (ст. 335 УК РФ) и нарушение правил несения службы по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности (ст. 343 УК РФ). В этих случаях грань между преступлением и дисциплинарным проступком часто бывает весьма тонкой.

В научной литературе предлагаются различные критерии разграничения преступлений и дисциплинарных проступков. Некоторые авторы считают, что основным критерием должна быть степень причиненного вреда [8, с. 78]. Другие исследователи полагают, что необходимо учитывать совокупность факторов, включая форму вины, мотивы и цели деяния [9, с. 156].

Представляется, что для решения данной проблемы необходимо разработать четкие критерии разграничения преступлений против военной службы и дисциплинарных проступков. При этом целесообразно учитывать не только формальные признаки деяния, но и его фактическую общественную опасность в конкретных условиях.

6. Проблема квалификации преступлений против военной службы, совершенных в условиях вооруженного конфликта немеждународного характера

Особую актуальность в современных условиях приобретает проблема квалификации преступлений против военной службы, совершенных в условиях вооруженного конфликта немеждународного характера. Возникают сложности при определении статуса участников таких конфликтов и квалификации их действий по нормам главы 33 УК РФ [11, с. 201].

В условиях вооруженного конфликта немеждународного характера может быть затруднительно определить, действует ли лицо в качестве военнослужащего или участника незаконного вооруженного формирования. Это создает проблемы при квалификации таких деяний, как дезертирство или самовольное оставление части или места службы.

В научной литературе высказываются различные мнения по данному вопросу. Некоторые авторы считают, что в условиях вооруженного конфликта немеждународного характера все участники боевых действий должны рассматриваться как комбатанты и нести ответственность по нормам военно-уголовного законодательства [13, с. 89]. Другие исследователи полагают, что необходимо дифференцировать ответственность в зависимости от правового статуса лица и характера совершенного деяния [15, с. 90].

Представляется необходимым разработка специальных норм, регламентирующих ответственность военнослужащих за преступления, совершенные в ходе вооруженных конфликтов немеждународного характера, с учетом положений Дополнительного протокола II к Женевским конвенциям 1949 года. На основе проведенного исследования можно сформулировать следующие выводы и предложения. Необходимо внести уточнения в ст. 331 УК РФ, конкретизирующие момент приобретения лицом статуса военнослужащего для целей уголовной ответственности. Целесообразно разработать руководящие разъяснения Верховного Суда РФ по вопросам квалификации преступлений против военной службы, совершенных в соучастии с гражданскими лицами. Необходимо разработать четкие критерии определения момента окончания длящихся и продолжаемых преступлений против военной службы. Требуется законодательное закрепление определений понятий «военное время» и «боевая обстановка» применительно к преступлениям против военной службы. Целесообразно разработать четкие критерии разграничения преступлений против военной службы и дисциплинарных проступков. Необходима разработка специальных норм, регламентирующих ответственность военнослужащих за преступления, совершенные в ходе вооруженных конфликтов немеждународного характера. Требуется совершенствование методик расследования преступлений против военной службы с учетом современных условий их совершения. Реализация данных предложений позволит повысить эффективность правоприменительной практики в сфере квалификации преступлений против военной службы и обеспечить соблюдение принципа законности в деятельности военной юстиции.